Перед ноябрьскими каникулами школьный медосмотр выявил у Алисы серьезное нарушение осанки – гиперкифоз, пришлось даже в город ехать на консультацию с ортопедом. Не было печали! Врач запретил нам долгие компьютерные "посиделки", назначил препараты кальция и лечебную физкультуру.
Поскольку инструктора ЛФК в Козловке не было, пришлось мне изучать ролики на Ютуб и заниматься с дочерью в домашних условиях. Комплекс упражнений казался не сложным, но Алиса терпела его с трудом.
Само хилое тельце будто нарочно не слушалось хозяйку, не желало наклоняться и скручиваться как положено, постоянно кренилось в сторону, теряло равновесие. А я теряла терпение, срывалась на окрики, после которых ругала себя и накидывалась на дочь с поцелуями. Окончательно убедилась, что Алиска физически зажатая, скованная, мышцы слабенькие, гибкости нет.
Даже я, почти старушка, могу ладонями коснуться пола в наклоне, а у нее не получается.
Ну, куда это годно - девчонке восемь лет, а до своих носочков дотянуться не может! И притом никакого стремления к развитию. Каждая тренировка – как пытка.
Вроде до подросткового упрямства еще далеко, но большую часть наших занятий занимали мои уговоры и прямой шантаж.
— Доча, надо выполнять эти движения, иначе спинка не выпрямится, так и будешь горбатая ходить.
— Ну и пусть!
— Слышала, что сказал доктор? У тебя одна нога немного короче другой, но сейчас ты растешь, все еще можно исправить.
— Мне больно и тяжело! Ты меня уже замучила своей зарядкой. А я кушать хочу.
— Лисенок, это тебе надо, не мне. Я старенькая уже, но лучше тебя «лодочку» делаю. Надо животик укреплять.
— Вот и делай сама!
— Пока не закончим комплекс, никакого ужина. И сразу после упражнений кушать тоже нельзя.
— Дурацкие правила. Я их ненавижу! Я хочу «в садик» вернуться. Там самое противное было – спать, а теперь все хуже и хуже. Не хочу взрослеть! Все заставляют и заставляют что-то делать.
— Может, никто не хочет взрослеть, а приходится. И потом еще захочется быть красивой, стройненькой, мальчикам понравиться. Сама поймешь через несколько лет.
— Значит, только ради мальчиков эту зарядку терпеть? Тогда не надо никого, я буду жить с тобой и замуж не выйду.
А еще она ненавидела математику. Те самые задачки в два действия. Мы дотошно рисовали картинки - схемы: бидоны молока, коробки конфет, полки с книгами. Мы каждое условие разбирали до «сахарной косточки», в итоге дочь моя понимающе кивала головой с рыженькими волосенками. И все равно после контрольной в классе сдавала чистый лист.
У меня не было иллюзий относительно Алискиной успеваемости, но серьезный разговор с классным руководителем застал врасплох. Вернее, я не думала, что до такого дойдет.
Готова была смириться с тройками в третьей четверти, а сама втайне надеялась на уроки нашего репетитора Таранько. Должен же быть результат. Не зря же я почетному работнику образования тазами пирожки таскаю. Альбина Кирилловна замечательно их печет. Мне-то теперь объедаться некогда, я полдня в школе.
И вот мне Алискина классная заявляет:
— Антонина Андреевна, я вам советую подать заявление на ПМПК (психолого-медицинско-педагогическая комиссия). Девочка не справляется, не успевает. Ей трудно будет учиться дальше в рамках общей программы.
— Значит нам одна дорога - в коррекционный класс? - со сдержанным вызовом спросила я.
Людмила Ивановна замотала головой в крашеных завиточках, поправила на носу очки:
— Алиса с нами останется. Я только немного иначе буду с ней заниматься. И обязательные консультации у психолога и логопеда.
— Они ничего не дадут, мы уже проходили, - вздыхаю я.
— Тоня, ты сама знаешь, после нового года второклашкам начнут выставлять оценки. У Алисы будет «два» по математике. Останетесь на второй год? Я лично смысла не вижу. Тоня, прости, не поможет этот метод, у меня глаз наметан. Только возненавидит класс.
Я сдаюсь, начинаю мямлить.
— Из-за одного предмета такая катавасия? Неужели ничего сделать нельзя? Мы же работаем над каждой темой, мы не совсем тупые.
— Значит, плохо работаете или не в коня корм. Таблицу умножения не знаете до сих пор. За полугодие вчера писали работу, у Алисы один верный пример из десяти. Ну, вытяну я ей «троечку» за ваши идеальные «домашки», а что потом? В третьем-четвертом классе как будешь выкручиваться? Без тебя она ничего не решит. Поверь моему опыту, я таких детей навидалась. Без обид, я хочу как лучше для вас.
— Но диктанты же она на «четыре» пишет! - хватаюсь за последнюю соломинку, но ее с хрустом ломает уверенный голос Людмилы Ивановны.
— Зато в грамматическом задании полный ноль!
— Да ладно... Я сама до сих пор не знаю, где там твердые глухие и звонкие-мягкие… Как-то до сорока лет дожила, получила профессию.
— Можешь на меня обижаться, Антонина Андреевна, но потом сама скажешь «спасибо».
— Не понимаю… Алиса же быстро учит стихи. Ну, не укладываются у нее цифры в голове. Дискалькулия!
— Да-да-да... Нахватались терминов новомодных и куда вас теперь девать? На какую «божничку» посадить? Чего ты боишься комиссии, аттестат все равно обычный дадут, нигде ее коррекционная программа не будет указана. Надо действовать в интересах ребенка. твоя Алиса завалит итоговые тесты по начальной школе и в девятом классе стандартный экзамен не сдаст. Потом поздно будет по кабинетам бегать.
С Людмилой Ивановной у нас отличные отношения. Мы видимся часто. Как только у меня выпадает «окно», иду на занятия Алисы. На технологии сижу за партой рядом с дочкой, помогаю собирать из бумаги оригами. Это не моя прихоть, просто в первое занятие дочь не только ничего не сделала, но уревелась до нервной икоты от своей неумелости и укоризненно-насмешливых взглядов ребят. Да было бы с чего переживать!
Я, например, тоже терпеть не могу такую кропотливую работу и прекрасно понимаю, отчего Алиска психует, сворачивая неуклюжими пальцами лист цветной бумаги.
Мне тоже хочется скомкать неподатливую бумаженцию, схватить портфель и удрать на улицу, - там присыпанные снежком деревья, скукоженная рябина и надутые от холода снегири. И дышится легко-легко, сосновой смолкой пахнет и мандаринами. Немудрено - приближается Новый год. А лично мне предстоит написать еще немало отчетов, хорошо, пока нет классного руководства, иначе носа бы от бумаг не поднять. Должность учителя химии меня не тяготит, но и особого энтузиазма тоже не вызывает.
«Держись, Лисенок, скоро каникулы… Я тоже их с нетерпением жду».
Я не люблю шить, вязать и клеить, мастерить поделки из пластилина и бумаги. Зато обожаю раскрашивать или писать. Что угодно писать ручкой в тетради: длинные обстоятельные письма, черновики сказок, задумки нового приключенческого романа, хотя, скорее всего, это будет повесть, надолго меня не хватает, а новых идей пруд пруди.
И я до сих пор не помню часть таблицы умножения, чтобы перемножить девять на семь мне приходится сначала вспоминать соседние величины. Похоже, Алиска взяла самое худшее от своих родителей, и не только взяла, но как будто даже усугубила неказистую Колину внешность, мою «безрукость» и неспособность к математике. И не стать Алиске врачом, как мечтает моя амбициозная мама… Что ж поделать! Может, выучится на повара и всегда будет сыта. Тем и утешаюсь.
Я записала дочь на прием к неврологу, глазному и лору. Подала заявление на сбор документов для ПМПК директору Козловской средней школы. Коля ситуацию внешне спокойно воспринял, Альбина Кирилловна всплакнула, потом смиренно-жалостливо смотрела на внучку, будто у той страшная болезнь с очевидным исходом.
А я зависала на форумах мамочек, прошедших комплексную психолого-медико-педагогическую диагностику. Вернее, их дети эту комиссию прошли, но суть ее предназначалась именно родителям. Отзывы то успокаивали, то приводили в ужас:
«Результаты - не приговор, но руководство к действию»
«Чем раньше понять причину отставания ребенка в школе, тем легче ее устранить».
Я изучила множество методик развития ребенка, стала разбираться в логопедических нюансах, распечатала мотивационные тексты и составила список занятий на новогодние выходные дни:
- Суставная гимнастика и комплекс для спины (чередовать день через день)
- Мелкая моторика (набор разнообразных по форме и цвету бусин, лепка из ароматной цветной глины в наборе «Плейдо» вместо скучного пластилина, красочные пазлы)
- Математика (пара задачек в день, столбик примеров – и то вперед)
- Чтение (завести читательский дневник, беседы о писателях, хоть что-то должно отложиться в голове...)
- Письмо (с этим проще, Алиска сама стала записывать свои сказки про цыпленка и кошек, мое дело только ошибки проверять)
- Задания на платформе Учи. Ру или еще что-нибудь современное, не зря же маститые педагоги рекомендуют, хотя, признаюсь, некоторые тесты там кажутся мне откровенно глупыми и пустыми.
После того, как молоденькая «англичанка» выловила меня в школьном коридоре и, немного стесняясь, попросила обратить внимание на проблемы Алисы, пришлось включить в список и уроки английского. А что толку оправдываться…
— Понимаете, я сама немецкий язык в школе учила. Я Алису даже проверить не могу. Может, вы позанимаетесь дополнительно, платно, может быть… как-нибудь решим.
— Я бы с радостью, но и так очень нагружена, на мне же вся школа висит. А ребятам старших классов еще поступать в Вузы, есть претенденты на «Иняз». Вы уж сами подберите занятия в Интернете, я вам ресурсы подскажу. Алисочке хотя бы визуально слова узнавать, выучить алфавит.
Хорошая такая учительница, молоденькая, милая, работает первый год. Говорят, мальчик из одиннадцатого класса за ней ухаживает серьезно. Директриса пока смотрит сквозь пальцы, но по селу уже ползут сплетни.
Я привезла из города толстенный самоучитель-справочник английского языка для начальной школы. В картинках. Сама весь вечер листала с нешуточным интересом, очень увлеклась. Еще прикупила детские прописи и брошюрки с английской грамматикой, пару табличек наглядных пособий с временами года и названием цветов, сама их быстро запомнила, чего там... "блек энд уайт" и все такое прочее.
Методика моя проста: пишу несколько слов по-английски и прошу Алису переписать и выучить. Точнее, не прошу, а правильней сказать - заставляю, на просьбы мои она реагирует весьма неохотно. Если вежливые обстоятельные уговоры не помогают, в ход опять идут прямые угрозы и шантаж.
"Не будешь смотреть в Интернете ролики про своих кукол! Если дурацкое видео тебя оглупляет, ноутбук вообще не получишь!"
"День рождения летом, пора насчет подарка подумать. Будешь слушаться-заниматься, куплю все, что хочешь в пределах моей зарплаты".
Иногда мне самой противно таким образом торговаться с восьмилетней дочерью, но другого выхода я просто не вижу. Душевные разговоры, напротив, дают ей повод садиться на шею, вить из чувствительной мамочки веревки, которыми мамочку можно и обездвижить.
Меня стали чаще посещать мысли, что в будущем я не смогу справиться со своим упрямым Лисенком. Нынешние инструменты воздействия и приемы манипуляций перестанут действовать. Придется искать другие рычаги... Терминология механики не устраивает? Можно из биологии подобрать, но там на ум приходят только законы джунглей, борьба за выживание и право сильнейшего в стае. Как ни крути, а расклад не слишком веселый, однако, честный.
А что касается английского, так я сама буду учить язык - это полезно для женщин моего возраста. С удовольствием завела толстую тетрадку для личных занятий отдельно от дочкиной. Новая информация улучшает нейронные связи, мозг дольше останется молодым. Это сейчас для меня сверхактуально. Ради такой непутевой дочери я должна жить долго-предолго. Кто ей еще будет помогать, кто станет опорой на случай шаткости неокрепшей кровли и слабости стен. Одна короче другой на пару сантиметров...
— Алиса, давай вместе заниматься! Давай по ролям читать диалог двух мышек - деревенской и городской. "Кантри маус" - это мышка деревенская, запомнила? "Таун маус" - городская.
В светлых глазах напротив меня вселенская скука. А я заинтересовалась всерьез. После видеоуроков у меня стало даже с произношением получаться. Я настригла карточек с английскими словами и развесила по дому – в кухне, зале, и спальне. И рядом с плакатом таблицы умножения.
— Все для тебя, Лисеночек, только учись! А тебе лишь бы мультики смотреть да играть в куклы. Давай игрушки у нас начнут разговаривать по-английски? Помнишь, песенку мы с тобой учили, сейчас вместе споем.
Но пою я одна, а дочка лишь шевелит губами, не попадая в такт. Мне хочется сказать что-то грубое и ударить ее по лицу тетрадкой с пейзажем Тосканы (нарочно красивую подобрала). Опять еле сдерживаюсь от гневного крика и долгих упреков, выхожу из комнаты. Нервы как натянутые до предела электрические провода. Я боюсь, что дальше будет только хуже. Боюсь не справиться с ней, потерять нашу близость, стать чужой и не нужной плаксиво-крикливой теткой. Почему же не нужной?
"Мама, я кушать хочу..."
Мне страшно за будущее Алисы. На себя уже плевать, будто все силы мои, все знания и струйки удачи должны незримо перетечь в это худенькое и ленивое существо невзрачной внешности. Я готова отдать все лучшее в себе, но она не берет. И уже начинает огрызаться, отталкивая кормящую руку. Ей ведь только восемь лет, а что меня ждет в ее десять-двенадцать…
Почему другие дети к Новому году выучили таблицу умножения и пишут в аккуратных тетрадках аккуратным почерком, а в Алискиных каракулях только я могу разобраться. Что я упустила? Когда? Можно ли еще что-то изменить?
— Мама, я написала пятую главу про котят. Они теперь живут в лесу и сами добывают корм. Они построили хижину, чтобы прятаться от волков. А потом их домик нашла девочка. Смотри, я ее нарисовала! Она похожа на Мейбл из «Гравити фолз», я потом напишу продолжение третьего сезона. Тебе нравится? Поставь мне самую лучшую оценку!
Алиса знает, что оценки учителя - это очень важно. От того, что я нарисую в альбоме жирную пятерку с плюсом у дочки поднимется настроение. Так разве мне жалко "пятерки"? Девочка на рисунке отлично получилась. Не просто колобок с ручками, как в нашем «детсадовском» архиве, напротив, в новом рисунке туловище пропорционально голове.
Героиня Алискиной сказки одета в красную юбку и полосатый свитер, продумана до мелочей вплоть до сережек в торчащих из-под волос ушах, улыбка сияет неровными брекетами.
А в руках девочка держит книгу с оттиском шестипалой ладони. Это по сюжету мультфильма, насколько знаю. Я недавно запретила его смотреть, кажется, он для ребятишек постарше. И вот теперь моя Алиса собирается писать сценарий-продолжение.
Я с тоской вспоминаю о своих заброшенных историях. На сайте выложены четыре книги, пятую пришлось заморозить. Мне не хватает времени. В приоритете работа и дочь. Но каждый вечер кончики пальцев щекочет воспоминание о стертых клавишах ноутбука. Может, Алиса пошла в меня, такая же неутомимая фантазерка.
Она как-нибудь закончит девять классов, выучится на повара, чтобы приобрести специальность, а потом будет помогать мне писать книги. Станет личным секретарем, с грамотностью у нее не так плохо. И скорость печати впечатляет. Мы разошлем рукописи по издательствам, наши книги уйдут в тираж, будут известны и популярны.
Хотя уже сейчас многие авторы зарабатывают в Сети, продавая возможность читать свои электронные тексты. Присматриваюсь и к этому варианту. Настраиваюсь. И прекрасно понимаю, что без раскрученного имени продать можно только трендовую историю. На моем сайте хорошо читают эротику и юмористическое фэнтези. А я сказочную бытовуху пишу. Медленно, но верно. Может пора "переквалифицироваться в управдомы..."
От раздумий маркетинговой направленности отвлекает возбужденный голосок дочки:
— Мама, может, ты напишешь для меня историю про девочку, которая искала всякие чудеса. Я уже начало придумала. Одна мама была занята и на все лето отправила девочку в деревню к бабушке. Та была строгая, и все секреты скрывала, а девочка нашла тайный дневник. И тут все началось! Призраки в подполье, ночные прогулки у кладбища, подозрительный сосед, который леший на самом деле. Ты же умеешь писать для взрослых, теперь сочини для детей.
— Договорились! Я пишу русскую версию «Гравити фолз», а ты не отлыниваешь от зарядки. И каждый день решаем примеры. Все по плану. Идет?
— Да! Теперь блинов хочу.
— Начинай заводить тесто, бабу Алю не будем тревожить, она смотрит свой любимый сериал про Хюррем-хатун. Доставай кастрюлю, помой яйца. Сама разобьешь? Соль не забудь.
Доча пыхтит, старается, вымазалась по локоть в муке. Счастливая. Я всему постараюсь ее научить: готовить еду, прибираться в доме, стирать и гладить одежду, краситься и наряжаться тоже научу, как сумею. Только счастье – это эфемерная категория. Вроде одинаково для всех, но для каждого из нас имеет свой оригинальный привкус.
— Алиса, а как будет кухня по-английски?
Отвечает сразу и сердце мое обливается радостью, как масляная сковородка блином. ПМПК назначили на середину мая, слишком большая очередь, много нас таких отстающих в городе, а делать прописку в Козловке ради поблажек местной педкомиссии я не стала. Может, через пять месяцев мы поумнеем и станем сознательнее, может, начнем по стандартным программам успевать.
Строгая бабушка из Алисиной сказки - это моя мать, а занятая мама, которая отправила дочку в деревню, - это я сама. На самом деле не могу расстаться с дочкой и на день, кажется, она без меня пропадет. Но тщательно прячу свои страхи на дне души, нельзя показывать детям своей чрезмерной привязанности, нельзя говорить, что живем ради них. Где-то у старых педагогов читала:
"Лучшее, чему можно научить ребенка - это обходиться без нас". Как тут поспоришь? Я тоже считаю, что надо помочь дитяти с освоением удочки, а не только совать готовую рыбку в рот. Но если ребенок не способен к рыбалке и охоте, если он в земледелии и собирательстве "тормозит", а желает только рисовать корявые фигурки на стенах пещеры...
Лентяй он или созерцатель-поэт? Лупить его палками и оставлять без еды, пока не поймет, что в жизни надо быть прежде всего добытчиком или же снабдить красками и оставить в покое?
Я ищу компромисс. Я ставлю "пятерки" за собак, которые похожи на крокодилов, я хвалю дерево эльфов с двадцатью корявыми окошками, а потом заставляю Алису складывать и вычитать разноцветные счетные палочки, разложенные на столе по кучкам.
— Четыре умножить на два. Сколько будет?
За январские праздники нам надо выучить таблицу умножения так, чтобы от "зубов отскакивало". Хотя бы первые пять столбиков.
— Смотри, вот четыре палочки и еще четыре, два раза по четыре. Сколько теперь?
Алиса корчит страдальческую гримасу и вместо того, чтобы припомнить или представить цифры в уме, начинает пересчитывать кусочки пластмассы, дотрагиваясь до каждого пальцем.
— Один, два, три, четыре... восемь.
Алиса быстро учит стихи, но уже год как не может запомнить счет внутри двадцати. Занятия Таранько в нашем случае оказались неэффективны. С Нового года пирожковый бартер отменяется, будем справляться своими силами.
И еще я очень жду лета. Как только начнутся каникулы найду в городе группу ЛФК, чтобы Алиса пару недель позанималась под присмотром специалиста. После рабочего дня в школе, домашние комплексы упражнений мы часто отменяем или выполняем вяло. Боюсь, тренер из меня не важный, я быстро теряю терпению и начинаю повышать голос. А в ответ обиды и слезы, но позвоночник-то надо исправлять, пока есть время.
По моей просьбе Коля заказал в своей столярке деревянную скамеечку для ног, чтобы, сидя за уроками, Алиса обеими ступнями опиралась, так рекомендовал врач. Но у нас в доме несколько столов, за которыми может сидеть любимое чадо... Не таскать же за собой скамейку? Я нашла выход, набила пластиковую коробку из "Фикс Прайс" книжками, закрыла крышкой и спрятала под кухонный стол.
Еще нам посоветовали обратиться в Центр Бубновского - теперь у меня грандиозные планы на июнь. Правда, иногда щекочет мыслишка, что я хочу переложить ответственность на чужие плечи. Вот заплачу инструктору, а он вернет мне здоровую дочь. Так же когда-то надеялась на репетитора... Оказалось, можно лоб о тесовые ворота разбить, но они и на щелочку не откроются, если хозяин против.
