Анна бежала. В кроссовках, в пижаме, под дождём. Психолог сказал: «Ваше горе ищет выход через движение». Но Анна знала правду: если остановится, услышит тишину. А в тишине — голос сына: «Мам, смотри, я как гепард!»
Однажды у фонтана её догнал мужчина в костюме: «Вы — та самая бегущая? Мой сын умер от лейкемии. Можно с вами?» Они пробежали молча. На следующий день к ним присоединилась девушка с плакатом «Беги за тех, кто не может».
Группа росла. К маю их было тридцать: родители, потерявшие детей, врачи из хосписа, учительница, у которой умер ученик. Они не ставили рекордов. Просто бежали, а потом пили чай из термосов, вспоминая тех, кого нет.
«Это как свеча, — говорила Анна. — Одна может погаснуть, но если их много, свет останется».
Возле набережной выросло «Дерево памяти». К его ветвям привязывали ленты с именами: «Лёша, 5 лет», «Марина, 16 лет», «Артём, который не успел родиться».
Когда Анна завершила свой «марафон» (ровно 1000 дней), к дереву подошёл мужчина: «Можно я добавлю ленту? Моя жена… она тоже бежала с вами. Теперь её нет».
Смерть забирает людей, но не любовь. Иногда, чтобы это понять, нужно просто начать бежать.