Все лучшие воспоминания из детства у меня ассоциируются с годом, проведенным в деревне у бабушки. Конечно, меня привозили к ней до этого. Проводила я с ней каникулы и после. Но это было совсем не то. А вот этот год перед школой. Он что то выжег на моём сердце. Отпечаток того, какой должна быть жизнь. Размеренной. Спокойной. Тихой. С боем старинных часов. С мерно жужжащим колесом деревянной прялки. С дровами, потрескивающими в печи. С цветами, конечно.
Мне кажется я начала в прошлом году заставлять подоконник горшками именно поэтому. В попытке ухватиться за те эмоции. Прикоснуться к тому времени.
Вот так у меня в списке цветов на первых строчках и обозначились фиалки, пеларгонии, глоксинии и гиппеаструмы. Цветы, которые были у бабушки.
Прошлого, конечно, не вернуть. И я больше никогда не буду маленькой девочкой, которая мотает колючие клубочки шерсти, слушая, как бабушка напевает Hosianna Taavitin Poika.
Но когда я смотрю на бутон гиппеаструма, выглядывающий из луковки, как гусиный клювик, что то начинает щипать в глазах.
Маленькая девочка, распластавшись на прохладном деревянном полу, заглядывает под шкаф, где стоят глиняные горшки и старая эмалированная кастрюля. Там в сухой земле спят луковицы. За окном уже февраль. Ярко слепит солнце. И на сугробах разложены "белиться" половики. А значит из вороха тёмной тонкой шелухи вот-вот должны выглянуть "гусиные носики".
И девочка снова и снова под ворчание бабушки ползёт под шкаф. Подтягивает к себе кастрюлю с обколотой эмалью. И аккуратно отодвигает пальчиком шелуху. Чтобы увидев бледный, почти белый край бутона, вскочить и побежать к бабушке: "Растут!!!! Растут!!!"
И ходить за ней хвостиком. Подпрыгивая от нетерпения. Пока бабушка достает горшки. И ворчит, мол: "Рано еще. Только одна вон, проклюнулась".
Но всё равно, поливает зольной водой. И выставляет на стол поближе к окну.
Чтобы можно было подходить, поглядывать, и примерять пальчиками, насколько же вырос цветок.
Гиппеаструмы растут завораживающе быстро. Вот он едва выглядывает над землёй. А вот уже можно измерить большим и указательным пальцем. А вот уже и не хватает ладони, чтобы измерить его высоту. И скоро - скоро он расцветет. И можно гадать, какого он будет цвета.
У бабушки были белые, красные и розовые "луковицы". Не помню, когда я увидела их цветущими в первый раз. Но помню, что всегда поражалась размеру бутонов. Такие большие. Такие красивые.