Мой на данный момент последний рассказ. Всем приятного прочтения!
Предупреждение: употребление алкоголя, упоминание ядерной войны.
Шок.
Сотни километров были объяты адским пламенем. Тысячи пожаров, танцуя свой судный танец, объединились в один. Свет от них ослеплял, освещал небо ничуть не хуже солнца.
Все произошло так быстро и внезапно... Любовь не в силах сказать ни слова. Ее могущественный разум не мог допустить подобной мысли. Народ, ее творение, дети ее, погибли. Погибли из-за своей же глупости.
Никто не застрахован от горя, даже боги. Осознание пришло только после пары шагов по недавно остывшей земле.
Ни одна живая душа не скрылась от жара тысячи крематориев. Радиоактивный пепел осядет в почву на долгие годы, отравляя и заставляя своих жертв мучиться в долгой агонии.
Гнев.
Богиню охватывает ярость. Горящая где-то внутри, она не уступает по силе бомбам из-за которых все и случилось.
— Неблагодарные твари! Свиньи! — почти уже осипшем голосом, гремит Любовь Ревенклоус. Ее эмоциональный приступ длился уже часа два. Приближенные и слуги разбежались по самым темным углам, лишь бы не попасть под руку.
В стену летит книга, потом подсвечник. Богиня кричит истошным воплем. Ее душа ноет, бьётся в конвульсиях гнева и горя. Она бьёт кулаком об стену, ее костяшки покраснели и начали болеть. Дыхание тяжёлое, тело замирает.
Глаза становиться влажными, а ноги - ватными. Любовь садится на пол, прижимает колени к груди, по ее щекам начинают течь горькие, полные гнева и отчаяния слезы.
— Никто даже не подумал обо мне... Идиоты... — вырывается сквозь всхлипы, нечто тихое и скомканное. Не то, что ожидаешь услышать от могущественной богини огня.
Торг.
Нельзя сказать, что Любовь когда-либо работала на работе, о нет... Она на ней жила. В начале были наука, исследование, потом заселение terra incognita¹, забота о новорожденной нации... У нее не было такой роскоши, как свободное время, да и, если честно, оно ей не особо было нужно.
Не изменила своим принципам Любовь и будучи богиней. Долгое время она гордилась собственным народом. Он был лучшим, опережал остальные страны во всем на века...
И что-то она упустила...
Казалось, Эдем вымер полностью, но вот проходят десятилетия, и на поверхности километровых выжженных пустынь появляться нечто восхитительное и прекрасное.
Жизнь. Она пробивается из-под пепла подобно росткам хрупкого цветка. Потомки тех, кто успел спрятаться под землёй, выходят из своих убежищ. Со временем они сбиваются в стаи, образуют города и даже новые страны рождаются на теле умершей империи.
Любовь радовалась за свой народ, но этого ей было мало. Она хотела ему былой славы и силы, а какое может быть могущество у людей, которые едва умеют читать?
У нее была надежда, и эту надежду звали Сьюзи.
Сьюзи она знала ещё до катастрофы, богиня следила за ней с самого рождения. Не обладающая какими-то магическими способностями, при этом она была интеллектуально одаренной. Её технический ум поражал, она руководила многими значимыми проектами, и даже ее собственная компания выпускала лучшую технику в стране. Когда началась война, столь уникальная женщина смогла перенести свое сознание в цифровое пространство, где стала почти бессмертной. Вокруг ее базы - бетонные, свободные от радиации джунгли. Один из немногих сохранившихся островков спокойствия для покалеченного народа.
Вот только сама бывшая миллиардерша мало походила на миссию... Холодная, высокомерная, нелюдимая. Среди простого люда ее считали лишь грубым диктатором, не более. Столь идеальный план, выстроенный в голове Любви, рухнул как карточный домик. Она опять что-то упустила, не смогла вовремя повлиять на скверный характер. Отчаяние выливалось в гнев... А дальше ссора.
Сам спор богиня помнит смутно, но собственное наложенное проклятье ей не забыть никогда. Сьюзи приобрела новое тело из плоти и крови. Без способности к магии, без контроля над собственными устройствами и городом, а самое главное - кошачье. Будучи простой кошкой, она оказалась среди наполненной бандитами и крупными хищными тварями пустоши.
Такое простить было трудно. Остывшая от гнева Любовь спохватилась, попыталась исправить ситуацию в критический момент...
Ее ждал провал. Снова. Холодное тело больше не наполнить теплом, та, которую Любовь считала чуть ли не родной дочерью, умерла с ненавистью к собственной покровительнице.
Депрессия.
Бар находился где-то у земель Странствующего По Небосводу, бога праздников и наслаждения. Горьковатые виски обжигают горло, их резкий запах пробивал нос, слезились глаза. Любовь допивала уже шестой стакан... Или седьмой... Десятый? Пропитанный спиртом мозг не был в состоянии считать и как-либо рационально думать.
— Ещё... Налей... — промямлила она, положив устало голову на стойку.
— А вам не хватит, мэм? — спросил бармен, но, почувствовав запах гари, тот час вскочил и поспешил выполнить просьбу. Шутки с разгневанной богиней огня были плохи. А уж с пьяной в стельку и подавно!
Заскрипела входная дверь, и в полупустой бар входит Ру. Он садится рядом с Любовью, с грустью отмечает ее состояние, после - проводит рукой по ее волосам.
— Чего... Тебе...
— За тобой пришел. — отвечает он ласково. — Тебе домой пора.
— А... Не... Я... Ещё... — речь богини звучит бессвязно, взгляд был размыт.
— Пойдем... — осторожно Ру пытается взять ее под руки. Несмотря на свою худобу, она кажется тяжелой. Бог растений кривиться от едкого перегара.
Они идут к машине не спеша. Его подруга вот-вот уснет, она начинает сопеть, а Ру тем временем нервно молится, чтобы ее не вырвало в салоне (не хотелось вновь выслушивать возмущения депрессивной части Поляриса о порче любимой машины). Кое-как усадив ее на заднее сиденье, он сел за руль и они тронулись.
— У меня был... Херовый день... — пробубнила она сквозь сон.
— Заметно...
Тишина. Прерывает ее с периодичностью лишь свист и гул ветра.
— Как думаешь... Эклипс... Был прав?! — внезапно Любовь всхлипывает, непроизвольно начинают течь слезы. — Я просто неудачница... Когда-нибудь... Я умру в одиночестве... И никто обо мне не вспомнит...
— Нет! Он просто придурок.
Ру останавливает машину. Выходит, садится на заднее сиденье и берет богиню за руку. Та кладет голову ему на грудь и мирно засыпает. Бог растений печально вздыхает, осторожно смахивает с ее щеки кристально чистую слезу. Он с осторожностью приобнимает свое сокровище, от чьей боли ему уже самому хочется плакать...
Утекло много воды, но принятия так и не случилось.
***
Примечание.
1. Лат. Неизвестная земля.