О выставках
Наконец-то дошел до "Центр искусств. Москва". Это небольшая уютная картинная галерея в одном из бесконечных подвалов храма Христа Спасителя. Работает она только по выходным и вторникам. Но людей много.
Из недостатков — раздражающее обилие кресел, на которые нельзя садиться, и колхозное увлажнение через пластиковые стаканчики:
В остальном все хорошо.
Значимых выставок сейчас три (открыты до июня 2025):
Иван Шультце
Может показаться, что Иван Федорович Шультце — обычный пейзажист: бесконечные горы, моря, леса и прочие ландшафты. Но это не так. Главный и единственный герой его картин — свет. Горный и равнинный, зимний и летний, лунный и солнечный, закатный и рассветный — все многообразие.
Произведения Шультце — яркие, цепляющие цветовые пятна. В любой развеске они первенствуют, приковывают взгляд. Поэтому естественно, что соседство сразу 50 из них утомляет, требует отдыха.
Смотреть лучше с расстояния. Вблизи они распадаются на мазки, но с пары метров выглядят цельно, захватывающе.
Сюжет однороден, изображения схожи. Это не независимые работы, а единая история (люминизм), рассказанная на множество ладов. В этом Шультце родственен Рерихам.
Здесь уместно вспомнить замечание Айвазовского:
Меня упрекают в повторяемости мотивов; но я нарочно повторяю их, чтобы исправить прежние, замеченные иногда только мной недостатки. Вообще могу сказать одно: я полагаю, что все повторенные мною сюжеты отличаются не только между моими, но и между произведениями других европейских художников „силой света“, и те картины, в которых главная цель – свет и воздух, свет солнца, луны и проч., разумеется, надо считать лучшими. Какой из них отдать предпочтение? Право, нельзя решить: в каждой есть что-нибудь удачное, вообще не только между картинами моей галереи, но и между всеми моими произведениями, которых, как я сосчитал, в свете более 6000. Но все же они не вполне меня удовлетворяют, и теперь я не могу выбрать ни одной из них, про которую мог бы сказать, что это та картина, сюжет которой возник и носится предо мною в воображении. Вот почему я продолжаю писать и теперь, продолжаю еще писать, исправляя прежние недостатки и все стремясь к совершенствованию.
Пленник моря. Встречи с Айвазовским, 1901, Кузьмин Николай
Николай и Святослав Рерихи
И Николай Рерих (отец) и Святослав Рерих (сын) — это голоса особого звучания. Их принято считать мистиками, но куда точнее смотреть на них как на археологов искусства — первооткрывателей дальнего и древнего.
Оба потрясающе владеют цветом. Оба говорят о похожем. Но картины отца мне близки, а сына — нет (на мой вкус, слишком неспокойные, неумеренные).
Николай Рерих
Из любимых произведений Рериха-старшего нашел одно — "Небесный бой".
Люди определенно делятся на два вида. Одни умеют радоваться небесному зодчеству, а для других оно молчит, или, вернее, сердца их безмолвствуют. Но дети умеют радоваться облакам и возвышают свое воображение. А ведь воображение наше – лишь следствие наблюдательности. И каждому от первых его дней уже предлагается несказуемая по красоте своей небесная книга.
Небесное зодчество (1939), Николай Рерих
Зачему, что организаторы идеальным образом выставили свет: он расположен не спереди картины, а сзади. Это превращает ее в витраж и невероятно усиливает. Наверно, только так Рериха и надо экспонировать.
Поэтому ли или почему-то еще, но на выставке "Небесный бой" приятнее цветом, чем на сайте Русского музея.
Учительство есть высочайшая связь, которую только возможно достичь в наших земных облачениях. Нас ведут Учителя, и мы стремимся к совершенству в нашем почитании Учителя.
Шамбала Сияющая, 1928, Рерих Николай Константинович
Картина вторит стихотворению Николая Рериха "Нам?", написанному в год создания картины.
Нам?
В жизни так много чудесного.
Каждое утро мимо нашего берега
проплывает неизвестный певец.
Каждое утром медленно из тумана
движется легкая лодка и
всегда звучит новая песнь.
И так же, как всегда, скрывается
певец за соседним утесом.
И нам кажется: мы никогда
не узнаем, кто он, этот
певец, и куда каждое утро
держит он путь. И кому
поет он всегда новую песнь.
Ах, какая надежда наполняет
сердце и кому он поет?
Может быть,
нам?
отрывок из аннотации картины "Неведомый певец" с выставки
Святослав Рерих
Я считаю, что именно поиски красоты, которая вела древнее искусство почти всех древних стран, дали миру замечательные достижения. <...>. Как-то чувствуешь, что это правильный путь, о котором Микеланджело говорил, что ничто так не возвышает человека, как желание изобразить что-то прекрасное. Конечно, это все трудно, но все мы должны пытаться найти и увидеть то, что красиво. <...>
Поиски красоты – это то, что сблизит людей и спасет мир, [это] желание создать что-то более прекрасное – прекрасную жизнь, прекрасные отношения. Это внутреннее желание, если даже мы не можем его осуществить в жизни, все же приведет нас когда-то к осознанию Красоты, даст новый ключ, новое понимание, новую оценку жизни.
Выступление в ГМИИ А.С, Пушкина, 1960, Рерих Святослав Николаевич
Разве не знаменательно, что во всем мире Великие Учителя любой расы и веры всегда шли к вершинам, чтобы найти здесь глубочайшие откровения? Способствуют ли большей ясности мысли высота, вечные снега, разреженная атмосфера, или же дело в возвышении над суетой жизни?
Те из вас, кто уже восходил на большие высоты, знают, насколько активным становится ум, каким легким и даже не обязательным становится сон. Не эти ли качества притягивали великих искателей Истины с незапамятных времен?
Чистые мысли рождаются в чистых местах – в местах, не загрязненных низменными страстями, порождаемыми в борьбе за существование и самоудовлетворение.
Дух Гималаев, 1940, Рерих Святослав
Все великие умы размышляли над тайнами жизни и смерти и говорили нам о том, что эта жизнь здесь, на Земле, это короткое мимолетное существование – не простая случайность: прийти и уйти, унесенными смертью для некой неизвестной цели. Эта жизнь – лишь средство приобретения опыта для духа, и когда земное существование подходит к концу, человек переходит в другую сферу и в иное состояние.
Можно ли логически допустить или поверить, что творения человеческой мысли, философские системы, прекрасные произведения искусства и все проявления человеческого гения, переживающие века и тысячелетия, – всего лишь результаты имеющего пределы ума, а творец, вызвавший их к жизни, исчез и более не существует?
Поверх всех пожарищ и раздоров, поверх всех разрушений и насилия покоится вечное понятие Духа.
Дух Гималаев, 1940, Рерих Святослав
Борис Смирнов-Русецкий
Борис Смирнов-Русецкий — единомышленник Николая Рериха. Как и Шульце он увлечен светом. Но его свет — чистый, отвлеченный, без связи с источником.
Лучше всего это выражает автопортрет.
....восприятие наших картин должно идти не путем рассудочно-формального
анализа, а путем вчувствования и внутреннего сопереживания - тогда их
цель будет достигнута.
Манифест группы художников "Амаравелла" (где состоял Смирнов-Русецкий), 1927
Другой пример — роза (обратите внимание на крест).
Цикл, возникший на заре моей творческой жизни [т.е. "Прозрачность", которая и представлена на выставке], отвечал затаенным
состояниям души. Как природа, освобождаясь от покровов, наиболее полно
выявляет свою тонкую сущность, так для духовного начала человека
освобождение от "внешних покровов", от привязанностей к земному и
влияний преходящего — это переход к той "прозрачной пустоте" (выражение
чань-буддизма), в которой раскрывается высшее "Я" и происходит
слияние с Божественным.
Творческий путь (автобиография), 1990, Смирнов-Русецкий Борис Алексеевич
Мой абсолютный фаворит — Богоматерь.
Снимок передает ее плохо: в жизни она буквально теплится свечами православного храма. Удивительная по силе вещь.
"Чистое искусство — достоверное сообщение лучезарного явления Духа. Через искусство имеете свет". Это свет духовной интуиции, озаряющий каждого, кто сумеет избавить свой внутренний мир от сиюминутных, корыстных и эгоистических интересов. В каждом гениальном творении — будь то живопись Леонардо да Винчи, Рембрандта, Рублева и Дионисия, или же изумительные шедевры Египта, Индии и Древнего Китая — заключено вдохновенное озарение мастера, сумевшего очистить, подготовить себя для восприятия великого проявления Духа.
И от зрителя прежде всего требуется такое же внутреннее горение и раскрытие своей души для сопереживания творчеству художника.
Творческий путь (автобиография), 1990, Смирнов-Русецкий Борис Алексеевич