В.В. - … И Мюллер объяснил. Думаю, читателям будет любопытно узнать эту небольшую историю, тем более что она и по содержанию своему послужила отправной точкой для беседы.
В турне «Баварии» по Перу Мюллера удалили с поля. Когда клуб вернулся домой, руководство не сообщило об этом факте в национальную федерацию, ибо каждое очко для «Баварии» в прямом смысле мерилось на вес золота — клуб без Мюллера собирал меньше зрителей и имел несравненно меньше шансов в борьбе с «Боруссией» (Мёнхенгладбах) за первое место. Мюллер продолжал играть в «Баварии» до тех пор, пока руководство Федерации не получило официального сообщения международной дисциплинарной комиссии о случае в Перу. И Мюллер был дисквалифицирован на два месяца в тот момент, когда до конца чемпионата оставалось два тура. Если бы «Бавария» не скрыла по приезде из Перу факт удаления, Мюллер пропустил бы один-два матча и инцидент был бы исчерпан. За обман же и клуб и Мюллер были наказаны сурово. О мере наказания Мюллер узнал в Москве, потому и сидел, опустив голову, я поинтересовался, за что он был удален. За грубость?
«Нет, нет, ни в коем случае», — закипятился форвард. «Защитники меня держали, цепляли, висли на мне, как в регби. Судья только назначал штрафные, и то не всегда. Я молчал, даже когда было больно. Но потом они грубо испортили эпизод, где я должен был забить, а судья сделал вид, что не видел. Может быть что стал его поучать. Наверняка я был неправ в том он действительно не видел, может быть, я был неправ что делал это в резкой форме. Теперь-то я понимаю, что был неправ...». Лучший бомбардир мира начал отвечать на вопроси как мне показалось, еще под впечатлением того инцидента.
Г. М. - Достаются голы все труднее и труднее, потому что по пятам ходят два прикрепленных ко мне защит ника, ходят, как тени. Но тень не мешает тебе двигаться, здесь же я почти все время чувствую, что кто-то рукой придерживает меня за футболку. Такое ощущение, что стоит мне рвануться, как порвется одежда, будто кто-то хочет меня раздеть.
(Шён в этом месте не упустил момента и пошутил: «А грабят-то футбол».)
Трудно еще и потому, что обороняющиеся выстраиваются плотной группой по фронту поля. Лазейки не найдешь. Поэтому я иногда завидую форвардам, у которых стиль игры такой, что они атакуют из глубины, добиваются успеха дальними ударами разной сложности. Конечно, не может быть форварда, которого бы все стремились копировать, под которого бы мы все стремились подстроиться. Мне все же более близок мощный бомбардир, играющий на самой передней линии. Это трудно, но это было бы легче, если бы правила футбола защитники соблюдали с таким же уважением к закону, как это делают нападающие. Меня штрафуют за малейший толчок, а их в штрафной площади практически оставляют безнаказанными.
Но я знаю, что не может так произойти, чтобы 90 минут я ни разу не получил возможности ударить по воротам из штрафной площади. Я знаю также, что могу пробить по мячу из любого положения правой или левой ногой или головой так, что мяч полетит в ворота. Этому я научился. Я готов согласиться, что соотношение индивидуальных и коллективных усилий при взятии ворот в среднем, если посчитать все голы, забитые командой,
будет 50 на 50. Но бывают голы на сто процентов индивидуальные. Командных стопроцентных я, правда, припомню, но, наверное, есть 80-процентные. Бывает так, что команда играет плохо, а я играю в этом самом матче хорошо. И тогда мне наверняка представится случай помочь команде голом. Только не нужно забывать, что в следующем матче может произойти так, что команда будет играть хорошо, а я буду играть плохо, хотя и тогда случай забить. Надо наверняка мне представится время помнить и знать, что дал ты и что дала команда. И вот тут-то всегда надо считать, что соотношение наших 50 на 50.
Я занимаюсь специальной подготовкой и считаю, что она чрезвычайно полезна, хоть и проста. Каждый день на протяжении 30-45 минут я бью по воротам с близкого расстояния из штрафной площади. Для этого мне необходима помощь как минимум двух партнеров. Один из них вратарь. Но он понимает, что я занимаюсь этим не для собственного удовольствия. Так же, как и партнер, который посылает мне мяч. Причем иногда мы с ним договариваемся, куда направить пас, а иногда он делает это специально так, чтобы мяч летел в неожиданном для меня направлении.
Конечно, такая тренировка необходима лишь форварду, играющему в гуще штрафной площади. Я уверен, что не надо стыдиться бить с близкого расстояния. Сколько раз бывает, что на разминке нападающий считает ниже своего достоинства бить даже с 10-12 метров, а потом в игре не забивает метров с пяти, с трех даже. Удар издали я специально не тренирую, этим отдельно занимаются наши хавбеки. Издали мне приходится бить на командных занятиях.
Для меня использование выгодной ситуации складывается в такой последовательности. Увидел мяч, летящий ко мне, — принял решение — нанес удар. Моя задача свести эти действия к мгновению. Это особенно важно потому, что я уверен труднее с каждым годом, с каждым матчем. Так бывает у всех.
Как я научился использовать малейшую свободу в штрафной площади, ответить не могу. По-моему, этому научиться нельзя, это качество природное. А вот играть головой я учился у Зеелера. И все же головой мы играем с ним по-разному, потому что я не обладаю такой способностью к высокому прыжку, как он. Но я научился ловить момент для того, чтобы ударить по мячу не в высшей точке полета, а в удобной для меня и неожиданной защитника. Когда освоишь такой способ игры, никакая Защитники обычно считают, что, когда в их ворота «тень» не страшна.
Защитники считают, что, когда в их ворота забивают гол, обязательно виноват кто-то из них или вратарь. Они тем самым вольно или невольно стремятся приуменьшить заслугу форварда-соперника. Один из самых моих любимых голов третий мяч в ворота англичан на чемпионате мира в Мексике — многие тоже расценивают как ошибку английских защитников. Но это была, по-моему, целиком и полностью заслуга атакующих. Были сделаны две передачи с фланга на фланг через штрафную площадь, потом мяч скинули головой в центр штрафной и я успел поймать его, тоже головой, в той, самой выгодной для меня, точке.
Если говорить о перспективах бомбардиров, то, мне кажется, связаны они в основном с игрой команды в целом. Когда-нибудь должны же тренеры понять, что нельзя делать так, чтобы количество обороняющихся вдвое превосходило число атакующих. Мне представляется наиболее удобной для нападающих игра в четыре форварда с двумя крайними, одним выдвинутым вперед центральным и одним центральным нападающим, действующим в глубине. Так играли мы в Мексике. Но для того, чтобы так играть, необходимо иметь в роли оттянутого центрфорварда такого игрока, как Уве Зеелер, необходимо иметь таких полузащитников, как Беккенбауэр и Оверат. Все же наиболее ответственная роль была у Зеелера. Да, такой игрок, как Мюллер, будет забивать, но для того, чтобы выиграть, нужно иметь Зеелера. Одиннадцать Мюллеров не победят никогда.