Вот так посмотришь телевизор вечерком, ненароком подумаешь, что про серийных убийц в России снимают больше, чем про любовь. Но вот, в чем нюанс: зрителям это нравится! Что же побуждает простого работягу, вернувшегося домой с завода, или добродушную мать, готовящую ужин на всю семью, смотреть кино об очередном насильнике и каннибале? «КП-Петербург» узнала у экспертов, зачем люди выбирают такой контент и почему из-за него преступников может стать еще больше.
Онлайн-исследования показали, что россияне из отечественных сериалов предпочитают детективы, в частности те, что основаны на реальных событиях – так называемый тру-крайм (дословно – «настоящее преступление»).
- Ничего нового в этом нет. Достаточно вспомнить культовое телешоу «Следствие вели» с Леонидом Каневским - главный тру-крайм нескольких поколений наших соотечественников, – напоминает о пристрастиях россиян кинокритик Феликс Зилич.- Развлечение же должно приносить сильные эмоции, а что может вызвать больше реакции у зрителей, чем уверение в том, что история подлинная?
Интерес к жанру подтверждает и рейтинг на Кинопоиске. Так, сериал «Фишер» о подмосковном педофиле-каннибале Сергее Головкине, официальными жертвами которого стали 11 мальчиков и юношей, зрители оценили на 7.8 из 10. У ленты «Чикатило», где роль ростовского потрошителя сыграл Дмитрий Нагиев, оценка чуть ниже – 6.7. А вот «Метод» с Хабенским в главной роли лидирует – 8.2. Но в этом сериале прошлись по многим громким делам: тут тебе и «Липецкий душитель» Анатолий Седых, изнасиловавший и убивший 12 девушек, и заслуженный учитель Анатолий Сливко, от рук которого в турклубе, где он работал, погибли семь детей, и другие душегубы.
ПОЧЕМУ ЛЮДИ ЭТО СМОТРЯТ
«Россияне смотрят сериалы про маньяков, чтобы расслабиться», - шутят на просторах Интернета. Да только это не шутка.
- По большей части человек выбирает такие фильмы для эмоциональной разрядки, - объясняет психолог Юрий Земцов. – Для нашего мозга нет разницы – за нами реально кто-то бежит или мы это только представляем. Сердечно-сосудистая, дыхательная и другие системы будут реагировать примерно одинаково. И здесь мы будем одинаково рады, что «выжили», когда ситуация или фильм завершатся.
Еще, по мнению эксперта, такой контент помогает удовлетворить потребность в справедливости, ведь каким бы хитроумным ни был преступник, в кино чаще всего полиция его ловит и он предстает перед судом.
Также причина может быть в пережитом ранее насилии - физическом, эмоциональном, сексуальном.
- При посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР) некоторые жертвы смотрят такие фильмы, чтобы вернуться в ту ситуацию и «прожить» ее, завершить. Особенно это касается женщин – ведь они чаще подвергаются насилию, - отмечает Земцов.
И правда: по статистике женщины тру-крайм смотрят охотнее - их 58 процентов аудитории.
- Это как на аттракционах покататься: страшно, но прикольно, - делится с «КП-Петербург» поклонница жанра, 40-летняя мастер маникюра Анастасия Богушева. – С одной стороны, очень пугает, что маньяки среди нас, и сопереживаешь жертве: вот вышел человек за хлебом, и нет его больше в живых… С другой – интересно наблюдать за тем, как преступника ловят и выясняют, почему он стал таким.
И даже если зритель уже вздрагивает от любого шороха, боится выходить на улицу и в каждом видит маньяка – он все равно летит на кровавый контент, как мотылек на свет. Поэтому снимать тру-крайм продолжат. Так, этим летом уже начались съемки сериала об «Ангарском маньяке» Михаиле Попкове, который отнял жизнь у 80 человек.
- Маньяки стали туристической достопримечательностью. Поводом для столичных киношников выехать за Садовое кольцо и снять что-нибудь про регионы, - отмечает кинокритик Зилич. - Есть, разумеется, в этом и свой плюс: визуальное узнавание российских городов нужно развивать. Но с другой стороны… хотел бы я фильм или сериал про маньяка из родной Самары? Нет, не уверен. Лучше про вампиров из какого-нибудь Смоленска.
«МАМА, Я ДАМЕРА ЛЮБЛЮ»: О РОМАНТИЗАЦИИ МАНЬЯКОВ
Тру-крайм – это, кстати, не только кино, но и подкасты, статьи и все прочие утюги, из которых нам вещают о маньяках. Специалисты бьют тревогу: мы романтизируем преступность!
Как это происходит? В угоду потребителю авторы контента делают героя-маньяка более привлекательным – не только внешне, но и внутренне: нам показывают его несчастное детство и то, что он мог бы быть хорошим парнем, если б не свернул не туда. Кто-то начинает понимать героя, сопереживать ему, а то и влюбляться.
- К сожалению, деструктивные и преступные поведенческие модели, как в свое время отметил известный криминолог Эдвин Сатерленд, зачастую усваиваются человеком гораздо быстрее и лучше, чем модели созидательные, - разводит руками судебный эксперт, профайлер и автор книги «Портрет психопата» Анна Кулик. – Романтизация маньяка и даже просто попытка оправдать его поведение ничего хорошего не несет: по сути, это не просто трансляция в массы деструктивной модели поведения, но и придание ей статуса чего-то популярного, а стало быть, одобряемого.
Массовое помешательство на злодеях ярче всего проявилось в случае с американским маньяком Тедом Банди, который, находясь в тюрьме, получал сотни писем от фанаток. Но далеко ходить не надо – историку Олегу Соколову, на зону тоже пишут поклонницы. На одной из них он даже собрался жениться.
А некоторые и вовсе переносят свое нездоровое увлечение на тело. Так, сын «Каменской» (Елены Яковлевой), которая на экране как раз-таки ловила злодеев - 30-летний Денис Шальных - набил себе тату с портретами серийных убийц: Банди и Джеффри Дамера, на общем счету которых более полусотни жертв. К слову, и фильмов об этих двух сняли немало.
Есть еще проблема. Тру-крайм может возбудить тех, у кого уже есть предрасположенность к насилию, и подтолкнуть их к преступлению.
- Способен ли героизированный в сериале маньяк сформировать у конкретного зрителя умысел на совершение преступления – вопрос неоднозначный. Но человека, уже имеющего преступные намерения, подтолкнуть к злодеянию он способен, - считает эксперт Анна Кулик. - Более того, сериальный «герой» еще может еще и подсказать, как именно необходимо действовать, чтобы про тебя потом сняли кино. Такие примеры в правоохранительной практике встречаются довольно часто…
ВОПРОС - РЕБРОМ
Нужно ли вообще говорить о маньяках и снимать о них фильмы?
Судебный эксперт, профайлер и автор книги «Портрет психопата» Анна Кулик:
- Говорить нужно, ведь отсутствие информирования тоже нередко становится причиной серьезных опасностей. Но говорить нужно в меру и крайне аккуратно, взвешенно, чтобы не пробудить у зрителя любовь, сопереживание и желание быть похожим на злодея. Хочется отметить, что дискуссия о недопустимости героизации маньяков – это спор не о свободе слова, а об ответственном отношении к информации. В современном мире это крайне важно. Кроме того, не так уж часто можно встретить хорошее кино о тех, кто борется с серийными убийцами. А ведь наша страна чрезвычайно богата своими легендарными следователями. Взять хотя бы Амурхана Яндиева (экс-следователь ростовской прокуратуры, поймавший Чикатило. – прим. Авт.). Вот о таких людях побольше бы фильмов!