Все мы когда-то были детьми, но почему-то мы про это забыли. Может быть, просто надо внутри себя сохранять этого ребёнка, уметь с ним разговаривать и уметь помнить, что его тревожило, что его радовало, что его беспокоило и что его успокаивало.
У меня часто возникают споры с взрослой аудиторией (с детьми — практически никогда). И в моменты этих споров я задаю вопрос: вы спорите со мной как с режиссёром, имеющим тридцатипятилетний опыт? Как с руководителем детского музыкального театра, служащим в нём уже пятнадцать сезонов? Вы спорите со мной как с родителем, как с отцом двух дочерей? Или с педагогом с тридцатилетним стажем, который видел множество поколений юных существ, приходящих в искусство, в театр и в оперу?
Мне кажется, надо всё время будить в себе ребёнка. Всё время отвечать на те вопросы, на которые в детстве ещё не успели ответить. И тогда мы будем разговаривать со своими детьми честно, открыто, бережно, правдиво и эмоционально. Ничто так не ценится ребёнком, как правда и эмоциональное подключение.
Ребёнку ещё в самом-самом детстве важно задать ключевые вопросы человеческого бытия: что такое утрата? Что такое одиночество? Что такое смерть? Ребёнка интересуют эти вопросы. Но готовы ли мы ответить на них как взрослые? Готовы ли мы отважно посмотреть в лицо конечности человеческого существования, конечности человеческих отношений?
Мне кажется, что мир стал бы лучше и совершеннее, если бы мы все подольше оставались детьми.