Бренд YAKA появился на российском рынке в 2023 году. Он производит одежду, аксессуары и ковры, украшенные стилизованными киргизскими орнаментами. Пользователей из Киргизии возмутила фраза на сайте компании о запрете копированияе узоров, использованных в ее одежде. Основатель бренда пояснила, что речь идет о специально разработанных для YAKA узорах киргизских художников
В соцсетях разгорелся скандал из-за бренда YAKA, который производит одежду с киргизскими узорами. Сначала компания заявила об эксклюзивных авторских правах на продукцию, а киргизы обвинили ее в присвоении культурного наследия. Затем история переросла в межкультурный спор.
Бренд YAKA появился на российском рынке в 2023 году. В его каталоге — одежда, аксессуары и ковры, украшенные стилизованными киргизскими орнаментами. Согласно информации на сайте, «бренд YAKA создан в честь 100-летия образования Кыргызской Республики, он сохраняет культурное наследие через симбиоз традиционных орнаментов Центральной Азии, микшируя их с современными тенденциями».
На бренд обратили внимание в республике. Сначала YAKA и ее основателя Анну Обыденову обвинили в культурном воровстве, так как она копирует дизайн отечественных брендов. Затем это переросло в постколониальный нарратив и культурную апроприацию, так как на одном из разделов сайта заявлено об эксклюзивных авторских правах на разработки, а в конце и вовсе в межкультурный спор. Рассказывает предприниматель, эксперт по культурному наследию Эрик Абдыкалыков:
Эрик Абдыкалыков предприниматель, эксперт по культурному наследию «Я лично отношусь к этой ситуации больше с профессиональной точки зрения. Первое — она не указывала мастериц, и дизайн, который продавала, не является ее разработкой, это была просто скупка. Хотя она уверяла, что это авторский дизайн, запатентованный. Второй момент — недостаточно глубокое погружение в культуру. Так как публика очень чувствительно относится к вопросу национальной идентичности, то, что она посвятила бренд столетию образования Киргизской СССР, хотя мы уже живем 34 года в независимом Кыргызстане, — это был достаточно странный сигнал. Я прекрасно понимал, что из этого можно будет основателю этого бренда выйти, наоборот, в плюс, до тех пор, пока она не написала комментарий, связанный с русским языком, о том, что к ней обращаются на языке, который не их. Это было, наверное, ее главной ошибкой. Это вызвало уже новую волну хейта, куда уже подключилась вся Центральная Азия».
По словам основателя компании Анны Обыденовой, люди неверно интерпретировали информацию на сайте, решив, что запатентованы национальные узоры. На деле же речь идет только о конкретных коллекциях:
Анна Обыденова основатель компании YAKA «YAKA никогда не претендовала на патентование киргизских национальных узоров или орнаментов, потому что получить патент в принципе невозможно. Мы никогда таких заявок не подавали. Это известно любому бренду в Кыргызстане, который использует традиционные узоры в своих дизайнах, об этом мы сообщали в нашем официальном заявлении. Авторское право применяется только на орнаменты, которые создавали киргизские дизайнеры в рамках наших с ними договорных отношений».
С юридической стороны вопроса ситуацию оценивает юрист и патентный поверенный Владимир Рыбин:
Владимир Рыбин юрист, патентный поверенный «Соотношение народного творчества и личного авторства — вопрос неоднозначный, оценочный. Но, в общем-то, если объекты народного творчества были переработаны авторски, то, конечно, авторским правом они охраняются. Второй вопрос — это спор об авторстве, потому что разные лица утверждают, что авторами готового продукта являются именно они. Это устанавливается фактическими обстоятельствами: какая страна лучше докажет, что она была первой».
Основатель Института развития индустрии моды Beinopen Алексей Баженов уверен, что юридически у бренда все чисто: паттерны, которые можно использовать. А дальше уже все зависит от некой этической позиции:
Алексей Баженов основатель Института развития индустрии моды Beinopen «То, что бренд работает с локальными кодами, это нормально. Это должно в дискуссии рождаться: где идентичность, где уникальность, а где использование культурных чужих кодов. Как это обычно решают? Делают коллаборации с каким-то локальным дизайнером, например. Я работаю с кучей культур. Время от времени мне задают вопросы, вот коллеги из Якутии говорят: «А ты почему Якутией занимаешься, ты же не якут?» Мне кажется, что классно, когда Якутия коллаборирует с Дагестаном, это и есть концепция лоскутного одеяла. Чтобы противостоять большим международным брендам, нужно коллаборировать с локальной культурой, иначе ты не будешь уникален, но делать это этически правильно».
По мнению экспертов, этот общественный резонанс позволит бренду скорректироваться. А через такие конфликты будет возникать общая практика, и будет понятно, в каких ситуациях и кому можно использовать элементы культурного наследия той или иной страны.