А ведь восемь лет прошло с тех пор.
Власть наша тогда сдуру решила, что все, что торжественно, да еще под барабанный бой поставлено, будет считаться истиной в последней инстанции. А потому обсуждению и критике не подлежит. И со свистом открыла вот эту самую доску.
Не срослось. Видите ли, там мимо много кто ходит. И не только старенькие блокадники, но и просто крутые, заинтересованные русские люди. И они эту инициативу власти поняли как-то не так. И где теперь доска? Я не помню уже, может, кто подскажет?
А теперь сейчас, позавчера было. И мне как-то странновато, что народ в сети не обратил на это внимания. Хотя, это ведь получилось довольно таки кулуарно: не на стене дома, где когда-то падали бомбы. А где-то внутри университетского помещения, и именно тогда, когда руководству СПбГУ срочно припёрло установить у себя памятную доску со списком великих выпускников Университета. Хотите узнать, кто попал в этот списочек? А вот вам картинка!
Что за фрайер там, мне неизвестно. Но, как говорил в к/ф “Паспорт” Армен Джигарханян: “Шо то не нравится мне этот гусь!”
Я бы тоже мог попасть в этот списочек. Но испугался органической химии и зарулил в радиоэлектронику. А так бы…может…волею Бога…но не будем. И остановимся на всемирно известном русском изречении
“Я бы срать с тобой рядом не сел!”
Не думаю, что инициатива установки этой доски неизвестна ни в Администрации Президента, ни лично Самому. Но зачем это все, я не понимаю. Доцарапаться, добраться своими крысиными лапами до фамилии Ленина, и попытаться отщипнуть, присвоить себе часть его величия? Или наоборот: попробовать принизить Владимира Ильича до уровня своего ничтожества?
…Ленин, Сталин, Дзержинский, Луначарский. Звучит ведь! Или так: в ряду оппонентов. Ленин, Богданов, Плеханов, Троцкий, наконец! Тоже звучит!
Но Ленин и Путин? А Дмитрия Анатольевича я вообще оставляю за скобками – пусть им занимаются Петросян со Степаненкой. Им это как-то ближе.
Поэтому жду. Единственного студента. Не может же быть такого, чтобы на весь Университет не нашлось единственного, настоящего. И банки с вонючей, несмываемой краской.
Владимир Ильич Ленин после этого нисколько не пострадает. Уверяю вас.