Очевидно, что выборы президента Абхазии предсказуемо свелись к выбору курса, которым пойдёт республика в будущем. Избиратели должны выбрать - развиваться вместе с Россией или зачем-то отказаться от чрезвычайно выгодных отношений и предложений.
При этом оба варианта будущего курса Сухума персонифицируют кандидаты, прошедшие во второй тур. Бадра Гунба это, безусловно, дружба с Россией, Адгур Ардзинба - это явно что-то другое..
Интересно, что если Гунба публично позиционирует себя как успешного переговорщика с партнерами из Москвы, то Ардзинба не может прямо сказать, что он не будет дружить с Россией. Слишком сильны в республике пророссийские настроения. Но и прямо сказать, что будет - тоже не хочет. Вместо этого в ход идут такие конструкции - Бадра Гунба, как кандидат в президенты, должен выступить и сказать, что ни он, ни какой-либо другой абхазский политик не придерживаются антироссийских взглядов, что это все провокации.
Почему Гунба должен говорить ещё за кого-то? Тем более, за своих политических оппонентов? Такие заявления как раз и являются провокациями, попытками затянуть оппонента в свою риторику.
За Гунба говорят его действия. Этот кандидат в президенты явно дружит с Москвой, а другой кандидат, Ардзинба, такими явными действиями не может похвастаться.
Можно, конечно, сказать, что это Россия поддерживает Бадра Гунба. Но тогда давайте и говорить, что Ардзинба не нашёл поддержки в России.
А почему?
Может быть, потому, что выступил одним из организаторов ноябрьских беспорядков в республике и отметился в этот период рядом откровенно антироссийских высказываний, забыть которые за короткий срок очень трудно.
Этого, в общем-то, уже более, чем достаточно. То, что по утверждению некоторых сетевых источников ближайшее окружение Адгура Ардзинба связано с криминалом, а международные связи самого кандидата в президенты Абхазии включают и отношения с семьёй террориста, захватившего в 1996 году в Турции паром с россиянами на борту, это уже фон, просто бэкграунд. Если бы участие в ноябрьских событиях было для Ардзинба другим, то во многом ему было бы легче выстраивать сейчас с Москвой хоть какой-нибудь диалог.
Точно также неоднозначно разыгрывается Ардзинба карта межнационального согласия в многонациональной Абхазии. Конфликты окружения Ардзинба с армянской общиной следуют один за другим, и даже если потом за ними следуют извинения, то все равно это не может не настораживать Москву относительно перспектив развития ситуации в республике.
Георгий Аскеров
Эксперт Центра исследований гражданских и военных конфликтов (ЦИГиВК)