Ваня вернулся домой, усталый после долгого рабочего дня. Он зашел на кухню, надеясь найти Веронику, но вместо радостного приветствия увидел ее сидящей за столом с напряженным выражением лица.
– Привет, – сказал муж. – Что с тобой? Почему не встречаешь?
Вероника подняла взгляд.
– Да так, плохим выдался день… – Она замялась, словно искала нужные слова.
– Что-то не так? – спросил Ваня, замечая ее странное поведение.
– Сегодня приходила Инна, – произнесла Вероника, стараясь говорить спокойно.
Ваня нахмурился.
– Инна? Зачем?
– Она… – Вероника сделала паузу, и Ваня почувствовал, как напряжение в комнате нарастает. – Она сказала, что ты ее любовник и собираешься бросить меня, чтобы жениться на ней.
– Что?! Это абсурд! – воскликнул он. – Ты же знаешь, что это бред!
– Она говорила очень уверенно, Ваня, – сказала Вероника. – Или у нее есть повод врат?
– Может, потому что у нее нет ничего лучше, чем сплетничать о других? – ответил он, но в его голосе уже звучала растерянность.
– Да?! – нахмурилась Вероника, ее голос дрожал от эмоций. – Она утверждала, что вы встречаетесь!
Ваня резко развернулся, его лицо покрылось гневом.
– Знаешь, Вероника, да, Инна сказала правду! А все произошло по твоей вине! Между нами не так, как было раньше! – произнес он, его слова звучали как обвинение. – Ты запустила себя, и я больше не вижу в тебе ту женщину, в которую когда-то влюбился!
– Что ты несешь? – воскликнула Вероника, ее глаза наполнились слезами. – Я стараюсь, как могу!
– Стараешься? – переспросил он с сарказмом. – От тебя пахнет столовой, а не красивой молодой женщиной!
Вероника замерла, не зная, что ответить. Ваня, разозлившись, резко развернулся и вышел из кухни, хлопнув дверью супружеской спальни так, что посуда на столе задрожала.
Вероника осталась одна на кухне, ее сердце колотилось от обиды и горечи. Она подошла к плите, где еще стояла приготовленная еда. С трудом сдерживая слезы, потянулась к своим волосам и понюхала их.
– Да, от меня действительно пахнет едой… – прошептала она, и горечь от ее слов заполнила кухню, словно тяжелый туман. – И что же? Это повод мне изменять?
Продолжение следует