Когда мне было почти семь лет, мама обнаружила у меня на спине небольшую шишечку, которая начала расти с огромной скоростью. Конечно же, обратились к хирургу, и тот, недолго думая, дал направление в детский онкологический центр. А там уже выдали мне направление на госпитализацию. В больницу я легла одна. Раньше мамам можно было лежать с детьми только если им требовался серьезный уход. Например, после операции. Врачи крутили-вертели меня в разные стороны, взяли три спиномозговые пункции, но от этого понятнее ничего не стало. Я освоилась в больнице, чувствовала себя почти как дома: к нам приходил педагог, занимался с нами, воспитатель водил на прогулку в больничный двор с детской площадкой, родители каждый день навещали меня, приносили вкуснющую клубнику, потому что было лето. Я подружилась с детьми из своей и соседней палаты. С теми, кто чувствовал себя более-менее неплохо. Таких как я, энергичных и веселых, там больше не было. Да и заведующий отделением проникся ко мне какой-то симпатией. Видимо, я была таким лучиком света в этом темном царстве болезни. По утрам, после обхода, я приходила к нему в кабинет с альбомом и карандашами и рисовала, болтала о своих детских делах, а он грустно улыбался и гладил меня по голове.
Как мне удавалось спокойно находиться в этом месте? Не знаю, видимо, мой детский мозг как-то искаженно воспринимал действительность. Я не чувствовала ничего страшного. Меня не пугали бледные худенькие детишки с лысыми головами, ни соседка, одиннадцатилетняя девочка, три дня метавшаяся на соседней кровати, с высоченной температурой. А на четвертое утро ее уже не было в палате. Умерла, а мы ночью даже ничего и не слышали.
Операцию мне сделали, так и не поняв, что за опухоль удаляют. Не показал мой организм ее характер. Резали с учетом того, что могут быть метастазы, через всю спину. Через несколько дней пришла гистология - жировик липома. Звучит противно, но для моих родителей это были самые красивые слова на свете, потому что липома доброкачественна и никогда не перерождается в рак. Вот так. Были еще перевязки, осмотры, но восстановилась я быстро, через месяц поехала в спортивный лагерь и каждое утро бегала со своей командой по берегу Волги километровый кросс.
Шли годы. Я вышла замуж, у меня родился сын, крепкий здоровый малыш. В два года пошел в детский сад и начал бесконечно болеть: бронхиты, ларингиты, отиты. Постоянно лежали с ним в больнице, кололи антибиотики, сдавали анализы. И вот один из анализов крови показал критически низкий уровень тромбоцитов. И нам дали направление в тот же самый онкологический центр с диагнозом под вопросом - острый лейкоз. Прошло двадцать лет, и я вновь иду по этому коридору, мимо тех же палат, и все так же там бледные худенькие детишки с лысыми головами, а на стене в холле фото с траурной ленточкой того самого заведующего отделением. Сына срочно отправили на пункцию, очень быстро был готов результат. И, о чудо, никаких страшных заболеваний пункция не выявила. Это была симптоматическая тромбоцитопения, то есть низкий уровень тромбоцитов - от воздействия внешних факторов. В нашем случае таким фактором стал один из антибиотиков, который кололи при бронхите. Да, мы еще два года стояли на учете, сдавали контрольные анализы, пили лекарства и витамины, не ходили в детский сад. Но это было уже совсем не страшно. Вот такая история в этот день. Берегите детей и любите их! К сожалению, не всем везет так, как нам.
А у нас сегодня день как день. Встали с дочкой без будильника, в 7.30.
Раз каникулы, решили полениться. Да и самочувствие не очень: насморк прошел, зато голова раскалывалась. Наша погода тяжела для метеозависимых людей, как я.
Муж с четырех утра был на рыбалке. Гордо рапортовал о своих успехах.
Дочка целый день занималась творчеством. Рисовала очередную картину по номерам.
Куры ничем сегодня не отличились.
А я хочу лечь сегодня пораньше. Почитаю немного и спать. Сегодня был совсем неплохой день.
15.02.2025
Спокойной ночи! Сладких снов!