— Сынок, — теща посмотрела на меня так, будто я только что признался в убийстве. — Ты уверен, что женился не на мне?
Я замер. Вилка, которую я держал, зависла в воздухе. Суп в тарелке вдруг перестал пахнуть. Да и весь мир, кажется, остановился.
— Что? — выдавил я, чувствуя, как лицо начинает гореть.
— Ну, — она вздохнула, положила ложку на стол и скрестила руки на груди. — Ты же видишь, что происходит? Лена ничего не делает. Ни готовит, ни убирает, ни стирает. Звонит мне: «Мама, помоги!» И я бегу. Как будто это моя обязанность.
Я посмотрел на Лену. Она сидела напротив, уткнувшись в тарелку, как будто суп внезапно стал самым интересным предметом в мире. Её щёки порозовели, но она молчала.
— Мам, — начал я, но теща перебила.
— Не «мам»! Я серьёзно, сынок. Ты женился на Лене, а не на мне. Но почему-то это я тут всё делаю.
Я почувствовал, как в груди закипает что-то неприятное. Гнев? Стыд? Или, может, просто недоумение.
— Лена, — обратился я к жене, стараясь говорить спокойно. — Почему ты не сказала, что тебе тяжело?
Она подняла глаза. В них читалось что-то между извинением и раздражением.
— Я не знала, как сказать. Ты всё время на работе. А когда приходишь, усталый, злой...
— Злой? — перебил я. — Я не злой! Я просто...
— Просто ничего не замечаешь, — закончила за меня теща. — Ты думаешь, всё само собой делается? Еда на столе, чистая одежда в шкафу?
Я опустил глаза. В голове начали всплывать картинки. Лена, сидящая на диване с телефоном. Теща, возящаяся на кухне. Я, приходящий с работы и сразу утыкающийся в телевизор.
— Мам, — снова начал я, но теща уже встала из-за стола.
— Нет, сынок. Хватит. Я не твоя домработница. И не Ленина нянька. Если вы хотите жить вместе, учитесь справляться сами.
Она вышла из кухни, оставив нас вдвоём. Тишина повисла в воздухе, как туман.
— Лена, — сказал я наконец. — Давай поговорим.
Она вздохнула.
— О чём? О том, что я ничего не делаю?
— Нет. О том, почему так получилось.
Она посмотрела на меня, и в её глазах появились слёзы.
— Я не знаю, как всё делать. Мама всегда помогала. А ты... ты никогда не спрашивал, как я.
Я почувствовал, как что-то сжимается внутри. Она была права. Я действительно не спрашивал. Не замечал.
— Прости, — сказал я. — Я был слепой.
Она улыбнулась сквозь слёзы.
— Давай попробуем всё делать вместе.
— Давай, — согласился я.
И в этот момент я понял: брак — это не только про любовь. Это про работу. Про умение слышать друг друга. И про то, чтобы не перекладывать свои обязанности на других.
* * *
С тех пор прошло несколько месяцев. Теща перестала приходить каждый день. Лена научилась готовить. Я начал помогать по дому. И знаете, что самое удивительное? Мы стали ближе.
— Сынок, — как-то раз сказала теща, заглянув к нам на чай. — Ты молодец.
— Спасибо, мам, — ответил я.
Она улыбнулась.
— Теперь я уверена: ты женился на Лене.
Мы засмеялись. И в этом смехе было столько тепла, что я понял: всё, что происходит в жизни, — это урок. Главное — вовремя его усвоить.
* * *
А потом мы сидели за столом, пили чай и смеялись. И я чувствовал, как что-то внутри меня меняется. Как будто я стал лучше. Сильнее. Мудрее.
И знаете, что самое странное? Это действительно так.