Юг Балканского полуострова вместе с прилегающими островами в бассейне Эгейского моря стал тем регионом, где возникли две первые на территории Европы, тесно связанные между собой цивилизации - минойская и микенская.
В III и начале II тысячелетия до н.э. практически всю территорию материковой Греции и многие острова, занимали протофракийские племена, известные античным авторам под названием «пеласгов». Их язык («пеласгийский») относится к числу индоевропейских. Главным и постоянно превалирующим этническим компонентом на Крите, по крайней мере, с начала III и до середины II тысячелетия до н.э., оставались «минойцы».
Впервые человек появился на Крите в неолите. Народ мореплавателей пришел на необитаемый до того остров с северо-востока, с побережья п-ова Малой Азии. Лежащий на перепутье морских дорог, связывающих Европу, Азию и Африку, Крит уже в силу своего уникального географического положения не мог не стать центром коммуникаций Восточного Средиземноморья. Его горы характерных очертаний служили надежными ориентирами уже первобытным мореплавателям, направлявшим свои суда от острова к острову, чтобы, по возможности не теряя из вида суши, пересекать Эгейское море. По берегам восточной, северной и южной частей Крита, заселенных пришельцами в первую очередь, имелось множество песчаных отмелей, на которые древним мореходам было удобно вытаскивать свои весельные и парусно-весельные суда с поднятой кормой и еще более высоким носом (эти отмели в настоящее время не существуют: они исчезли после того, как в результате сильного землетрясения в VI в. н.э. западная часть острова поднялась на несколько метров над уровнем моря, а восточная - наоборот опустилась).
На первые века III тысячелетия до н.э. приходится переход на Крите от каменного века к бронзовому. Минойская культура на протяжении всего своего существования имела ярко выраженный морской характер, ее становление было теснейшим образом связано с развитием мореплавания и международной торговли. Важной чертой раннеминойского периода являлся быстрый рост населения. Условия для этого создавало успешное развитие сельского хозяйства, в котором основное место занимало выращивание злаковых культур, оливок и винограда («средиземноморская триада»).
ЭПОХА РАСЦВЕТА КРИТО-МИНОЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ (первая половина II тысячелетия до н.э.)
С наступлением среднеминойского периода (ок. 2200-1600 гг. до н.э.) открывается новая глава в истории Крита - возникновение на острове первых в Европе государственных образований с рабовладельческим строем, развитой письменностью, достаточно высоким уровнем экономики и культуры. В крупнейших критских городах - Кноссе, Фесте и некоторых других - строятся монументальные каменные дворцы (получившие у археологов название Старых дворцов) со множеством помещений - парадных, жилых и хозяйственных. В конце среднеминойского периода, похоже, трижды в течение одного столетия (около 1700, 1660 и 1600 гг. до н.э.) Криту пришлось испытать разрушительные землетрясения. Но на развалинах Старых дворцов возникают еще более грандиозные и величественные Новые дворцы.
Пережитые стихийные бедствия по-своему способствовали - в результате вынужденной активной мобилизации всех сил и ресурсов страны для очередных восстановительных работ - дальнейшему расцвету минойской культуры и становлению единого Критского государства с центром в Кноссе (1580-1450 гг. до н.э.). Именно тогда по всей заселенной территории острова распространяется густая сеть дорог, безопасность которых охраняли устроенные через определенные интервалы сторожевые посты. Централизация власти достигает в общем масштабе Крита своего максимума. Усложнение организации дворцового хозяйства требовало усовершенствования системы контроля. Насущные нужды ведения регулярной хозяйственной отчетности стимулировали появление письменности. Ее знаки первоначально имели рисуночный характер - такова «критская иероглифика», возникшая в XIX и просуществовавшая до XVII в. до н.э. Эта письменность имела словесно-слоговой характер. Некоторые иероглифы передавали целые слова, другие могли использоваться и для передачи отдельных слогов. Простой и удобной была система числовых обозначений. Иероглифические надписи наносились на самые разные предметы. Чаще всего встречаются оттиски нескольких иероглифов на глиняных ярлыках. Вероятно, писчим материалом служили тогда также деревянные дощечки, пальмовые листья, выделанная кожа, ткань или род папируса. Однако иероглифические тексты, написанные на столь недолговечном материале до нас не дошли. Писцами, владевшими критской иероглификой, для большего удобства в их работе очень скоро было выработано сильно упрощенное в графическом отношении «линейное письмо А». С XIX в. и вплоть до середины XV в. до н.э. оно использовалось преимущественно в деловой сфере. Примерно к концу XVII в. до н.э. на смену иероглифике в качестве декоративного шрифта для фиксации особо важных текстов на Крите пришел «минойский иератический силлабарий»
Критяне успешно выращивали пшеницу, просо, ячмень, чечевицу и горох; широко возделывали виноград и оливки, некоторые технические культуры; активно занимались садоводством, огородничеством и животноводством, рыболовством, охотой, а также пчеловодством.
Минойская талассократия. Значительная часть накапливавшихся материальных ценностей поступала в кладовые критских дворцов, вероятно в качестве дани с подвластных заморских земель, в первую очередь с островов Эгейского моря. Как раз в это время, надо полагать, и устанавливается знаменитая «талассократия» (греч. «морское владычество») Миноса. Она означала полное господство критского флота в Восточном Средиземноморье. И это ставило Крит в один ряд с другими великими державами древности. Недаром он на равных поддерживает с Египтом регулярные дипломатические отношения в период царствования фараона Тутмоса III (первая половина XV в. до н.э.).
Прямая колонизация являлась наиболее действенным способом закрепления критского влияния на вновь подчиненных территориях. Античные авторы сообщают об основании колоний критян во времена царствования легендарного Миноса на многих островах Эгейского моря, и прежде всего на Кикладах. Прежние их жители карийцы были изгнаны, а их земли заняли критские колонисты. Материалы раскопок подтверждают и достоверность сообщений античных авторов о военно-морских экспедициях Миноса в Сицилию и Южную Италию. Правители некоторых небольших прибрежных анатолийских и ахейских царств, попадавших в разное время под власть кносских владык, выплачивали им дань и отдавали в заложники своих детей.
Очистив воды прилегающих морей от пиратов, кносские владыки открыли своим купцам свободный путь на все стороны света. Торговые связи Крита простирались очень далеко. Великолепные изделия критских ремесленников проникали на восток до Месопотамии, на запад до Пиренейского полуострова. Они часто встречаются археологам при раскопках на севере Балкан и в Египте. Развитие товарно-денежных отношений в Кносской державе зашло уже настолько далеко, что в обращении появились первые примитивные деньги - медные слитки определенного веса в виде бычьей шкуры.
Кносская держава находилась на вершине своего могущества, когда стихийное бедствие нанесло минойской цивилизации очередной жестокий удар, который на этот раз был такой разрушительной силы, что оправиться полностью от него она уже не смогла, и вскоре остров оказался в руках иноплеменных захватчиков. Вот как представляется эта катастрофа с учетом данных археологии и геологии. Взрыв вулкана на острове Фера (Санторин), лежащем в 110 км к северу от Крита, произошедший около 1450 г. до н.э., вызвал сильнейшее землетрясение. Затем до острова докатилась мощная взрывная волна, вызвавшая большие разрушения, и тут же следом за ней на северное побережье обрушились один за другим гигантские цунами, причем высота этих волн достигала, вероятно, нескольких десятков метров. И, наконец, остров накрыла вызванная извержением вулкана огромная туча пепла. В результате города и селения Крита были обращены в развалины, многочисленный флот (основа обороноспособности страны) уничтожен, а плодородные поля в самой обжитой части острова, на его востоке и по всей центральной части (от северного до южного берега), покрыты толстым слоем губительного для растительности вулканического пепла, и цветущая прежде земля на долгие годы оказалась превращенной в безжизненную пустыню. Массовый падеж скота, вызванный гибелью пастбищ и заражением уцелевшего травяного покрова ядовитым фтором, содержащимся в продуктах вулканических извержений, должен был довершить постигшую минойскую цивилизацию страшную катастрофу, воспоминания о которой, возможно, сохранились в хорошо известном предании о гибели Атлантиды.
Таким образом, экономике Крита и всему его прежнему могуществу был нанесен непоправимый урон. Совершенно лишенный теперь защиты от нападений с моря, остров вскоре стал легкой добычей греков-ахейцев, беспрепятственно переправившихся с материка и завладевших им. Единое Критское царство со столицей в Кноссе продолжало существовать, но господствующее положение в нем занимали уже не коренные жители - минойцы, а поселившиеся рядом с ними достаточно многочисленные пришельцы. Новые кносские правители, хотя и претендовали на родство с древним домом Миносидов, опираясь на официальную версию о давних династических связях с ними, были явно ахейского происхождения. Деловую документацию царские чиновники на Крите вели теперь уже не на минойском языке, как прежде, а на греческом. Крит, по крайней мере со второй половины XV в. до н.э., стал составной частью Ахейской Греции.
АХЕЙСКАЯ (МИКЕНСКАЯ) ЦИВИЛИЗАЦИЯ В ГРЕЦИИ (II тыс до н.э.)
Начальный этап освоения юга Балканского полуострова первой волной пришедших со стороны Подунавья греческих племен (эпические сказания эллинов именуют их ахейцами) относится к рубежу III-II тысячелетий до н.э. Заняв Грецию, ахейские племена ассимилировали значительную часть местного пеласгийского населения, обладавшего более высокой культурой и уже сделавшего первые шаги к созданию настоящей цивилизации. На протяжении XX-XVII вв. до н.э. эволюция ахейского общества шла довольно медленными темпами. Но уже к концу этого периода повсеместно происходит формирование небольших по территории царств, центрами которых становились хорошо укрепленные поселения - постоянные резиденции глав аристократических родов. Наследственные племенные вожди превращались в локальных династов. Все они старались возводить свои родословные к верховному богу - Зевсу (Дивию, Дию). Отсюда происходит общее обозначение самих этих властителей и их потомков - «диогенеты» («рожденные Зевсом»).
Самые сильные в военном отношении ахейские царства создавали подчас со своими союзниками и сателлитами мощные коалиции для совершения грабительских походов на сопредельные страны, сулившие в случае успеха захват богатейших трофеев. Нередко случались набеги и на земли ближайших соседей в пределах самой Греции.
С XVI в. до н.э. в ахейском мире возвысилось царство со столицей в Микенах (область Арголида на северо-востоке Пелопоннеса). Раскопки монументальных царских усыпальниц (так называемых «шахтовых могил») выявили здесь несметные богатства. По имени этого города вся цивилизация поздней бронзы на территории Греции (XVI-XII вв.) получила теперь название микенской.
Помимо Микенского государства в Ахейской Греции существовали и другие сильные царства, правда, менее богатые и не столь агрессивные. Их столицами были Тиринф (в той же Арголиде), Пилос (на юго-западе Пелопоннеса), Афины (в Аттике), Орхомен и Фивы (в соседней Беотии), Иолк (в Фессалии, Северная Греция). В середине XV в. до н.э. к ним прибавился завоеванный тогда греками-ахейцами Крит. Именно там, судя по всему, появилось слоговое «линейное письмо Б», приспособленное для записи уже не минойских, а греческих текстов.
Ахейская Греция так и не превратилась в единое государство, оставаясь конгломератом разных по величине и силе царств. Между ними нередко возникали острые или затяжные конфликты.
Наверное, самым длительным и кровопролитным (во всяком случае таким он запечатлелся в эпосе) оказался поход ахейцев под предводительством микенского царя Агамемнона, сына Атрея, на Трою (Илион), очень важный в стратегическом отношении город у входа в пролив Геллеспонт (ныне Дарданеллы). Античная традиция относит эту Троянскую войну к 1193-1184 гг. до н.э. (а археологи датируют соответствующее ей разрушение археологической Трои Vila - Трои Приама - последними десятилетиями XIII - началом XII в. до н.э.). Захват Трои, достигнутый исключительно дорогой ценой, ознаменовал апогей ахейской экспансии в Средиземноморье. В это время ахейцам принадлежали почти все острова Эгейского бассейна. Следы их пребывания отмечены в Сицилии и Италии. Ахейские поселения появились на Кипре и Сирийско-Финикийском побережье.
Но неотвратимая, как оказалось, опасность уже грозила ахейской цивилизации с севера. Там накапливали силы для будущего наступления родственные ахейцам, но практически не затронутые их цивилизацией дорийские племена, а возможно и другие воинственные этнические группы Балкано-Дунайского региона. По преданию, греков-дорийцев вели в Пелопоннес Гераклиды, считавшие себя потомками и законными наследниками изгнанных с родины давних властителей Микен и Тиринфа. Попытки противостоять завоевателям оказались тщетными. Дорийцы обошли самые надежные оборонительные рубежи противника, переправившись через Коринфский залив на его южный берег. Высадившись на Пелопоннесе, они завоевали его лучшие, наиболее плодородные области. Главные ахейские центры полуострова были разрушены. Местные династы и их родичи, потеряв все, искали спасения в бегстве.
Практически вся материковая Греция и Эгейский архипелаг подверглись опустошительному нашествию. В результате там пресеклась та линия развития государственности, которая зародилась в недрах минойской цивилизации и была затем унаследована греками-ахейцами. В полной мере уцелел лишь один нетронутый островок микенской цивилизации на далеком Кипре. В остальных частях греческого мира примерно с конца XII в. до н.э. (традиционная дата окончательного «возвращения Гераклидов» - 1104 г. до н.э.) наступает период так называемых «темных веков».