Да-да, этот милый домик, собственно, и есть мельница. То есть, когда-то это была настоящая мельница. Потом ее закрыли, потом хотели снести, но, к счастью, не снесли. Так, слегка облагородили. Сейчас там бары, торговые точки, что-то в таком духе.
А чуть дальше, метрах в пятидесяти от мельницы, был скромный дом на три квартиры. В одной из них и проживал какое-то время ваш покорный слуга. Где-то лет десять проживал. Пока не перебрался в дом чуть побольше. В старом жилье окно в моей комнате выходило как раз на старую мельницу. В непогоду, когда нельзя было выйти на улицу, я забирался на подоконник и наблюдал, как кипит напротив хлебная жизнь.
А однажды я захворал прямо в августе, и мама запретила мне уличные гуляния. Что ж, я устроился на своем привычном месте. Здесь добавлю, что между моим домом и мельницей протекала небольшая речушка, берега которой соединял прочный мост. И с моего наблюдательного пункта открывалось захватывающее зрелище проезжавшего транспорта. Велосипеды, грузовики, легковушки, тракторы, повозки, даже какие-то немыслимые брички...
А в тот августовский день я увидел нечто крайне захватывающее. По мосту двигались танки. Самые настоящие. Грозные. Один за другим. Мое сердце замирало от немыслимого восторга. Потом я какое-то время изнывал над загадкой, как же танки могли проскочить по узенькому мостику, пока наконец до меня не дошло, что стальные монстры перевозились трейлерами на платформах. Танковые гусеницы просто проплывали над перилами, не задевая их.
Еще позднее я понял, что присутствовал при историческом событии. Это был август 1968 года, и танки двигались в сторону гордой и свободолюбивой Чехословакии. Показать, что такое на самом деле социализм с человеческим лицом.
Зимой, похоже, того же 68-го, я сфоткался на фоне дома вместе с мамой и папой. Снимок сохранился, несмотря на мои многочисленные переезды.
Много воды утекло с тех пор. Дом напротив мельницы снесли. Мост тоже построили новый. Мама и папа ушли в мир иной. Мое прошлое периодически снится мне. Вот почему я взялся за перо. Выражаясь современным языком, заклавотюкал это дело.