Глава 5: Ночь Хаоса
Путь Советника
Холодный ветер терзал пустынные улицы, поднимал пыль и уносил её в тьму. Совикус двигался уверенно, его шаги были размерены, без спешки, будто он давно знал, куда ведёт его путь. Плащ развевался за спиной, тень его лица скрывала капюшон, а взгляд оставался холодным, сосредоточенным. Дорога вела на север, туда, где по воле Моргаса ему предстояло совершить важнейший ритуал.
В этом ночном воздухе было что-то странное, неуловимое. Ветер казался почти живым, шептал забытые слова. Деревья дрожали, словно готовые восстать, но не касались друг друга. Звезды тускло мерцали, словно скрываясь от грядущего события. Совикус чувствовал это. Магия наполнила воздух, как невидимая сила, которая влекла его вперёд. Всё было готово.
Но он не был один.
Тень двигалась за ним с тех пор, как он покинул Альтгард. Шаги еле слышны, дыхание едва различимо — кто-то следил за ним. Совикус почувствовал это интуитивно. Это не было угрозой, скорее, неуклюжей попыткой оставаться невидимым. Мальчишка.
Тот был худощавым, но ловким, по возрасту не старше четырнадцати-шестнадцати лет. Он прятался за деревьями, замирал в зарослях, словно надеясь, что его не заметят. Но Совикус знал: магия, заключённая в нём, давала ему чувствительность, которой обычным людям не достичь. Он ощущал малейшие колебания в воздухе, незаметные шаги.
Кто он?
Случайный деревенский сирота, заблудившийся и отчаянный? Или посланник кого-то другого?
Советник мог бы легко поймать его, мог бы заставить замереть от страха одним взглядом или уничтожить, щёлкнув пальцами, но он не стал этого делать. Он шёл дальше, предоставляя мальчишке возможность следовать за ним, зная, что это лишь вопрос времени, когда Моргас подаст знак.
Деревня Гребень
Гребень был маленьким посёлком, затерянным среди тёмных лесов. Дома стояли низкие, крытые потускневшей черепицей, и отовсюду чувствовался запах гниющей древесины и сырого сена. Когда Совикус въехал в деревню, тишина окутала её как тяжёлое одеяло. Люди поспешили исчезнуть в домах, словно почувствовали, что этот странник был не просто чужаком. Даже те, кто сидел у костров, молча разошлись в разные стороны.
Тени мелькали в окна, лица скрывались в дверных проёмах — испуганные и недовольные. Совикус чувствовал это напряжение, что висело в воздухе. Это не было обычным страхом. Люди в Гребне знали, кто он, и это знание внушало им не только страх, но и тревогу. Они ощущали хаос, исходящий от него, но не могли объяснить, что именно это.
Советник не обратил на них внимания. Он направился в таверну — старую каменную постройку с покосившейся вывеской. Внутри было душно, пахло копчёным мясом и дешевым элем. У стены сидели несколько крестьян, молча поглядывая в его сторону.
Трактирщик, пожилой мужчина с густыми седыми бровями, молча подал Совикусу кружку вина и тарелку с похлёбкой.
— Тепло нынче, — произнёс он, словно это было всё, что ему было нужно сказать.
Советник не ответил. Он ел молча, сосредоточившись на предстоящем пути.
Когда в деревне погасли огни, и тишина стала почти невыносимой, мальчик всё ещё наблюдал за ним. Скрывшись в темноте, он не отступал.
Тень, что движется следом
Мальчишка не спал. Он устроился в сеновале, прячась в тени, и чувствовал, как ночь становится тяжёлой, как будто сама тьма готова обрушиться на него. Вдалеке, за лесом, поднимались чёрные облака, вспышки алого света то и дело пробивались сквозь них. Это был знак. Совикус чувствовал, что его время близко.
Именно в этот момент, когда лес поглощал последние звуки ночи, послышались шаги. Разбойники. Их было пятеро. Мутные фигуры, с запахом грязи и пота, с ржавыми клинками в руках.
— Эй, господин, чего один ночью? — насмешливо спросил один из них.
Советник не изменил позы, его взгляд был холодным, как лед. Он не отреагировал на угрозу, не остановился. Он знал, что всё это не имеет значения.
— Кошель бросай, — добавил другой, протягивая руку с грязным пальцем.
Третий, самый крупный, замер, узнав фигуру в плаще. Он растерянно прошептал:
— Это... это же...
Но было уже поздно. Совикус слегка приподнял руку. Тени вспыхнули, и, как живые, ринулись в атаку.
Первый не успел даже вскрикнуть — тени вспыхнули, сжались вокруг его черепа, выжигая глаза изнутри. Он рухнул, извиваясь, но уже был мертв. Второй взвыл, когда его плоть начала темнеть, покрываясь язвами, словно разлагалась на глазах. Его пальцы, ещё секунду назад сжимавшие кинжал, рассыпались в пыль.
Третий замер, вглядываясь в Совикуса. Лицо его исказилось ужасом, когда он понял, кто перед ним. Он открыл рот, но крик застрял в горле, сдавленный рвущимися из тени щупальцами. Они втащили его в себя, поглотили.
Четвёртый сорвался с места, но даже бег не спас его. Пламя разорвалось у него под ногами, взвилось по телу, и уже через мгновение его кости осыпались чёрным пеплом.
Последний, дрожащий, сдавленно дышал, сжимая рукоять меча. Он сделал шаг назад, потом ещё один. Совикус чуть повернул голову. Не спеша сжал воздух перед собой.
Раздался влажный хруст. Человек вытаращил глаза, его губы дёрнулись в беззвучном крике. Он осел на колени, а изо рта стекала тёмная кровь. Его сердце перестало существовать.
Советник не оглядывался. Он знал, что мальчишка видел всё.
Встреча с Богом
Холм, скрытый в тумане, стоял над лесом, как каменный страж. Совикус шагнул в круг древних камней, и воздух вокруг него затрепетал, словно что-то пробудилось.
— Выходи, — произнёс он спокойно, голос его был низким, как шёпот ветра.
И туман, сгустившийся до почти полной непроглядности, растворился в темноте.
Мальчишка вышел. Он был бледен, дрожал, но всё ещё стоял, не отступив.
— Ты знал, что я здесь? — его голос был слабым, но не испуганным.
Советник кивнул, не отрывая взгляда.
— Ты не должен был следовать за мной. — его голос был ровным, как всегда, но в нём скользнула лёгкая тень сожаления.
Мальчик молчал.
— Теперь у тебя есть выбор. Либо ты уходишь и забываешь всё, что видел… Либо...
В этот момент туман начал сгущаться, и из его недр вышла фигура. Высокая, темная, как сама тьма.
Моргас.
Его чёрные рога искривлялись в воздухе, багровые глаза сияли, и голос, не произнося слова, раздался в разуме мальчика:
"Ты выбрал не ту дорогу."
Тени ринулись вперёд, охватывая мальчика, его попытка к бегству была обречена. Он вскрикнул, но его крик был поглощён тьмой. Всё вокруг исчезло.
Советник стоял, наблюдая за происходящим.
— Совикус, — голос Моргаса раздался, как грозовой раскат.
Советник пал на колено.
— О великий Моргас, я ваш преданный слуга.
Из ладони бога начала стекать тёмная субстанция, сгущаясь в нечто твёрдое. Совикус осторожно взял это в руку — металл, ледяной и обжигающий одновременно.
— Чистый хаос, — произнёс Моргас. — Ты знаешь, что с ним делать.
Советник кивнул, не сводя взгляда с блестящего кусочка металла.
Теперь ты готов, — голос Моргаса рассёк ночь, как лезвие.
Совикус поднял голову и увидел в глазах бога отражение себя — не человека, не мага, а пустоты, жадно впитывающей хаос.
Металл в его руке ожил, впился в ладонь корнями, и боль вознеслась экстазом. Он больше не чувствовал тела, только бесконечный вихрь, где стирались грани между слугой и господином.
