Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Академик и Лошадка.

В 2008 году мы ходили пешком и на лошадках до Куликова Поля. Так сказать, по следам дружины Фёдора Елецкого, но сейчас не об этом. Шли мы долго и это совсем другая история. Андрей Петрович, вы меня вынудили:) Погода была ужасная, шли обложные дожди. Мы мокли, и в один из дней, наш завхоз Торвальд мудро решил, что если мы сейчас переночуем в поле, то поход не завершится на фестивале, а завершится в морге. Он договорился в деревеньке насчёт брошенного дома, нас пустили переночевать в пустой домик. Мы там располагаемся, готовим еду, мокрое сняли и на полу расстелились. Нет большего кайфа в походе, чем ровная сухая поверхность для сна. Наступает ночь. Чую, надо идти по нужде. Аварийный сброс груза, фигурально выражаясь. Иду. А куда идти-то? Во дворе бурьяны выше человека. Где был сортир совершенно непонятно. Решил не испытывать судьбу, сел себе под яблонькой, сижу. Воздух чистый такой, пахнет прелью, луна полная, в небе облака растянуло, звёзды... Сижу. Вдруг, раздвигаются бурьяны! И на

В 2008 году мы ходили пешком и на лошадках до Куликова Поля. Так сказать, по следам дружины Фёдора Елецкого, но сейчас не об этом. Шли мы долго и это совсем другая история. Андрей Петрович, вы меня вынудили:)

Погода была ужасная, шли обложные дожди. Мы мокли, и в один из дней, наш завхоз Торвальд мудро решил, что если мы сейчас переночуем в поле, то поход не завершится на фестивале, а завершится в морге. Он договорился в деревеньке насчёт брошенного дома, нас пустили переночевать в пустой домик.

Мы там располагаемся, готовим еду, мокрое сняли и на полу расстелились. Нет большего кайфа в походе, чем ровная сухая поверхность для сна. Наступает ночь. Чую, надо идти по нужде. Аварийный сброс груза, фигурально выражаясь. Иду.

А куда идти-то? Во дворе бурьяны выше человека. Где был сортир совершенно непонятно. Решил не испытывать судьбу, сел себе под яблонькой, сижу. Воздух чистый такой, пахнет прелью, луна полная, в небе облака растянуло, звёзды... Сижу.

Вдруг, раздвигаются бурьяны! И на меня идёт Огромная Мохнатая Горбатая Неведомая Тварь!!! Вся шкура в репьях! Седая шерсть торчит клоками! А на том месте где должна быть голова — ГЛАЗ! На тонкой такой жилке трепещется!!!! И горит!!!! А ножки у чудовища такие тонкие! И оно идёт прямо на меня!!! Пританцовывая…

Что тут со мной стало братцы… Ну уж молчу что всё сразу получилось. Кроме того, перед глазами пробежало детство, юность, как птичек ловил коробкой из под туфель, как в пионерлагере рыбу коптили, первый поцелуй, начало реконструкции, как меня дядя Толя Сосна на коленках качал в Выборге, когда я уснул внезапно, как Соболь под лавкой уснул, а потом подумал что в гробу… ВСЯ ЖИЗНЬ пронеслась!

Чудовище приближалось… И вдруг, оно, голосом Академика спрашивает — «Паль, дружок, а ты тут лошадок не видел? Я им яблочек нарвал…»

Даааааа…. Такого облегчения, ни разу в жизни не испытывал.

Говорю — «нет, Андрей Петрович, не видел я никаких лошадок!!!».

На том и разошлись.

Наш Академик просто накинул на себя лижник (кто не знает, это одеяло такое с начёсом, серое лохматое) с головой, а на голову надел купленный в метро фонарик. В виде глаза светящегося!!! И в таком виде пошёл ночью по бурьянам и репьям в поисках лошадок, яблочками их угостить...

А нашёл меня под яблонькой:)