Опять внутри бродячий пес,
Надсадно воя в стук колес,
Лишив меня привычных грез,
Согнал с лежанки.
И снова промельк крыш домов
И волны, волны проводов…
И яркие цепочки снов
Рвут полустанки.
Я еду от себя к себе,
От старой – к новой суете,
Чтоб, как на вечной мерзлоте,
Ростком зеленым,
Хоть пару дней пошелестеть
И корни отогреть успеть –
И с ветром снова улететь
К местам знакомым.
Всегда тревожен новый путь,
В прозрачных водах зреет муть…
Слегу бы только не согнуть
В болотной гати!
Я вне смятений и времен –
И вновь от бед заговорен,
И верю в силу трех имен
И божьей рати…
Ах, как это созвучно услышанному пару дней назад в его исполнении: «Хоть немного еще – постою на краю…»
- Саша, ты где, куда, когда обратно? – Спрашиваю Александра Борисовича Лынника, прочтя в смартфоне эти стихи.
- Еду в Луганск, только написал, как они тебе?
Вот в этом он весь – неудержимый и неугомонный.
Концерты, творческие встречи, полеты на самолете и парашютные прыжки.
Общественная деятельность, горные лыжи зимой и альпинизм летом.
А еще дайвинг, рафтинг и множество других увлечений, занятий и обязанностей.
О его дружбе с космонавтом Михаилом Корниенко, я знал – общались, когда тот приезжал на аэродром «Первушино». И все мы – небольшое число посвященных, сильно переживали, когда группа специалистов, куда вошел Лынник, начала подготовку к рекордному прыжку из стратосферы на парашютах на географический Северный полюс.
Но только много позже, в доверительной беседе узнал я о сложностях подготовки и организации этого мероприятия.
Ведь мало было пройти медицинские обследования, обучение по программе подготовки космонавтов. Надо было проверить, а сначала привыкнуть к новому и специальному снаряжению, ведь прыгать придется с высоты более десяти километров из самолета, летящего со скоростью более 400 километров в час.
Не задохнуться, справиться с парашютной системой, а затем приземлиться, да не к бредущему по ледяной пустыне белому медведю в гости, а именно в намеченную точку на ледовой базе «Барнео».
Кто хочет – тот добьется и отважные испытатели Михаил Корниенко, Александр Лынник, Денис Ефремов - выполнили то, что еще никто в мире не делал.
Я часто говорю ему: - Браво, Алесандр Борисович, как и за концерт, который по давней уже традиции, состоялся в Уфе, в день рождения Владимира Высоцкого – 25 января.
Зал был полный, свободных мест я не видел, как и обычно.
Публика, большею частью взрослая, вполголоса переговаривалась, неспешно и чинно рассаживаясь. Все ждали начала, а он появился как-то неожиданно, в полутьме сцены.
Подошел к микрофону, улыбнулся, провел по струнам и в мгновенно наступившей тишине прозвучало: - Кто сказал, что Земля умерла?...
Вспыхнул экран позади с огромной фотографией Высоцкого и знакомый, с хрипотцой голос заставлял то поежиться от мурашек на спине, то улыбаться, то притопывать и подпевать.
Были любимые многими и редко исполняемые песни.
Веселые и лирические. О войне, горах и расставаниях.
Александр Борисович пел в манере Высоцкого: энергично, на нерве и чувствовалось, что буквально «от напряженья колени дрожат» и вдруг, закончив очередную песню, после шквала аплодисментов, пригласил на сцену исполнителя, который раньше с ним не выступал.
Представил: Иван Вихарев из Новосибирска. Он тоже исполняет песни Высоцкого, «в живую» но не под гитару, а с заранее записанным оркестром.
С начала было немного необычно, но затем своим профессионализмом и артистизмом, певец завладел залом и, когда Лынник сказал, что Вихарев ранее выступал в группе «Ласковый май», стало все понятно – откуда опыт и мастерство.
Сейчас, когда я пишу эти строки, Александр Лынник, вероятно, уже подьезжает к Луганску.
Больше он новых стихов мне не прислал, но сообщил, что через несколько дней уезжает в Новосибирск, где выступает в новом проекте с Иваном Вихаревым, под общим руководством Никиты Высоцкого, сына Владимира Семеновича.
Вот такой он – Лынник Александр Борисович. «Надежный, как весь Гражданский флот».
Браво, но и аэродром «Первушино» ждет тебя. Ведь «Только в полете – живут самолеты!»
Предыдущая часть:
Продолжение: