Вот наконец мы и добрались до плотвы. Рыбак, конечно, в этой истории тоже присутствует, но уже как персонаж второстепенный. Тем более, что он к тому моменту диплом еще не защитил, стало быть, главным персонажем уж никак быть не мог. Не поняло бы нас руководство кафедры...
Из-за этой истории и мне могли бы вполне дать прозвище Рыбак. Но, во-первых, Рыбак у нас уже был, а во-вторых, и прозвище у меня тоже уже было.
А главным действующим лицом оказалась у нас одна редкая книга. Главным - потому что без нее и истории никакой не было бы. Рассказывал я уже об этой книге, автором которой был мой старший коллега и Учитель, в связи с приведенными в ней таблицами роста рыб, видимо, сделанными на местном материале. А редкой книга была потому, что вышла тиражом в тысячу экземпляров. Тираж это совсем небольшой. Тем более, в те годы было принять продавать такие методички студентам, так сказать, в добровольно-принудительном порядке. А поскольку группы были большие (только у нас на курсе было 107 человек, да еще заочников тоже было немало), лет через пяток после выпуска книжек уже не оставалось, а переиздавать их никто ни разу не пробовал. Большая часть их исчезала неизвестно куда вместе с купившими эти книги студентами, скорее всего - просто выбрасывалась. В итоге именно тем, кому книга была действительно нужна, достать ее было весьма проблематично, тем более - в другом городе.
В Тамбовской области тоже был свой педвуз, были там и студенты, и преподаватели. Последние, как это принято, занимались какой-никакой, а все же научной работой. И одной из тем была у них биоиндикация состояния водоемов на основе изучения флуктуирующей асимметрии рыб.
Звучит это название весьма страшно, но расшифровывается довольно просто. Что такое биоиндикация? Это оценка чего-либо (в данном случае - качества воды) на основе биологических объектов (в данном случае - рыб). Методик биоиндикации не то что сейчас, а и тогда уже было море. Надо сказать, что причина тому весьма прозаична. Кажется, зачем заморачиваться с такими сложностями, когда давно уже разработаны способы химического анализа воды, дающие однозначные результаты - сколько и каких загрязнителей в воде присутствует. Недостаток только один - для химического анализа, как известно, нужны реактивы. А если их нет? У нас же эта ситуация весьма типична. Тут же не Греция, где, как принято говорить, есть все, а совсем другая страна... И если что-нибудь где-нибудь и есть, то это, конечно, очень хорошо и радостно. Подобно тому, как радостно встретить белую ворону в стае обычных птиц. Что реактивов не было - это как раз хорошо, ведь в результате стало развиваться целое научное направление. Впоследствии получилось так, что оно оказалось чрезвычайно удобным не только для ученых, но и для чиновников.
В чем главный недостаток биоиндикации, и одновременно, прямо-таки согласно диалектике, ее главное достоинство? В том, что микроэволюция, то есть приобретение уже существующими видами новых свойств, может иногда происходить довольно быстро. В книге В.В. Петрашова "Глаза и мозг эволюции" приводятся цифры порядка 20-50 поколений. Может быть, оно и быстрее возможно. Но даже 20 поколений - это очень быстро, особенно, если мы имеем дело с беспозвоночными, у которых может быть несколько поколений в год. Наверно, каждому известно, насколько быстро, скажем, насекомые приобретают устойчивость к ядам. А про бактерий, которые еще быстрее приспосабливаются к новым антибиотикам, и вовсе нет смысла специально говорить. Так же вот и та флора и фауна, которая используется для целей биоиндикации, тоже довольно эффективно приспосабливается к загрязнению воды. В момент разработки методик они, конечно же, все правильные. Но вот лет через десяток получается следующая картина. В самой грязной воде приучаются жить организмы, служащие индикаторами ее чистоты. И, главное! Налицо положительная динамика! Водоемы становятся (по данным биоиндикации) все чище и чище! Для чиновников, конечно же, тут сплошной плюс, поскольку отчеты получаются очень красивыми. Ну а соотношение их с реальной ситуацией - это уже совсем другой, не столь важный, вопрос. Тем более, что мы имеем еще экономию на реактивах, работе лабораторий. Зачем - ведь всю работу может выполнить группа школьников с сачками...
Ну вот. Тамбовские коллеги попытались хоть частично учесть явление приспосабливаемости организмов к постоянно действующему яду. Их методика была несколько сложнее, чем простая констатация - есть данный вид в водоеме или его нет. Даже если вид есть, но с ним не все ладно, это должно сказаться на стабильности развития. А она проявляется, в частности, во флуктуирующей асимметрии. Проще говоря, если все те показатели, что мы можем посчитать, различаются на правой и левой сторонах тела, то это уже плоховато. И чем сильнее различаются, тем хуже. Методика была разработана ими для плотвы, поскольку рыбка эта обычная, живет практически во всех водоемах, а к загрязнению тоже довольно устойчива. Считать же надо было количество чешуек в боковой линии, количество их же, с отверстиями, число лучей в грудных и брюшных плавниках, тычинок на первой жаберной дуге, ну и глоточные зубы тоже. Причем все это нужно было посчитать справа и слева, на значительном количестве рыб, а затем уже подставлять в формулу.
Надо сказать, работа весьма сложная и кропотливая, в чем проявилось очередное ее достоинство. Уж очень удобно именно такие работы давать студентам в качестве дипломных работ. Заодно и научные данные быстрее собираются, если каждому студенту достанется свой водоем, да и работу если он хорошо сделает.
Была там у них одна студентка-заочница, которая жила в Рязанской области, а училась в Тамбовской. Хотя у нас и свой пединститут был, где я как раз и работал, вот так уж случилось. И водоем ей достался как раз неподалеку от места жительства - Дядьковский затон - крупное пойменное озеро, старица Оки. Жила же она в селе Кораблино (не путать с другим Кораблино, центром Кораблинского района), где через много лет и появился питомник аистов (так вот прихотливо тасуется колода карт...).
На кафедру к нам студентка пришла именно в поисках книги о рыбах области, надеясь найти там нужную информацию. Да и то сказать, должен же в дипломной работе быть список литературы. А книг-то уже и не было почти, поскольку они, что называется, за много лет "разошлись". Одна оставалась на кафедре, и одна у меня. Кафедральную, конечно, неизвестно кому не дадут. А я свою дал почитать, как, наверное, мои читатели уже догадались. Очень я тогда, как говорится, проникся ситуацией. Да и то сказать, это же четверть века назад было, и я, конечно же, был в те годы намного моложе, чем сейчас. Конечно, в книге нужного материала не оказалось, да и оказаться не могло. Но начало уже было положено, поэтому вопрос - где его в таком случае взять, стал и моей проблемой тоже. Дело ведь было зимой, а я, если читатель не забыл, разбирался тогда только в летней рыбалке. Летом-то я бы плотвы наловил, но к лету уже диплом нужен был готовый, ловить некогда. Можно, правда, просто купить, но и это не так просто. Плотва - это не карп и не толстолобик, ее не так-то часто и продают. А если даже и найдешь где на рынке, то уж из Дядьковского затона она точно не окажется. К проблеме достоверности первичных данных я и сейчас отношусь щепетильно, а тогда - еще более, поскольку молодости свойственны максимализм и бескомпромиссность. Получилась прямо-таки безвыходная ситуация. К счастью, выход из нее я все же нашел, у меня ведь был Рыбак. Вот у него-то я и попросил, чтоб наловил он мне несколько десятков плотвы, любого размера, можно даже мелкой, но обязательно на Дядьковском затоне, и объяснил, для чего это мне надо. Рыбак же поступил не так, как я того ожидал. Он уже давно мечтал заманить меня с собой на зимнюю рыбалку, но все не имел достаточного рычага воздействия. Теперь же такой рычаг у него появился. Предложил он мне следующий вариант. Плотву он сам ловить не будет, поскольку ему же надо для собственного диплома (которым я и руководил) ловить щук. Вот ими он и поедет заниматься. А меня возьмет с собой, даст и бур, и полностью оснащенные удочки, и насадку, ну и объяснит, подскажет, как надо ловить плотву, и вообще, и именно на данном водоеме. А там уж все от меня зависит. Это было не совсем то, чего я ожидал, но тоже неплохо, уж точно лучше, чем ничего. Если хорошо плотва будет брать, то и "рыбку" покрупнее может быть, изловить получится.
Плотвы я тогда наловил. Не очень много, на диплом не хватило бы, но это даже оказалось и хорошо. Во-первых, дело и для меня было новым, сразу много штук обработать было бы трудновато и долго. А во-вторых, получился хороший предлог продолжить эту работу после следующей рыбалки. А потом - еще, после следующей, и так далее. Помимо прочего, в те годы я уже знал, что любой добытый объект хорошо бы изучить как можно более полно, чтобы и материала было побольше для сравнительного анализа, и из соображений биоэтики - дабы не уничтожать потом ради сбора информации уже по другой теме еще столько же особей. Именно поэтому я и начал изучать возраст пойманных рыб, хотя в методике об этом ничего не говорилось (кстати, и не только плотвы, поскольку ведь кроме нее много чего попадалось. Об этих рыбах, о том, как они растут, я еще отдельно расскажу). Ну и заодно - пока вдвоем чешуйки рассматривали, методику осваивали... Понемногу мы стали общаться гораздо чаще, чем требовал сбор материала для диплома. Диплом, кстати, хороший в итоге получился.
А вот романтическое продолжение истории оказалось погублено посторонним вмешательством со стороны перепончатокрылых. Шершень ля фам... Точнее, не шершень, а пчела, но это не так-то и важно. Бывают в жизни такие моменты, когда, сказав одно лишнее слово чуть раньше, чем нужно, или, наоборот, чуть запоздав со словом необходимым, можно потерять результаты долгого и кропотливого труда. Особенно, если за этим трудом следит с недобрым умыслом кто-то со стороны... Понимание этого приходит лишь с жизненным опытом, которого тогда у меня практически не было. О "пчелиных" перипетиях судьбы, если будет на то желание читателей, я тоже в свой черед расскажу, поскольку там различных забавных событий, да и научных успехов, тоже было немало. Добавлю пока лишь, что очень я тогда огорчался. И лишь спустя много лет пришло понимание, что все обернулось не худо. Ведь любые приключения - это бесценный опыт, горькое забывается, а радостные минуты остаются. Да и счастье, найденное после долгого и тернистого пути, ценится намного больше полученного, как говорится, "на блюдечке с голубой каемочкой".