Посмотри мне в глаза. Мы.
(11часть).
Володька ухаживал за дамами, подливал компота, подавал хлеб и закуски. Баба Валя включила телевизор. Послушали речь президента. Забили куранты. Валентина Прокопьевна с трудом встала, подняла бокал и сказала- "Дорогие мои, как я рада, что вы обрели друг друга. Живите счастливо. Ты, Володя, теперь отец. Береги дочку то, а ты Ангелина, береги папку. Я Вовика с семи лет знаю. Хороший мальчик. И отчима его с измальства знала, и мать твою помню. Счастья вам, мои хорошие!"
Вовка и Гелька встали с бокалами в руках. У обоих блестели слёзы в глазах. Они дослушали тост, чокнулись и снова сели. Баба Валя кинулась в воспоминания. Как они с мужем и сыном эту квартиру получали. Как въехали, мебели толком нет. Обживались, гарнитур покупали, ковры, посуду парадную.
"Всё ж доставали. Это сейчас покупай, что хочешь, а тогда побегаешь, в очередях часами стояли буквально за всем. Я ж помню каждую вещь- когда и где купила, да сколько в очереди простояла. А жизнь вона как быстро проскакала. Теперь кому это всё нужно? Сервизы мои, ковры? Внуки всё на помойку снесут. Как у Степановны. Наживала, покупала. Люстру хрустальную от сестры с Москвы перла. Боялась уронить, хоть одну висюльку кокнуть. И чего? Как её на погост свезли, так на следующий день и люстру, и мебель, и все вещи, даже альбомы с личными фото, всё на помойку. Я мимо проходила, аж сердце сжалось. Взяла вот конфетницу- лодочку хрустальную на память. Дома отмыла, в нашатырной воде отполоскала. Теперь в ней мелочёвку храню, булавки, монетки. А сейчас думаю, что надо было не за коврами-хрусталями в очередях топтаться, а с семьёй путешествовать. Что я видела то в жизни? Раз на море съездила по путёвке и то зимой, ну у брата в Ярославле была. Красивый город. Муж в Чехословакию ездил. Тогда ещё такая страна была. От завода премировали. Вот и всё. Жалко. Жалко упущенные возможности. "
Все загрустили. Володька вдруг сказал:
–А я всегда мечтал орган в "живую" послушать.
У бабы Вали с Гелькой вытянулись лица от удивления.
–Орган?спросила баба Валя.
–Да. Орган. Я когда в школе учился, нам учительница по музыке поставила запись органного концерта. Как его? А, Баха. Мы обычно с парнями дурака валяли на её уроках. В морской бой играли или песни орали дурными голосами. А тут как орган заиграл, у меня аж мурашки по коже. Сосед толкает меня, мол давай играть в бой, а я и ухом не веду. Сижу, слушаю. Вот это мощь!- восторгался Володька.
–А я хочу в Москве побывать. Красную площадь увидеть- подала голос Гелька.
–Интересно, а в Москве орган есть?-спросил Володька сам себя.
–Конечно есть ответила баба Валя- В Москве всё есть.
Так они болтали до момента, когда за окном стали пускать салюты. При первом хлопке Володька дёрнулся и пролил на себя компот. Валентина Прокопьевна засуетилась, кинула ему на колени салфетку. Геля кинулась помогать, вытирать стол от сладких лужиц. Володька смутился. Столько лет прошло, а салюты до сих пор вызывают в нём воспоминания войны. "Интересно, хоть когда-нибудь меня отпустит?"-подумал он.
По телевизору показывали голубой огонёк. Гелька, как всякий ребёнок засиделась и её организм требовал движения. Она притопывала ногами в такт музыке. Баба Валя предложила Гельке поплясать. А её и уговаривать не надо. Вскочила из-за стола и на свободный пятачок прыгнула. Задвигалась, закружилась. Володька и Валентина Прокопьевна хлопали в такт музыки, подбадривая её. Володька любовался дочерью. Какая красавица! Гелька закружилась, руки взлетали вверх и опускались вниз и тут Володьке поплохело. Всё поехало перед глазами и он свалился со стула. У него случился приступ эпилепсии. Гелька замерла испуганно. Баба Валя крикнула-" Держи голову. На бок её, на бок". Гелька в один скачок оказалась возле Володьки, опустилась на пол, положила его голову к себе на колени, придерживая её руками. Володька дёрнулся последний раз и замер, полежал минут пять, открыл глаза. "Напугал, прости, дочь"-прошептал он. Гелька гладила его по голове и шептала "Тссс, тихо, тихо. Всё хорошо".
После приступа Володька ослаб. Его тянуло в сон. Гелька отвела его домой, уложила в постель, села рядом и сидела пока отец не уснул. После она вернулась к бабе Вале. Они убрали посуду и остатки трапезы. Геля как-то даже не спрашивая встала к раковине мыть посуду. Баба Валя присела за кухонный стол:
–Ну, что, напугал папка?-спросила она.
–Сначала испугалась, а потом ничего, не страшно. Это у него после войны, да?-спросила Геля.
–Да, детка. Война она ж без следа не проходит. Сколько их мальчиков калеченных вернулось, а сколько не вернулось. Папка твой настрадался, не дай Бог никому. Отчим его, Эдик, хороший парень был. Вовчика и на рыбалку с собой, и в кукольный театр, и на моря возил. Утонул, бедолага. Мать Володьки пить начала, а после и вовсе пропала. Его в детдом, потом ещё желторотика в Чечню. У него в жизни мало, что хорошего было. Ты его не бросай, детка. Может он через тебя и пить бросит.
–Не брошу. Никогда -решительно сказала Геля.
Баба Валя оставила Гельку ночевать у себя. Как Гелька не рвалась к отцу, баба Валя не пустила. Постелила ей на диване, ночнушку свою новенькую дала, которую берегла(не дай Бог) для больницы, пожелала спокойной ночи и ушла к себе в спальню. Гелька уже вздремнувшая с вечера, крутилась на диване, гоняла в голове мысли о отце. Ей было жалко его. Её то жизнь не баловала, но у него вообще кошмар. Под утро уснула. Баба Валя встала завтрак приготовить, вышла из спальни и услышала хриплое дыхание девочки. Она подошла и положила ей руку на лоб, поняла сразу, температура. Накинув кофту на халатик пошла к соседу. "Володя, просыпайся, Геля заболела"-сказала она тормоша его за плечо.
Продолжение следует...