10 декабря 2024года театр LDM представил премьеру мюзикла «Фауст. Пари дьявола». В парадоксальное сочетание высокой трагедии Гёте и искрометного хулиганского юмора свиты Мефистофеля вплетена невероятная история о поисках вечной любви и тайном замысле Создателя. Зрители узнают, какими были Воланд и Маргарита четыре века назад!
Композитор мюзикла, заслуженный деятель искусств Игорь Корнелюк создал уникальную музыкальную партитуру. Музыка «Фауста» способна «остановить мгновение», ибо она – прекрасна.
Несомненно, необычайно зрелищная, музыкальная и пронзительная премьера станет одной из любимых постановок Петербурга.
Мы побеседовали с исполнителем партии Мефистофеля Игорем Кролем!
- Игорь,в Вашем арсенале Мефистофель - уже не первый библейский персонаж. Чувствуете ли вы ответственность, играя такого инфернального героя?
- Я чувствую ответственность, играя любого героя. В моем понимании мастерство артиста в том, чтобы транслировать то, что мы не можем сказать простыми словами, только чувствами, только душой. Задача артиста – найти внутри себя некий свет, некий инструмент для того, чтобы дать людям понимание того, как самим зажечь в себе этот свет, как прийти, в конечном счете, к Богу, ко Вселенной, к высшим силам. Поэтому, конечно, роли инфернальные – возможно, более ответственные, но ответственность я чувствую всегда.
Сыграть реального героя – простого смертного можно, используя жизненный опыт. Мефистофеля никто не видел, есть только домыслы. Как все же справиться с этой ролью?
Можно только придумать. В принципе так же не существует ни один персонаж, пока ты не его себе не придумаешь. Мы, артисты приносим в мир нечто новое, уникальное и абсолютно неповторимое всегда.
Ваш Мефистофель – очень человечный и одинокий, с точки зрения зрителя. А вы что вложили в своего героя?
Я рад, что это прочиталось. До того, как мне предложили сыграть эту роль, я даже не представлял, во что втянулся. Мне сразу очень понравился материал, он не тривиален, музыкальный материал гениален, это абсолютно иное прочтение классики. Может быть, либретто и не относится к классике, сюжет очень злободневен, очень коррелирует с нашим временем, с жизнью людей.
Когда я согласился, долго думал, а кого же я буду играть, кто это вообще. Честно говоря, все эти «темные» роли не сразу даются, они сначала подминают под себя. Я задал себе вопрос: «Что должен нести мой герой?»
Я, быть может, сейчас скажу невероятную вещь: в моем понимании Мефистофель, Люцифер – это несущий свет, просто у него другой способ. Он высвечивает другие грани человечества и через это людей подводит к истине.
Роль очень сложная – и морально, и физически. Что было самым трудным в работе над ней?
Самым сложным было найти ответ на вопрос: может ли Мефистофель вообще чувствовать? Что он чувствует и как он чувствует? Когда я на него себе ответил, мне все стало ясно: он чувствует как человек, но только еще сильнее.
Музыкальный материал на самом деле замечателен. Вы живете с ним давно: есть ли любимые арии?
Риторический вопрос: любимое – все! Но, конечно, «Дочь зари» - ария, которая повторяется во втором отделении мелодически дважды, ария потери сначала своего ребенка, потом своей возлюбленной и есть самая любимая, самая человечная.
Зритель должен уйти из зала, зажигая свечу надежды, как сказал один из петербургских режиссеров. В этом спектакле «зажглась ли свеча»?
Однозначно. Осталась надежда на то, что мир будет жить и все будет прекрасно. А жизнь останется все такой же разнообразной и удивительной.
Елена Шарова
фото - Татьяна Богданова