Жека родился и вырос в столице Забайкалья. В Чите ему известны все закоулки. Крепкий мальчишка хотел поднимать штангу, но решение за него приняла мама, записав сына-первоклассника на бальные танцы. До 10 лет танцевал исправно, а потом сбежал в лёгкую атлетику.
К тренировкам относился серьёзно: кубки, грамоты и медали стали украшением его комнаты. Приходил домой, валился от усталости, но был доволен. Со временем ноги стали сильно болеть. Врачи поставили диагноз не по возрасту: варикоз. Об этом периоде Жека вспоминать не любит, лишь говорит: «В 15 лет отняли голень. Мир вокруг изменился...»
Пришлось перейти в вечернюю школу, бросить колледж. Но когда лечение завершилось, нашёл в себе силы жить дальше, поступил в институт, а ещё учился тренироваться с протезом. Жим штанги лёжа — то, что было доступно спортсмену с железной ногой. А на соревнованиях по пауэрлифтингу Жека выступал наравне со здоровыми атлетами.
Всё шло своим чередом. Жека делал карьеру айтишника, с такой профессией его ждала денежная, перспективная работа. И тут — СВО на Украине.
Информацию Жека черпал в интернете и от знакомых. Думал, примерял на себя ситуацию. В его семье был личный пример:
«Моя бабушка Анна Сергеевна Суркова была зенитчицей во время Великой Отечественной. Она была серьёзно контужена, освобождая Украину. И дед воевал. Получается, не добили они гадов».
Вот внук и решил закончить дело своих предков. Но как пройти медкомиссию с железной ногой?
Евгений пошёл на хитрость. Отправился в Ростов-на-Дону. Там в полевом лагере он впервые взял в руки оружие. О полном отсутствии военного опыта доброволец молчал. Разобравшись с техническими характеристиками, отработал тренировочные сборы так, что никто не заподозрил, что он новичок, да ещё и без ноги!
В полевом лагере командир обнаружил, что Жека — специфический боец, может грамотно оказать медицинскую помощь, чему его научили болезнь и годы лечения. Евгения направили в лагерь для профессионалов, где инструкторы проводили занятия по минному и штурмовому делу.
6 мая рядовой Бутенко подписал краткосрочный контракт. Предполагалось, что его подразделение будет охранять блокпосты, проводить проверки беженцев, прибывающих на территорию, подконтрольную ДНР. На деле же эшелон участвовал в прямых столкновениях с противником и совершал регулярные вылазки за линию фронта.
«По нам работали курсирующие миномётные расчёты 80 и 120 мм, прилетало от "Градов". Сначала было страшно, но через неделю уже стало понятно, какой тактики надо держаться, чтобы не словить осколок или контузию взрывной волной»,
— рассказывает доброволец.
Жека говорит, что стрелять даже во врага морально непросто. К этой мысли надо привыкнуть ещё до выхода на позиции, чтобы в горячке боя не мучиться от внутреннего чувства, что перед тобой человек, «который перестанет жить после твоего выстрела».
После боевого крещения подразделение Жеки, получившего позывной Бара, передислоцировалось в окрестности города Изюм. Там ожесточённые бои уже прекратились, можно было увидеть на улицах и мамочек с детьми, и девчонок в коротких юбках.
Бои переместились из Изюма в пригороды, за которыми стоял густой лесной массив. Военные назвали его «Шервудским лесом», он был коварен своей буйной растительностью и превратил арену боевых действий в кошки-мышки для обеих сторон.
В «Шервудском лесу» Жека был ранен. Взрывной волной его отбросило в окоп. Осколками посекло здоровую ногу, разорвав мениск и сухожилия. Бойца отправили домой на лечение. Похудевшего на 13 килограммов силача друзья не узнали.
Губернатор Забайкалья пригласил Евгения и его соратников к себе в кабинет, чтобы пожать руку и выразить свою поддержку землякам, которые рискуют жизнями ради Русского мира.
После операции Бара планирует быстро пройти реабилитацию, чтобы вернуться в Донбасс к тем, с кем воевал плечом к плечу в «Шервудском лесу».