Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Анастасия Миронова

В войне задача любого общества - помогать и спасать свою армию. Поэтому мы должны приветствовать мир, а власть - не предавать пролитую кровь

В любой войне оценки населением ее целей, последствий должны исходить из сочувствия армии. В войне умирает армия, армия это наши соседи, сыновья учительниц, отцы одноклассников наших детей. В начале войны нельзя не поддерживать армию, потому как это означает пожелание смерти своим согражданам. За это всегда изгоняют из общества. Исключений нет! Можно не поддерживать власть, даже - свое государство, но нельзя желать смерти своей армии. В конце войны всегда нужно учитывать, что умирали не мы, а наша армия. Любые переговоры, любые чаяния, претензии, мечты должны упираться в ответ на один вопрос: "Когда армия вернётся домой?" Если идёт спор, нужна ли нам Одесса, нужен Николаев, сначала следует ответить на вопрос "А когда вернётся армия?" Одесса и Николаев мне нужны. Но единственным справедливым решением будет спросить армию. Так как ее не спрашивают, нам придется догадываться самим. Как вы думаете, дойдет наша армия до Одессы, нужна ей Одесса? Мы не воюем, воюет армия Одесса и Николаев

ria.ru
ria.ru

В любой войне оценки населением ее целей, последствий должны исходить из сочувствия армии. В войне умирает армия, армия это наши соседи, сыновья учительниц, отцы одноклассников наших детей. В начале войны нельзя не поддерживать армию, потому как это означает пожелание смерти своим согражданам. За это всегда изгоняют из общества. Исключений нет! Можно не поддерживать власть, даже - свое государство, но нельзя желать смерти своей армии.

В конце войны всегда нужно учитывать, что умирали не мы, а наша армия. Любые переговоры, любые чаяния, претензии, мечты должны упираться в ответ на один вопрос: "Когда армия вернётся домой?" Если идёт спор, нужна ли нам Одесса, нужен Николаев, сначала следует ответить на вопрос "А когда вернётся армия?"

Одесса и Николаев мне нужны. Но единственным справедливым решением будет спросить армию. Так как ее не спрашивают, нам придется догадываться самим.

Как вы думаете, дойдет наша армия до Одессы, нужна ей Одесса? Мы не воюем, воюет армия

Одесса и Николаев теперь на совести дипломатов и Кремля. От них будем ждать, чтобы добились и чтобы не совершили очередную ошибку, поверив шулерам.

Армия свое дело сделала. Три года - огромный срок. Великая Отечественная Война длилась лишь на 9,5 мес. дольше.

Ни у кого, кроме армии, нет морального права требовать идти дальше. Наше право и обязанность - требовать от власти, чтобы не прощелкали, не продали, не обесценили подвиг, совершенный низовой армией. И чтобы выяснили, кто в руководстве армии мешал ей выживать: через воровство, глупость, людоедство...

Это понятно? Не воюет твоя семья? Забудь про "идти до Одессы".

Касается одного такого сермяжного писателя, которого вчера наградили похвальной грамотой в Кремле. У писателя два сына призывного возраста. Где они? Про одного писатель рассказывал, что тот сильно занят - прокладывает маршрут Петра и Февронии (между прочим, тоже грантовый проект).

Замолчи! Три года идёт война. Здоровые граждане делали все, что от них зависит, для поддержки армии: слали деньги, помощь. Больше мы ничего не могли сделать. Мы не могли вернуть армию домой. Теперь можем!

Сейчас задача здоровых граждан - способствовать переговорам и возвращению армии. Чем раньше армия вернётся, тем больше в ней будет выживших. Носки они вяжут, видите ли, и песни для солдат сочиняют. Сами те носки носите и песни слушайте, оплаченные на гранты. У хорошего государства и крепкого общества армия всегда сыта, вооружена и ДОМА!

У любого общественно значимого лица сейчас должна быть одна главная задача - способствовать скорейшему заключению мира и возвращению домой. Раньше не было такой задачи, потому что не было возможности заключить мир без поражения. Требовать поражения своей армии - ещё хуже, чем желать ей гибели.

Наша армия получила возможность вернуться домой победителем. Мы должны этому способствовать. А требования, повторю, надо предъявлять власти. Более того, мы обязаны требовать, чтобы власть не предала и не продала пролитую кровь. Требовать чего-либо от армии мы на исходе третьего года войны не имеем права.