Прекрасный новый офис, или как мы выживали в open space

Я никогда не любил понедельники, но этот побил все рекорды. Во-первых, нам торжественно объявили, что теперь мы работаем в новом формате: никакого личного пространства, только свобода, свет и… бесконечный open space. Во-вторых, это решение было подано как величайшее благо, которое повысит нашу продуктивность, корпоративный дух и, разумеется, уровень счастья.

Когда я вошел в офис, меня ослепил белоснежный свет. Или это был не свет, а отражение отчаяния в глазах моих коллег. Рабочие столы стояли в длинных рядах, как в пионерском лагере, где свобода существовала только на бумаге. Не было перегородок, не было кабинетов. Только мы, наши ноутбуки и бесконечный гул голосов.

Руководство уверяло, что теперь мы станем одной дружной семьей. Что ж, в любой семье есть странный дядя, который громко чавкает, и тётя, которой всегда надо обсудить последние новости. В нашем случае таких «родственников» было с десяток. В углу истошно спорили маркетологи, у окна кто-то вдохновенно рассказывал о йоге, а где-то позади меня сквозь шум пробивалось надрывное жевание яблока. Каждый звук попадал прямо в мозг.

Но это ещё полбеды. Нам торжественно заявили, что теперь «гибкость» – наше всё. Гибкость в смысле отсутствия закреплённых мест. То есть утром ты приходишь и ищешь, куда бы приткнуться, как студент в забитой библиотеке перед сессией. Я выбрал стол рядом с кофемашиной – думал, что это гениальная идея. Пока не понял, что теперь каждые пять минут рядом со мной останавливается кто-то, кто, судя по запаху, пьёт один эспрессо за другим и никогда не пользуется дезодорантом.

Отдельного внимания заслуживает концепция «минимализма»: ни у кого нет личного шкафа. Всё хранится в «гибких хранилищах», которые, как выяснилось, представляют собой картонные коробки, где твои вещи мистическим образом исчезают и появляются в неожиданных местах. Например, утром ты можешь найти свою мышку в коробке с чьими-то контейнерами для еды. Видимо, это часть стратегии по сплочению коллектива.

Ещё одна гениальная идея – отказ от бумажных документов. Всё должно быть в облаке! Правда, облако, похоже, решило нас покинуть, потому что интернет стабильно исчезает раз в три часа. Когда это происходит, мы просто сидим и смотрим друг на друга, как пассажиры самолёта, у которого отказали двигатели.

В какой-то момент я понял, что мне срочно нужно уединение. В офисе для этого предусмотрены «капсулы тишины» – маленькие стеклянные комнаты, которые напоминают телефонные будки. Я забрался внутрь, надеясь на минуту покоя, но обнаружил, что звукоизоляция там выполнена по принципу иллюзии: ты видишь стены, но слышишь всё так же хорошо, как и снаружи. Ну хотя бы я смог посидеть один, пока через минуту кто-то не начал стучаться с вопросом: «Ты долго ещё?»

К обеду я был готов бежать, но у нас был запланирован тимбилдинг. Это не обсуждается – сплочение коллектива, как-никак! В конференц-зале нас собрали на «сеанс осознанности». Десять минут нас учили правильно дышать, что было неплохо, учитывая, что к этому моменту я уже собирался задохнуться от раздражения. Потом нас заставили рисовать друг другу комплименты. Один коллега написал мне: «Ты выглядишь терпеливо». Это всё, что во мне осталось, да?

День закончился планёркой, на которой начальство сообщило, что продуктивность выросла на 15%. Я не знаю, как они это посчитали, но догадываюсь, что в процентах учитывались только их собственные показатели. Мы разошлись с ощущением, что стали частью чего-то великого. Вернее, с надеждой, что завтра интернет будет работать хотя бы до обеда.

Когда я выходил из офиса, кто-то сказал: «Классное место! Я бы тут и жил». Я посмотрел на него с ужасом. Кажется, open space начал ломать психику некоторых из нас.

И знаете что? Мне даже стало страшно. Потому что через три месяца нам обещали внедрить концепцию «рабочей экосистемы». Я боюсь представить, что это значит.