От засады до засады. Как работать шофёром во время войны

Многим хорошо известна кинокартина Василия Шукшина «Живёт такой парень». Рассказывается в ней о простом шофёре, бесконечно влюблённом в жизнь, весёлом, добром и отзывчивом, который даже рискует своей жизнью во благо других людей.

Он живёт с распахнутой миру душой, радуется и грустит. Шукшин говорил: «Я хотел сделать фильм о красоте человеческого сердца, способного к добру. Если мы в чём-нибудь сильны и по-настоящему умны, так это в добром поступке».

Все вышеперечисленные качества есть у Александра Вячеславовича Пупынина. Дым синей ленточкой медленно ползёт вверх, когда он не спеша закуривает и начинает свой рассказ.

Собрал мопед своими руками

Александр родился в Лебедяни в один из осенних дней 1965 года в обычной рабочей семье. Детство его прошло в Кузнецкой слободе. Всё было так же, как и у других ребятишек. После средней школы пошёл учиться в СПТУ, но училище не окончил. Сразу устроился на завод СОМ учеником токаря, выучился, сдал на разряд. Тяга к технике была у парня со школы.

Навыки обращения с инструментом ему прививал отец-инвалид, который одной рукой ловко управлялся с метчиком, штангелем, леркой. Он постоянно придумывал новые приспособления, чтобы облегчить труд в условиях ограниченных возможностей.

Тогда, в конце 1970-х, любому пацану в 14 — 16 лет хотелось погонять на мопеде, не говоря уже о том, чтобы иметь свой. Но ни родители, ни сами ребята не могли позволить себе приобрести двухколёсную технику. Вот почему вместе с приятелями Сашка своими руками собирал самодельные мопеды и мотоциклы.

У ребят порой получались настоящие шедевры конструкторской мысли: рама — от мопеда, движок — от «минского», сзади колесо от «Восхода» — оно шире, спереди от веломопеда, вместо зажигания — магнето. Сейчас это называется «чоппер». Завёл — и погнал по полям, по оврагам, только ветер в ушах свистит.

КамАЗ в разрезе

Вскоре от военкомата Александра Пупынина направили в автошколу ДОСААФ. Получил права и, поработав немного водителем на Лебедянской птицефабрике, осенью 1983 года был призван в ряды Советской армии. На призывном пункте вместе со знакомым Валерием Поповым (ныне покойным) попросились служить вместе. Военком пошёл навстречу парням. Ребята попали в Туркмению, город Теджен, получали специальность в учебке на рембазе, где занимались ремонтом автомобилей и бронетехники. Учёба была жёсткая, все офицеры и прапорщики имели опыт войны в Афганистане и поблажек молодым не давали. Полученные там за полгода навыки через много лет здорово пригодились в мирной жизни.

В учебке рядовому Пупынину было поручено оборудовать специальный класс для солдат-водителей. Там был представлен КамАЗ-5320 в полном разрезе всех его важнейших узлов. Это было наглядное пособие для солдат-новобранцев, чтобы они могли изучить всю ремонтно-техническую базу автомобиля. Некоторое время спустя, в том числе и за эту работу, Александра Пупынина повысили до звания старшины.

Автокараваны едут в Кабул

— По окончании учебки в начале 1984 года нас направили в Демократическую Республику Афганистан, — вспоминает Александр Пупынин. — Я был зачислен водителем в 3-ю автороту 180-го мотострелкового полка, который располагался в пригороде Кабула, недалеко от штаба 40-й армии. Грузовики у нас были разные, но в основном КамАЗы-5320 и КамАЗы-5410, так называемые «шаланды».

Армия требует постоянного снабжения, чтобы не снижалась боеспособность. Но в Афганистане отсутствовали железные дороги, а потому не было другого транспорта, кроме автомобильного. Конечно, что-то перебрасывали самолётами до аэродромов крупных афганских городов, да только авиацией доставишь не много. Когда машины не способны были добраться до точки назначения, выручали вертолёты.

Но основные поставки военных и гражданских грузов всё же осуществлялись колоннами машин. Эта непростая задача ложилась на плечи армейских автомобилистов. По всем немногочисленным дорогам ДРА постоянно шли автокараваны, доставляя необходимое в самые дальние гарнизоны, затерянные в пустынях или на высокогорьях. Приходилось также подвозить боеприпасы непосредственно в зону боевых действий.

— Боевая задача автомобильного батальона заключалась в снабжении 40-й армии, перевозке грузов от советской границы до Кабула, — продолжает Пупынин. — Наш груз — боеприпасы, горючее, медикаменты, стройматериалы, одежда, продовольствие. Преодолевая сотни километров, мы по мосту через Амударью приходили колонной в город Термез, находящийся на юге Узбекистана, грузились и на следующий день отправлялись обратно до Пули-Хумри. Там остановка, ночлег, и с утра дальше по горной дороге на Кабул. Каждый из таких маршрутов с учётом расстояний и погрузки занимал в среднем неделю.

В колонне было около 30 — 40 загруженных машин. В качестве боевого охранения — 2 автомобиля с зенитными орудиями на шасси и пара бэтээров. Всю трассу невозможно взять под контроль, поэтому автокараваны порой попадали под обстрелы, нарывались на засады моджахедов. Они жгли наши грузовики, погибали товарищи, но войн без потерь не бывает. Тактика душманов сводилась к тому, чтобы вывести из строя головную машину и замыкающую, дабы блокировать всю колонну. При нападении по рации сразу же вызывали поддержку с воздуха.

— Во время столкновений с боевиками я получил две контузии, неоднократно лежал в госпитале, — продолжает свой рассказ Александр Пупынин. — Поначалу сильно мучили скачки артериального давления из-за перепадов высоты в горах. Тяжело было привыкать к климату, он своеобразный: днём — жара, да такая, что можно было обжечься о раскалённый металл автомобилей, а ночью — прохладно. Или едешь по пустыне — жара, а чуть поднимаешься в гору — ощутимо холодает. На низкогорье нормальные дороги, на подъём пошёл — там обледенение.

Текст Виталий Гольтяев («Липецкая газета»)
Фото из личного архива Александра Пупынина