Кто-то написал, что историки пишут или сочинения, или изложения. Не судите строго. Я напишу сочинение...
Румянцева! Она блистала
Умом, породой, красотой,
И в старости любовь снискала
У всех любезною душой;
Она со твердостью смежила
Супружний взор, друзей, детей;
Монархам семерым служила,
Носила знаки их честей.
Гаврила Державин
Графиня Мария Андреевна Румянцева была любима императором Петром Первым, блистала при дворе Екатерины Алексеевны, давала советы Елизавете Петровне, наводила ужас на принцессу Софию-Федерику Ангальт-Цербстскую и... отбывала ссылку в мордовском селе Чеберчине. Сегодня имя некогда известной и уважаемой в Петербурге дамы в учебниках истории не упоминается. Её затмила слава сына - выдающегося полководца XVIII века Петра Румянцева-Задунайского. Но от того её биография не становится менее интересной.
Мария Андреевна Матвеева родилась 4 апреля 1699 и происходила из древнего дворянского рода: была дочерью действительного тайного советника графа Андрея Артамоновича Матвеева от первого брака с Анной Степановной Аничковой, и по отцовской линии приходилась внучкой боярину Артамону Сергеевичу Матвееву. Отец её исполнял обязанности посла в Вене, Гааге. Маша получила европейское образование, первые годы своей жизни провела в Вене и Гааге, где её отец служил до 1710 года. Андрей Артамонович поддерживал все реформы государя Петра Первого. Он устроил дом и быт по последней европейской моде, дал прогрессивное образование трём дочерям. Они говорили по-французски, наравне с мужчинами могли вести интеллектуальные беседы и прекрасно танцевали. Мария вообще к танцам питала страсть и была большой мастерицей.
Возвращение в Россию стало для Марии Андреевны важной переменой в жизни. По приказу государя все сёстры Матвеевы должны были принимать участие во всевозможных увеселительных мероприятиях. Жизнь девушек стала напоминать весёлый вихрь. На одной из таких ассамблей Пётр I увидел девятнадцатилетнюю красавицу Марию и буквально воспылал к ней страстью. Ей было - 19, а ему уже - 46.
Молодость избранницы и лёгкость, с которой она покоряла мужские сердца вызывала у Петра ревность. Вот что писал историк Великий князь Николай Михайлович:
«Она занимала первое место среди любовниц великого императора, он любил Марию Андреевну до конца жизни и даже ревновал её, что случалось с ним нечасто. Желая, чтобы кто-нибудь держал юную графиню "в ежовых рукавицах", государь выдал 19-летнюю Матвееву за своего любимого денщика Александра Ивановича Румянцева…».
Генерал-адъютант императора, небогатый дворянин - Александр Иванович Румянцев на роль подставного мужа подходил идеально. Суть брачной сделки для него состояла в том, что Румянцев получал богатое приданое: многочисленные деревни, дом в Петербурге, большой участок земли в пригороде и продвижение по службе. От него ожидалось отсутствие лишних вопросов и, по личной просьбе императора Петра I, жёсткий контроль за поведением жены.
Свадьба состоялась летом 1720 года. Молодые поселились в доме № 3 по Марсовому полю. Царь вместе с супругой их часто навещал. Карьера Румянцева, сразу получившего чин бригадира, пошла в гору. Мария родила за три года после свадьбы троих здоровых дочерей. Пётр лично принимал участие в крестинах. В 1724 году Румянцев был направлен чрезвычайным послом в Константинополь. Жена с дочерями осталась в Москве, где в начале 1725 года произвела на свет четвёртого ребёнка, сына, крещённого в честь царя Петром. Ему суждено будет стать знаменитым полководцем.
***
А дальше опять сказки...
Великий князь Николай Михайлович сообщает, что отцом мальчика был не законный супруг, а сам Пётр, с этой же легендой соглашается Валишевский. Трудно судить о достоверности этой легенды, однако И. И. Голиков в анекдотах о Петре Великом даёт ему косвенное подтверждение.
НО!!!!!
Мальчик оказался последним из крестников вскоре после этого скончавшегося императора. Крёстной матерью его была императрица Екатерина.
Почему это важно? Да при всех сложных отношениях императора с церковью, вряд ли он решился на такое нарушение, как крещение собственного сына. Это был бы слишком тяжкий проступок, повлекший за собой церковное наказание.
Однако мы читаем, что императорская чета стала крёстными родителями маленького сына Александра и Марии Румянцевых.
И про Москву.
Биографы - особенно современные - настаивают на том, что Пётр Румянцев родился в Молдавии в селе Строенцы. Спорить не стану. Но церковная запись о рождении сына была сделана Марией Андреевной в московском храме.
Как-то так... Кстати, уже на склоне лет, Мария Андреевна позволяла себе в частных беседах намекнуть на родственные связи с царствующей фамилией и даже гордилась своей связью с Петром Первым, но никогда не пыталась присвоить "рождению от него сына" статус признанного факта.
***
После смерти императора жизнь супругов Румянцевых продолжала течь всё в том же русле. Пока глава семьи устраивал государственные дела, супруга жила при дворе и тесно общалась с цесаревной Елизаветой. Ситуация резко изменилась после того, как на престол взошла Анна Иоанновна. Она предложила генералу Румянцеву должность президента камер-коллегии, но тот отказался, заявив, что "ничего не смыслит в финансах и не умеет выдумать средств для удовлетворения роскоши".
Однако современники писали, что немилость государыни Александр Иванович Румянцев заслужил совершенно другим делом: он несколько раз прилюдно ударил по лицу её фаворита Эрнста Бирона, не сдержавшись, ещё и назвал лжецом и казнокрадом. Конечно, этого императрица не смогла ему простить. Румянцев был арестован и предстал перед судом Сената, который 19 мая 1731 года вынес ему смертный приговор. Императрица милостиво сохранила старому вояке жизнь, но лишила его чинов, ордена св. Александра Невского и отправила в ссылку в село Чеберчино Алатырского уезда под строгим присмотром капитана Шипова.
Семье Румянцевых запретили выезжать из имения и принимать гостей. Следили за всеми их расходами. Копии писем, поступающих в дом, направляли в Петербург. Выехать в поле или лес, посетить церковь можно было только в сопровождении солдат и офицера. В этой глухой мордовской деревне Мария Андреевна с детьми провела вместе с мужем 4 года. Единственное, что у неё не смогли отнять или ей запретить - это переписку с великой княжной Елизаветой Петровной, также находящейся в опале.
Благодаря дружеским отношениям и переписке с цесаревной, семья Румянцевых после смерти императрицы Анны Иоанновны была возвращена ко двору с восстановлением всех привилегий. Но это будет позже.
А пока - в 1735 году - А.И. Румянцев был достаточно внезапно восстановлен в чине генерал-лейтенанта и сделан астраханским, а потом казанским губернатором и назначен командующим войсками, отправленными против взбунтовавшихся башкир. В 1738 году А.И. Румянцева назначили правителем Малороссии, и семья переехала в Киев. Скоро супруга Марии Андреевны перевели в действующую армию, а в 1740 году назначили чрезвычайным и полномочным послом в Константинополь.
Однако и это назначение не было последним. В том же 1740 году Александр Иванович Румянцев был назначен уполномоченным на конгресс в Або, при праздновании заключенного там мира Мария Румянцева получила от новой императрицы Елизаветы звание статс-дамы, и, поскольку муж её был возведён в графское достоинство, стала графиней и приобрела очень большое влияние при дворе благодаря своему "уму и такту". Граф Александр Румянцев продолжал верно служить на государственном поприще до своей смерти в марте 1749 года.
Ещё в 1744 году она получила назначение "состоять при принцессе Ангальт-Цербстской", которая прибыла в Россию для вступления в брак с наследником престола, будущим Петром III. Как доверенное лицо государыни она должна была доносить обо всём увиденном и услышанном.
"Румянцева так усердно исполняла свои обязанности, что при дворе принцессы её боялись как чумы, - рассказывает Сергей Бахмустов. - Будущая императрица Екатерина II затаила на графиню злобу, поэтому уволила её с должности гофмейстерины и приказала вернуться к мужу сразу после свадьбы с царевичем. Но при этом Елизавета продолжала помогать Румянцевой и советоваться с ней по разным вопросам…"
При "малом" дворе считали, что причиной увольнения Марии Андреевны с должности была неприязнь матери великой княгини Екатерины - Иоганны Гольштейн-Готторпской, а также канцлера Бестужева-Рюмина. Но своё положение особы, дружной с императрицей, Румянцева сохранила.
После того, как Румянцева овдовела, она осталась при дворе и продолжала жить расточительно, порой проигрывая в карты, из-за чего нередко обращалась за финансовой помощью к Елизавете, а потом и к Екатерине, при дворе которой Мария Андреевна, как старейшая придворная дама и современница Петра Великого, а затем и мать фельдмаршала Петра Румянцева-Задунайского, пользовалась большим уважением.
Императрица Екатерина II, хотя и хорошо помнила, как графиня Румянцева мучила её, будучи управляющей её двора, взойдя на престол, сделала её в 1776 году гофмейстериной, чему способствовали заслуги её сына-полководца. После заключения им Кючук-Кайнарджийского мира ей даже был пожалован орден Св. Екатерины.
Позднее в своих "Записках" Екатерина II не пощадит Марию Андреевну, выставив её злой сплетницей, записной картежницей, "встававшей со стула только за естественной надобностью", а вдобавок - "самой расточительной женщиной в России" и большой любительницей незаслуженных подарков.
Графиня Мария Андреевна весьма часто присутствовала на разных обедах, свадьбах и торжествах при дворе; в день первого бракосочетания Великого Князя Павла Петровича (1773 г.) она, очень хорошо ещё танцевавшая, просила Великого Князя оказать ей честь протанцевать с нею, так как она в своё время имела честь танцевать с его прадедушкою, дедушкою, и батюшкою, а затем, ещё много лет спустя, на Придворном балу 24 ноября 1781 года, в день именин императрицы, прошлась в польском с одним из внуков Екатерины II - Великим князем Александром Павловичем.
Но годы давали о себе знать. Графиня Румянцева всё больше болела.
Позже граф Сегюр писал о ней:
"Разбитое параличом тело её одно обличало старость; голова её была полна жизни, ум блистал веселостью, воображение носило печать юности. Разговор её был так интересен и поучителен, как хорошо написанная история"
До конца жизни графиня Мария Андреевна пользовалась расположением императорского двора: тёплые месяцы она проводила в Летнем дворце Петра I, где разрешалось жить только самым близким к семье людям. До конца жизни она оставалась кокетливой красавицей. В старости дама охотно рассказывала, что не могла устоять перед напором императора Петра Великого, продолжала следить за последними веяниями моды и не стеснялась шутить с незнакомцами, что ей уже сто лет от роду, а она всё ещё так прекрасно выглядит.
Многие современники отмечали доброту и отзывчивость графини Марии Румянцевой, которая помогала всем по мере возможности. Она одна из первых в Петербурге стала принимать в свой дом подкидышей и беспризорников, потом определяя их в воспитательный дом, на содержание которого сама давала деньги.
Весть о её смерти 4 мая 1788 года потрясла Петербург. Придворный поэт Державин даже посвятил графине оду, кусочек из которой был в начале статьи. Зная о том, что семейный склеп Румянцевых находится в далёком мордовском селе Чеберчино Алатырского уезда, все ждали решения императрицы о том, где могут похоронить её гофмейстерину. Императрица Екатерина Алексеевна разрешила родственникам захоронить прах графини Румянцевой в Благовещенской церкви Александро-Невской Лавры.
Спасибо тем, кто дочитал до конца! Лайки помогают развитию канала! И не пропустите новые Истории, ведь продолжение следует!