Алена сидела в диспетчерской вышке аэропорта «Голубое небо» и устало потирала виски. Окончание смены приближалось, но ей нужно было ещё раз проверить несколько документов и дождаться приземления рейса из Анкары. Монотонный гул приборов успокаивал, но Алена чувствовала, что голова идёт кругом. За последние сутки она почти не спала.
— Седьмой сектор освободился? — спросила она в гарнитуру.
— Да, можно давать добро на руление, — ответил коллега с соседнего поста.
Алена переключила частоту и тихо выдохнула, когда услышала ровный голос пилота, подтверждающего её команды. Когда окончилась небольшая суета, в диспетчерской появился молодой стажёр, Жека, которому было поручено принести отчёты на подпись.
— Алена, тут начальник просил передать, чтобы ты подольше не задерживалась. Завтра у нас совещание в девять утра.
— Совещание? Ладно, спасибо, Жень, — Алена устало улыбнулась и сделала пометку в ежедневнике.
Она мысленно подумала о муже, Викторе. Он тоже работал в этом аэропорту, но в иной службе: «Официально он числится в отделе логистики, однако уже год, как жалуется на отсутствие повышения», — пронеслось у неё в голове.
Окончательно освободившись, Алена спустилась по узкой винтовой лестнице на первый этаж. В коридоре возле кулера стояли двое сотрудников и оживлённо беседовали. Она невольно стала свидетельницей обрывка разговора:
— …грандиозная премия. Вообще-то в их отделе такие бонусы дают только за крутой проект или личную связь с директором.
— Ну, Виктор как раз и есть правая рука начальника, чего уж тут. Он чуть ли не каждый месяц выезжает с ним на переговоры.
— А жене-то, интересно, говорит, куда столько денег уходит?
— Может, и говорит… Или нет…
При упоминании имени мужа сердце Алены неприятно сжалось. Она сделала вид, что наливает себе воду, но в горле пересохло, и она лишь незаметно сглотнула. «Виктор? Премия? Он же говорит, что денег совсем нет…» — подумала она, стараясь сохранить спокойствие.
Заметив Алену, сотрудники смущённо притихли. Она кивнула им и пошла к выходу. Слова, брошенные коллегами, звучали в голове эхом, и это было только началом череды странных открытий.
Дома Алену ждал отец — пожилой мужчина с уставшими глазами, больными суставами и непомерной гордостью, не позволяющей ему признаваться в слабости.
— Дочка, ты вся бледная. Может, поужинаем вместе? Я приготовил суп, правда, получился солоноватым, — предложил он, поднимаясь навстречу ей.
— С радостью, пап. Только позову ещё Виктора — вдруг он тоже голоден, — ответила Алена, улыбнувшись.
Отец кивнул и медленно пошёл в кухню.
Виктор появился спустя полчаса с хмурым видом. Он снял куртку и бросил её на диван.
— Ужинаем? Я только перекушу и лягу. День безумный, — пробормотал он.
— Сегодня в аэропорту говорили, что у вас там какие-то крупные проекты… — начала Алена осторожно.
— А, это всё слухи, — Виктор отмахнулся. — Наш отдел никто не замечает, так что о «премиях» можешь забыть. Где уж нам…
Он устало вздохнул. Алена смотрела на мужа с сомнением: «Разве могут все сотрудники ошибаться?» Но вслух ничего не сказала.
Отец посмотрел на них обоих, поёжился, как будто чувствовал напряжение, но промолчал. За ужином говорили о пустяках. И только ночью, когда Виктор уснул, Алена долго лежала без сна, глядя в потолок. Её самой большой мечтой было стать пилотом. Когда-то, ещё в юности, она прошла базовый курс управления лёгким самолётом, но дальше обучение пришлось отложить — она заботилась об отце, да и денег не хватало. «Не сейчас, позже…» — говорила она себе. А потом вышла замуж за Виктора, который обещал «пробиться» и открыть ей дорогу в лётную школу. «Вместе покорим небо!» — звучало в его романтических речах. Но вот уже несколько лет мечта так и оставалась мечтой.
Утром следующего дня Алена пришла на совещание к начальнику аэропорта. Все сотрудники диспетчерской, техника и службы безопасности собрались в просторном конференц-зале. Виктора здесь быть не должно было, у него свой отдел, но к удивлению Алены, она увидела его в первом ряду рядом с директором. Они что-то обсуждали, раскладывали бумаги.
— Виктор, — позвала Алена, подходя ближе. — Ты что здесь делаешь?
— Доброе утро, — он натянуто улыбнулся. — Пригласили представителя нашего отдела… Так что не удивляйся. Я тут по делу.
Алена кивнула и заняла место чуть дальше. Когда началась презентация новых планов развития, директор — солидный мужчина с уверенным тоном — проговорил:
— …и особую благодарность хочу выразить нашему коллеге, который помог заключить выгодный контракт на обслуживание частных бизнес-рейсов. Это Виктор Солнцев, заместитель руководителя отдела логистики.
Сердце Алены ухнуло вниз: «Заместитель? С каких пор?» Вся диспетчерская команда ахнула. Алена заметила, как несколько человек украдкой смотрят на неё. Похоже, только она была не в курсе «карьерных успехов» мужа.
После совещания Алена догнала Виктора в коридоре.
— Заместитель? Почему ты ничего не сказал?
— Да это формальность, не думал, что имеет смысл рассказывать, — Виктор развёл руками, демонстративно щурясь. — У нас отдел маленький, я там по сути один что-то делаю, ну и дали должность «зам». Звучит круто, а зарабатываю копейки.
— Мне казалось, ты жаловался, что нет перспектив…
— Повторяю, это пустышка, на зарплату почти не влияет.
Алена нахмурилась, но промолчала. Виктор быстро поцеловал её в лоб и сказал: «Не накручивай. Скоро у меня будет разговор с директором — попробую выбить хоть какую-то прибавку.»
Дни шли своим чередом. Отец Алены всё чаще жаловался на боли, но у них не было денег на дорогие обследования.
— Может, возьмём кредит, чтобы проверить папу? — как-то раз спросила Алена у мужа.
— У нас и так ипотека за квартиру висит, — отмахнулся Виктор. — Денег нет. Давай подождём.
С каждым днём Алена всё сильнее замечала несостыковки между словами Виктора и тем, что видела и слышала сама. Он зачастую отсутствовал дома «по работе» и возвращался поздно, уставший, но при этом от него пахло дорогим одеколоном. Или вот ещё: недавно она увидела в багажнике его машины новые кожаные перчатки, хотя муж утверждал, что вынужден ездить в старых тряпичных варежках, потому что на нормальные не хватает.
Однажды вечером, когда Виктор снова ушёл на «совещание», Алена попросила у отца прощения и решила проверить кое-какую информацию. Диспетчерская служба имела доступ к архивам рабочих смен и списку внутренних командировок.
— Жека, может, ты сможешь мне помочь? Смотри, вот мой пропуск… — сказала она стажёру, протягивая электронную карту.
— Конечно. Что ищем, Алена?
— Список выездов сотрудников, которые были оформлены как «рабочие поездки» в последние полгода. И особенно меня интересует Виктор Солнцев.
Жека удивлённо поднял брови, но ничего не спросил. Через час он принёс Алене распечатку. Результат ошеломил: Виктор имел не менее десяти командировок за четыре месяца, связанных не только с «бизнес-полётами» по области, но и с каким-то планом закупки новых самолётов малой авиации. А в графе «статус поездки» значились пройденные согласования на крупные суммы.
— Не может быть… Он говорил, что денег нет, бизнес не идёт… — прошептала Алена, просматривая листы.
— Я только оператор, Алена, не в курсе, что он там делал, — виновато пожал плечами Жека и отошёл к монитору.
В тот же вечер Алена решила поговорить с начальником аэропорта — Олегом Львовичем, который частенько наведывался к диспетчерам. Она застала его в кабинете:
— Мне нужно спросить вас насчёт моего мужа… — начала она.
— Вижу, ты взволнована, Алена. Скажу прямо: Виктор — толковый специалист, но почему-то всё время просит не разглашать детали его работы. Упоминает, что «дома сложная ситуация». Я не вдавался. Но если у тебя какие-то подозрения…
— Я просто хочу понять, почему он… скрывает всё это от меня? — голос Алены дрожал. — Говорит, денег нет, а тут выясняется и командировки, и премии, и…
Олег Львович замолчал, подбирая слова. Затем сказал тихо:
— Алена, как человек я тебе сочувствую, но вмешиваться не буду. Что у вас там происходит — дело семейное. Если хочешь, проверь бухгалтерию: все траты на закупку сверхлёгких самолётов курирует наш заместитель, то есть твой муж. Там есть серьёзные вложения.
Алена поняла, что выхода нет: она должна знать правду. Следующие несколько недель она искала любую возможность выяснить, куда уходят деньги. Но Виктор вёл себя более чем осторожно. Он отстранялся от любых разговоров о финансах, оказывался «занят» в выходные, избегал даже семейных праздников.
Когда отец Алены слёг, у женщины едва хватало сил и времени ухаживать за ним и продолжать смены в диспетчерской. Виктор же перестал помогать почти совсем.
— Лена, мне сочувственно, но я погряз в работе… — бросал он, надевая пиджак. — Когда закончим сделку, может, возьму отпуск.
— Врачи говорят, что папе нужно обследование…
— Я не волшебник, Лена. Денег нет.
Слышать это было больно. Отец, страдающий от сильных болей, только сжимал губы и просил дочку больше отдыхать. Ему было стыдно за зятя, но он не хотел подливать масла в огонь.
Кульминация наступила, когда Алена случайно наткнулась на докладную записку в сейфе одного из бухгалтеров аэропорта. Та как раз ушла на обед, а Алена зашла отнести бумаги. Принтер выдал документ с грифом «Внутренняя информация».
— «Приобрести пилотируемые лёгкие суда в лизинг, сумма сделки… ответственное лицо… Виктор Солнцев»…
Сумма была колоссальной. «Так вот куда уходят средства!» — мелькнуло у неё в голове. Значит, Виктор с директором заключили выгодные контракты, возможно, на частные мини-рейсы или обучение VIP-клиентов. Но почему же Алена при этом не видит ни копейки?
Та же бухгалтерия упоминала дополнительную статью расходов «Вознаграждение координатору проекта»: и там фигурировала большая цифра. «Если он получает такие деньги, то почему мы не можем отвезти папу в клинику?» — её злило это несоответствие.
Той же ночью Виктор снова пришёл поздно. Алена не стала ложиться — сидела на кухне, уставившись в пустую чашку.
— Ты чего не спишь? — Виктор напряжённо посмотрел на жену.
— Жду тебя. Знаешь, я видела сегодня интересную бумагу. Из бухгалтерии. Лизинг самолётов…
— Алена, не лезь в это. Тебе лучше не знать, — он пожал плечами и налил себе воды.
— Но ты говорил, что всё плохо… Ни денег, ни перспектив. А там твоя подпись под контрактом на миллионы.
— Пойми, это деловая тайна. Директор просил не распространяться, чтобы конкуренты не перехватили сделку.
Алена почувствовала, как по её телу расходится холодная ярость. Мало того что муж врёт, он ещё и использует общую финансовую ситуацию в своих интересах.
— Мы сидим без копейки, у меня отец болеет, а ты…
— Лена, хватит. Знаешь, что я хочу сделать? Хочу приобрести долю в одной фирме, чтобы потом иметь собственный самолёт и обучать богатых клиентов. Это будет приносить мне стабильный доход. Наша семья потом тоже выйдет в плюс. Но зачем сейчас всё тратить на лечение?
— Лечение — это папина жизнь! — сорвалась Алена, стараясь не кричать, чтобы не потревожить отца в другой комнате.
Виктор тяжело вздохнул:
— Не начинай. Ты вечно преувеличиваешь.
Это было последней каплей. Алена резко поднялась из-за стола, её руки дрожали.
— Виктор, я… я не могу в это поверить. Ты всегда знал, что я мечтаю стать пилотом, а сейчас ты скрытно скупил себе самолёты и организуешь обучающие программы для других?!
— Ну, так уж вышло, — он отвёл взгляд. — Пришлось воспользоваться моментом.
Она молча развернулась и прошла в комнату отца, чтобы проверить, как он себя чувствует. Виктор остался на кухне. Он не побежал за ней и ничего не объяснил.
Алена решила действовать. На следующее утро, отпросившись на час, она встретилась с юристом аэропорта. Тот сказал, что все финансовые операции Виктора законны, но скрывать такие доходы от семьи — «морально некрасиво», хотя и не является незаконным. Однако юрист намекнул, что если Алена сможет доказать «нарушение служебных инструкций», возможно, Виктора ждёт внутреннее расследование.
— И тут всплывут все его левые схемы… — задумчиво сказала Алена.
— Скорее всего, — ответил юрист. — Но вы готовы к войне с собственным мужем?
Алена ничего не ответила. Она понимала, что выбора нет. Отец нуждался в срочном лечении. Да и сама Алена устала от постоянной лжи.
Финальный удар нанёс… сам Виктор. В один из дней Алена увидела в новостях, что аэропорт «Голубое небо» подписал эксклюзивный контракт с частным инвестором на обучение пилотов. И всё бы ничего, но в репортаже фигурировал Виктор: он хвастался, как «вкладывает личные средства и уже приобрёл два новых учебных судна». В конце интервью он обмолвился:
— Надеюсь, я сам тоже встану за штурвал, ведь у меня есть опыт…
Алена помнила, что Виктор никогда не учился официально на пилота. Зато её детская мечта, её курсы, её «недоучившийся» талант… Всё это раздражало и бесило вдвойне: «Он врал мне, что «тяжело сводить концы с концами», а сам уже фактически запустил бизнес!» — думала она, стискивая кулаки.
На волне скандала директор аэропорта потребовал от Виктора публичного отчёта. Оказалось, что тот приписывал себе чужие заслуги, вынуждал коллег подписывать документы задним числом и просил бухгалтеров держать рот на замке. Когда Алена предоставила распечатки, которые помог собрать Жека, карьера Виктора рухнула. Директор был человеком жёстким: он уволил заместителя отдела логистики за утрату доверия и служебный обман.
Для Алены наступило непростое время: она понимала, что брак фактически развалился. Виктор потерял работу и, не найдя в ней сочувствия, ушёл к знакомым «друзьям по бизнесу», надеясь спасти своё дело. И в итоге остался ни с чем — инвесторы тоже отказались от сотрудничества, когда вскрылись факты мошенничества.
Отец Алены, к счастью, получил необходимое обследование — ведь директор аэропорта, в знак благодарности за её честность и раскрытие аферы, назначил ей внушительную премию. Кроме того, за долгую и безупречную службу Алену перевели в учебный центр на более высокую должность: теперь у неё был гибкий график, и она смогла найти время, чтобы закончить пилотские курсы.
Однажды вечером, когда отец дремал у телевизора, Алена смотрела на сертификат, подтверждающий её квалификацию пилота лёгкой авиации. Тихая радость разлилась внутри. Она вспомнила слова Виктора: «Ты никогда не станешь пилотом, у нас нет денег и связей». Но теперь она стояла у открытого окна, чувствуя порывы ветра, и знала: деньги и связи не главное, когда у тебя есть упорство, талант и желание поддержать близких. Её отец уже готовился к госпитализации в хорошую клинику, а она… она была готова подняться на крыло.
Впереди новую пилотессу ждали экзамены, полётные часы, возможно, новые трудности. Но обмана больше не будет — и это придавало сил. «Иногда, чтобы расправить крылья, нужно первым делом сбросить тот груз, который тянет тебя к земле», — подумала Алена, отбрасывая воспоминания о Викторе. Спустя несколько минут она улыбнулась своему отражению в стекле: «Теперь у меня своя дорога к облакам».
Конец