Продолжение!
3. Поплакав, вспомнила бабушкины слова: «Слезами горю не поможешь». Вечерело. Насекомых стало чуть меньше, или уже привыкать начинаю, снова усмехнулась Алина. Тело зудело неимоверно, но она старалась хлестать себя ветками, листья все же не оставят таких царапин, как если бы она чесала себя руками.
Встала, снова побрела к ивняку, решила наломать веток и ими прикрыть хотя бы спину. Попыталась сплести что-то вроде коврика-плетенки, но ничего не получалось. Глаза застилали слезы, постоянно приходилось отмахиваться от комаров и поэтому коврик рассыпался. Наломала веток, стала выбирать по шесть веточек и делать веники. Веники она умела вязать - выросла же в деревне у бабушки, а навык не пропьешь, мышечная память остается. Взяв первый веник, раздвинула ветки и повесила на плечо, и так получилось по три тонких веника на каждое плечо. «Самообман, для самоуспокоения, но все равно: хоть что-то, чем совсем ничего», - опять горько подумала Алина.
Опять пошла на берег, потому что у леса комаров было на порядок больше. Вдруг услышала, что кто-то ломиться сквозь кусты и деревья - далеко, ниже по течению, к реке.
«Люди!» - вскинулась Алина. Она хотела закричать, но задохнулась от страха еще больше. Не успев вскочить, упала навзничь и замерла, так как увидела, что из лесу вышел медведь. Нет, это была медведица, за ней игриво бежали два медвежонка. «Ну все, конец, отмучалась», - подумала Алина и закрыла глаза, чтоб не видеть, как медведица подойдет и разорвет ее. Лежала, но услышав плеск воды, (на реке все звуки слышны очень далеко) Алина приоткрыла глаза. Медведица и не думала идти к ней. Она зашла в реку довольно-таки далеко. «Дно неглубокое», - промелькнула мысль у Алины. И вдруг резко ударила по воде лапой. «Душа ушла бы в пятки, но она уже там», - вздрогнув подумала Алина.
То ли медведица не учуяла Алину потому, что та была обмазана грязью, и лежала с подветренной стороны; то ли медведица приняла ее за куст из-за веников на ее плечах, ветки которых тянулись по всей спине; то ли то, что человек был далеко и не представлял угрозы ее малышам; то ли увлеклась рыбалкой, но медведица и не думала идти к Алине. В лапе у медведицы блеснула рыба, довольно крупная. Такие рыбины в городе продавали по очень-таки нехилой цене, но что за рыба Алина не разглядела. Проглотив рыбу целиком, медведица замерла. Потом опять удар лапой по воде - рыба, удар - рыба. Поймав так несколько штук и наевшись, медведица пойманную рыбу принесла медвежатам на берег. До этого медвежата верещали – то ли рычали, то ли визжали или и то, и другое; пытались зайти в воду, но вода захлестывала их, особенно после удара матери по воде, и медвежата отступали. Поймав брошенную мамой рыбу, один из медвежат начал рвать ее и, урча от удовольствия, заглатывать куски. Второй медвежонок пытался тоже оторвать кусок, но первый отворачивался, рычал и не уступал свою добычу. Тут медведица принесла рыбу и второму медвежонку. Так они ели довольно долго… У Алины все затекло. Если бы не ветки, она бы тут и примерзла – как ей казалось.
