Освоение Сибири русскими мы привычно объясняем экономическими и политическими причинами, тем, что люди искали лучшую долю или бежали от проблем.
Однако забываем про один важный пласт в сознании людей того времени – освоение Сибири рассматривалось русскими как сакральное событие, как то, что эти территории мы получаем по Божьему промыслу для проповеди Евангелия.
Потому и Ермак Тимофеевич в сознании православных сибиряков почитался христианским подвижником.
Историк и картограф Семён Ремезов так и описывает биографию Ермака, что Бог наделил его силою, как некогда библейского Самсона, чтобы тот, отойдя от разбоя с казачьей дружиной, отправился в сибирские земли и, покаявшись в прежнем образе жизни, положить свою жизнь за православие.
Победы над «басурманами» даются Ермаку по молитвам, а покорение территорий сопровождается божественными знамениями, которые, к слову, видят, прежде всего, татары.
Венчают рассказ о чудесах в ремезовской летописи свидетельства о том, что тело Ермака нашли нетленным и что от него проистекали чудеса и исцеления. Притом рассказывают об этом не казаки, а потомок хана Кучума, убившего Ермака, - Аблай-Гирей.
Более того, чудеса эти явлены не для русских, а для татар: «Ермак же ваш лежит на Баишевском кладбище под сосной, и в родительские ваши дни столб огненный над ним [Ермаком], а в иные [дни] — свеча кажется татарам, а русским не кажется».
Интересные сведения о месте захоронения Ермака сообщает Александр Бовдунов в статье «Ангел Сибири: Семён Ремезов и сакральная география Зауральской Руси». Он похоронен в святом для мусульман месте, суфийском полюсе сибирской земли.
Бовдунов пишет, что на месте Баишевской астаны захоронен также суфийский святой Хаким-Ата (считается что под этим именем почитается Сулейман Бакыргани – кубдт кубдтов, суфийский святой 12-века, популярный в тюркском суфийском исламе, 4-й халиф тариката Ясави).
«Он являлся 4-м халифом (наместником) суфийского тариката Ясавия, считается автором сочинения «Ахыр заман китаби», исламской версии Апокалипсиса. Это одно из самых почитаемых, если не самое почитаемое сибирскими мусульманами место. По некоторым сведениям, паломничество туда даже приравнивалось к паломничеству в Мекку», – пишет Бовдунов.
В рассказе Аблай Гирея, переданном Ремезовым, завоеватель Ермак становится покровителем и помощником татар. Примечательно, что чудеса от его тела и доспехов касаются и области военной: «Когда же еду на войну с землей, взятой с этой могилы — побеждаю; если же нет земли — почти пустой возвращаюсь, без добычи».
Ремезовская летопись отражает, кажется, почти утраченное сегодня понимание, почему и для чего Сибирь стала русской и почему она так стремительно осваивалась. Вероятно, с возврата к сибирским преданиям и стоит начать возвращение нашего менталитета, позволявшего совершать такие подвиги.
«Никто себя так не любит, как [любит] нас всех Бог», – заключает Семён Ремезов.
И это равно относится и к русским, и к иным народам, населяющим Сибирь.
«Всевидящий Бог наш христианский, Творец всего сущего, Зодчий храма своего и Оберегатель сада и мыслящих овец, издавна своею волею предначертал возгласить евангельское учение <…> во все концы Сибири до края вселенной».