Со стены на нас укоризненно смотрел девственно-чистый центр мишени. Стена вокруг мишени, в противовес, была густо утыкана ножами.
- Не спать… - я похлопал ученика по плечу и вручил ему новый нож. – Давай, одно попадание, и я от тебя отстану.
- Я больше не могу, - выронив железяку, тот осел прямо на пол и стал массировать ноющее запястье.
- Нет, так не пойдет. Если хочешь быть полезным, придется учиться владеть оружием. Что же ты будешь делать, если меня или Меру, или Тени, или Медянки… короче, никого, кто может помочь, не окажется рядом? Надо уметь хотя бы защитить себя. Вполне возможно, что когда-нибудь тебе потребуется защитить и меня.
- А может, магией?
- Не… я не дам тебе в руки магию, если ты даже с ножами справиться не в состоянии. А вдруг ты мне ею и звезданешь? Давай, тренируйся.
Даниэл вдохновился моей речью ровно настолько, чтобы тут же, с протестующим стоном растянуться на полу в позе звезды. Н-да, вдохновляющие речи – явно не мой конек.
В тренировочном зале мы куковали уже вторую неделю. Ровно через неделю после провального ритуала у центральных, ученик изъявил желание учиться бою.
Тренировочную мы отжали у доковских наемников. Точнее, изначально планировалось просто потренироваться в уголке, не привлекая к себе лишнего внимания, но если при рукопашной на нас просто странно косились, то когда дело дошло до метательного оружия, у Даниэла хаотично разлетающегося во все стороны, кроме нужной, наемники внезапно решили нас не смущать своей компанией. Так что, едва мы появлялись в поле зрения, тренировочная тут же пустела. Странно, но, видимо, у наемников заказов – море, некогда тренироваться.
- Давай, вставай. На сегодня еще отрабатываем третий захват, - решив, что время для отдыха вышло, я осторожно потыкал пальцами ноги безучастное тело, добившись лишь нового протестующего стона.
- Да встаю я, встаю… - вяло выдохнул ученик, принявшись воплощать угрозу в жизнь.
Именно этот момент Меру выбрала для того, чтобы нарисоваться в зале.
- Смотритель? – змея вдумчиво принюхалась, опознала меня, надеюсь, не по запаху. Ученик, с облегчением обвалился обратно на пол. – А я уже забегалась вас искать. Вы же на стрельбище собирались.
- Собирались, – я вновь потыкал тельце ногой, тельце дрыгнуло левой пяткой и утратило видимую подвижность. – но погода сегодня не благоволит. Что-то случилось?
Нага кинула взгляд в окно, за которым ярко сияло Солнце, припекая начавшую оттаивать землю, вызывая на свой свет первую зелень. Задумалась на мгновение.
- Не благоволит?
- Крайне, - ну не говорить же ей, в самом деле, что первым же своим выстрелом из арбалета Даниэл едва не подстрелил служащего, за что нас, с позором, выгнали со стрельбища, с запретом приближаться на сотню метров. – Так что случилось?
- Э-м-м… - змея замялась, и мне это отчаянно не понравилось.
- Только не говори, что Роланд опять что-то придумал. Что-то настолько же гениальное, как чтение мыслей Луайса.
- Не-е-е… - облегченно выдохнула та и попыталась закрыться от меня свежей папкой.
- Та-а-ак! – насел я на нагу, чуя, что это все равно выйдет мне боком.
- Ну… тут… это. Короче – вот, - Меру стремительно протянула мне ту самую папку, умудрившись болезненно стукнуть по все еще ноющей левой руке.
Тэкс, что-то такое, о чем нага боится сказать мне лично? Стало страшно представить, что же там.
Взяв папку и пробежавшись взглядом по листам, я скривился еще сильнее, отчаянно борясь с желанием сжечь ее прямо в руках. Вместе с тренировочным залом. Или, как минимум, запустить ею в стену.
- Они там совсем с ума сошли? – рявкнул я в пустоту, но от рявка и змея, и «труп» ученика отчетливо поежились.
- Я им писала, спрашивала, ничего ли они не перепутали? Сказали, что это – распоряжение центра.
- Они меня, может, еще и местным полицейским будут в аренду сдавать? Расследовать кражу панталон обезумевшей от старости бабки?!
- Смотритель, это – распоряжение центра, - проявила твердость характера Меру. – В конце концов, вам никто не запрещает сходить, посмотреть, а потом отрапортовать, что это не наш профиль.
- Но это – НЕ НАШ ПРОФИЛЬ! – от нового рявка зазвенели светильники под потолком. Один не выдержал и лопнул.
Я отошел к стене, опустился на лавку и принялся массировать виски, пытаясь понять, это я схожу с ума или они в центре окончательно поехали черепицей?
- Что там? – рядом обозначился ученик, прекративший изображать звезду на полу.
- Запрос от людей. Точнее, от одной из правящих семей города. Запрашивают помощь у центра, чтобы расследовать исчезновение. Подозревают, что похищение, думают на другую из семей. Короче, мы должны явиться к их главе сегодня, получить полную информацию.
- Не мы, а ты, - парировала змея, все еще опасаясь ко мне приближаться.
- Нет уж, моя дорогая Меру, мы! Пойдешь со мной. А роль я оставляю на твой выбор, не можешь быть помощницей, будешь изображать жену. Ну и Даниэл пойдет, будет сыном… - я окинул взглядом густо утыканную ножами стену. – Приемным.
- Почему ты обучаешь меня только древнему оружию? – сдавленно, но все же задавал один и тот же вопрос ученик, даже когда мы уже выбрались из машины, а теперь направлялись к здоровенному дому местной аристократии, натянуто улыбаясь. Я – от нежелания этим делом заниматься, а остальные оттого, что я крепко стискивал их руки, не позволяя смыться.
- Потому, мой дорогой ученик, что я дам тебе в руки огнестрел не раньше, чем магию. Доступно объясняю?
Получив столь вожделенный ответ, тот скис, но улыбаться не перестал. Ибо знал, на что я способен в гневе.
Не успели мы остановиться у двери в поисках звонка, колотушки, дежурного сапога, или чем они тут добиваются аудиенции, как дверь открылась перед нами сама, явив нам безэмоциональную фигуру дворецкого.
- Чем могу…
- Мы на встречу с господином Коннелли, - прошипел я, крепче стискивая руки своих сопровождающих, вызвав на их лицах еще более широкие улыбки, с оттенком муки. Не знаю как на центральных, а на дворецкого этот перформанс впечатление произвел. Казалось, бесстрастная маска на его лице дала трещину.
- Так вы – господин…
- Бреннан. Ардан Бреннан. Я уверен, он нас ожидает, - представился я, с трудом, но вспомнив один из своих человеческих псевдонимов.
Маска вернулась обратно. Эх, даже интересно стало, какой этот человек на самом деле.
Следуя за дворецким по дому, я удивлялся его аскетичности. Надо же. Один из самых древних родов, но ни позолоты, ни пафоса, присущего тем же некоторым смотрителям, да и центральным. Даже немного скучно. А где же фамильная галерея?
- Ваши сопровождающие могут подождать здесь, - дворецкий изобразил неопределенный жест. – Господин Коннелли хотел поговорить с вами… приватно.
Ну ладно. Я решился все же разжать руки, отпуская свою добычу, но достаточно внятно просигнализировал им взглядом – один косяк, и я их в любой точке города, и за ним, все равно откопаю. Добыча слаженно вздохнула, но убегать не торопилась. Молодцы. Хорошо понимают намеки. Осталось разобраться с основной проблемой.
Дверь за спиной беззвучно закрылась, оставив меня в помещении, которое меньше всего походило на кабинет. Скорее – гостиная. Странно. Со смотрителями я привык вести переговоры в более официальной обстановке. Камин, кресла, диван, столик, на столике графин и пара стаканов. Хм… а может мне здесь и понравится.
В одном из кресел, сквозь грани стакана наблюдая за огнем, обнаружился пожилой мужчина.
- Господин Коннелли… - подал я голос.
Тот вздрогнул и перевел на меня взгляд.
- Артур. Просто Артур. Формальности нужны для тех, кого мы стараемся от себя отдалить. А вы, я так понимаю…
- Смотритель. Просто Смотритель.
Артур улыбнулся уголком губ и жестом пригласил занять второе кресло.
- Мне казалось, что Смотритель это название должности.
- Это и должность, и титул, и пропуск, и родословная, и… имя, если потребуется. Так проще.
Не став кочевряжиться, я занял предложенное место и принял из рук собеседника стакан, на четверть наполненную жидкостью, по запаху тут же опознанную мною как коньяк. Да еще какой. Такой на сходках смотрителей не попробуешь.
- Понимаю… должно быть, вам интересно, зачем я обратился к вашему… начальству? – сразу перешел тот к делу. Уважаю. Людей, которые не рассусоливают, а говорят четко и по делу найти трудно.
- Весьма. Признаться, мы стараемся не вмешиваться в дела людей. Особенно там, где может справиться полиция. А тут, как я понял, как раз тот случай.
- Поверьте мне, я бы не стал идти на крайние меры, если бы в этом не было необходимости. Становясь главой семьи, мы получаем не только власть, но и знания. Многие знания. В том числе и о том, что город не так прост, как кажется изначально. Что в нем живут не только люди. И в крайнем случае… Вы ведь знаете, что мэр умер?
- Довелось слышать, - не сказать, чтобы я очень скорбел, так как на моей памяти они менялись каждые тридцать-сорок лет. Всех не упомнишь.
- И, как вы знаете, нового мэра традиционно выбирают из одной из правящих семей. Мне не нравится это определение, но… факт остается фактом. Любой мэр носит одну из четырех фамилий. Не смотря на то, что семей – пять.
- Да, я знаком с этой традицией.
- А так же знаете, почему никогда не выбирают никого из пятой?
Знаю, конечно, но не думал, что и местные люди в курсе. Теперь, как оказывается, как минимум главы семей в курсе, что пятая семья – не люди. А кому захочется выбирать себе мэра, который бессмертен? А вдруг он дурак? А вдруг его новая политика лишь навредит городу? Вдруг он, к примеру, возьмется каждый год дороги перекладывать? Или кардинально менять облик города? Вдруг, в конце концов, решится снести чье-то семейное гнездышко и забабахать на его месте торговый центр? Такое вряд ли кому-то понравится.
- Знаю, - я сжал стакан с такой силой, что под пальцами почти захрустело стекло. – К чему вы клоните?
- Мэр умер. Выборы нового мэра должны состояться на следующей неделе. У каждой из семей, само собой, отобраны кандидаты. Но…
- Но? - Артур стал говорить отрывками, и меня эта система уже начала напрягать.
- Дети пропали, - наконец выпалил он, и плечи мужчины опустились. – Не только у нас. У всех четырех семей.
- И вы подозреваете?
- Они молчат. Не говорят ни слова. Обвинить их мы, само собой, на одних лишь подозрениях ни в чем не можем. Но кто еще мог? Кому может быть выгодно подобное? Полиция, конечно, тут же занялась этим, бросив лучших людей на поиски. Но… я боюсь, результат не будет.
Так-так… с одной стороны это, конечно очень похоже на правду. Политика остается политикой. А кому было бы не обидно все время находиться так близко к власти, но ни разу не подержать ее в руках? А с другой… Слишком прямолинейно. Логично ведь предположить на кого остальные подумают в первую очередь.
- И вы хотите, чтобы я их поспрашивал?
- Нет… не совсем. Не в их позиции сейчас отвечать на прямые вопросы. Их глава не настолько идиот. Конечно, они будут все отрицать. Но, я подумал, возможно…
- Возможно, - я тоже подумал. Мне не обязательно задавать вопросы, чтобы что-то узнать. Тут я могу быть полезней полиции. У них больше ограничений. – Я вас понял. Займусь сейчас же.
Все же сделав глоток из стакана и в очередной раз позавидовав знати, я отставил его на столик и поднялся.
- Подождите, - Артур тоже поднялся со своего места. – Полиция вряд ли захочет, чтобы у них под ногами мешался кто-то гражданский.
- Поверьте мне, полиция мне не помеха.
- И все же… - несколько смутившись, мужчина протянул мне свернутую трубочкой бумагу. – Быть может это поможет не только при встрече с полицией.
Развернув лист, я ощутил, как моя челюсть устремилась навстречу полу.
- Но ведь это…
- Я подумал, что действуя как представитель семьи, перед вами будет меньше преград, по крайней мере от людей. Все же, моя фамилия не пустой звук. Пока что она имеет вес в обществе.
- А объяснять это как будете?
- Ну… я все же тоже был молод. Не исключено, что и у меня имеются… внебрачные дети.
Все еще слегка ошарашенный, я выполз из гостиной, чтобы тут же обнаружить мою занимательную парочку, развлекающуюся тем, что разбирали один из доспехов, украшавших собой коридор, на составляющие, под умирающим взглядом кого-то из слуг, приставленных наблюдательным дворецким. Судя по всему, чужой надзор им совершенно не мешал.
- Кхе-кхе, блин, - внес я свою лепту в творящееся безобразие.
Парочка тут же бросила свое незамысловатое занятие и вытянулась по струнке, ожидая скорой расправы.
- Господин Коннелли, - тут же бросился ко мне спасенный слуга. – Ваши комнаты готовы. Прикажете вас проводить?
- Да, - ответил я ему и тут же сграбастал своих неугомонных подопечных за плечи. – Для меня и моих… коллег там место найдется?
- Прикажете подготовить еще две комнаты?
- Лучше уж две большие клетки, шипами внутрь, - пробормотал я себе под нос и стиснул нагу и ученика плотнее. – Меру, ну елы-палы. Ты же королевских кровей. Откуда у тебя эта тяга к мародерству? Ладно Даниэл, он из этих…
- Погоди-погоди, как он сказал? Что это было? – вопросительно-стиснуто прошипела змеюка.
- Идем-идем, потом объясню. Мне надо вам еще уши оторвать. Желательно – без свидетелей.
- Так ты у нас теперь из этих… из благородных? – Меру, едва мы пришли в отведенные мне комнаты, тут же растянулась поперек широченной, даже если бы она забралась на нее полностью, то влезла бы от макушки до пят, кровати и душераздирающе зевнула. – Ну и зачем тебе оно? Если так уж хотелось титул, ну сказал бы мне. Подобрали бы тебе что-нибудь.
- Угу, знаю я вас, змеюк, - я устроился в одном из кресел и с наслаждением вытянул ноги, планируя тут же и заночевать. – Расщедрились бы на что-то в духе «Почетный удав третьей степени». И сиди, ломай голову, что бы это могло значить.
- Ну на счет удава ты себе явно польстил, там максимум Барбадосская узкоротая… но место при дворе тебе бы нашли.
- А не пошли бы вы все дружно… бабочек ловить? – вяло парировал в ответ, слишком удобно устроившись для того, чтобы встать и согнать нагу с постели, а переругиваясь с ней скорее по инерции. – Если бы я захотел, то место мне давно нашли бы при любом дворе. А возвращаясь к нашим голубокровым баранам… - я бросил взгляд на трубочку бумаги, сиротливо лежащую на столе неподалеку. – Сомневаюсь, что в них взыграл альтруизм. Скорее, многоуважаемый глава Коннелли явно планирует поиметь с этого союза какую-то свою выгоду. Осталось выяснить, каким именно боком эта его выгода нам выйдет. В свое время предки всех четырех семей пытались породниться с нечеловеческими расами. Подозреваю, что в пику пятому семейству.
- Кстати о пятых… как их там? Мы к ним идем? – Меру приподнялась на локтях, кося фиалковым глазом на прикорнувшего во втором кресле ученика.
- Сегодня ночуем здесь. Завтра возьмемся за дела в полную силу. Насколько я знаю, ночью их переловить будет весьма затруднительно. Так что – брысь с моей постели.
Утро наступило внезапно и сразу на голову. Несколько мгновений пытаясь понять, что за дятел меня разбудил настойчивым стуком, и одновременно тут же желая ему скорейшей мучительной смерти, я пытался заснуть обратно. Но никак не получалось. Пришлось открывать глаза. Чтобы тут же их закрыть, по привычке пытаясь примириться с реальностью. Реальность была неутешительной. Всего в десятке сантиметров от себя, я первым делом увидел Меру.
Стук не прекращался. Зато постепенно сознание подключалось, и в него подгружались последние данные. Едва загрузка завершилась пониманием того, что мы все сейчас в чужом доме, как я тут же вскочил к постели и прямо в чем был, а был я в немногом, рванул к двери, в которую кто-то настойчиво стучал.
- Чего? – распахнул дверь и тут же пожалел обо всем. О том, что остался тут на ночь, о том, что не выпнул коллег перед сном в их комнаты, так как они предпочли остаться в моей компании, как они сказали, поиграть в карты - совершенно бесшумно, о том, что слишком поспешно открыл дверь, ну и в последнюю очередь – о своей несдержанности. Только суровое воспитание не позволило дернувшемуся слуге удрать по потолку от моего рявка.
- Д-доброе… утро? – спросил тот чуть дрогнувшим голосом.
Внутренне я восхитился его выдержке и дрессуре. Это как же надо вышколить персонал, чтобы он даже на такое зрелище реагировал со стоическим спокойствием?
- Доброе… - ответил я, все еще борясь с порывом дверь закрыть. А лучше – захлопнуть.
- Г-господин Коннелли ждет вас на завтрак в желтой гостиной. Я должен вас проводить, - снова подал голос слуга.
- Прямо сейчас?
- Д-да, если вы…
- Две минуты, - на всякий случай уточнив необходимое мне количество минут на пальцах, я все же закрыл дверь прямо перед его носом и обернулся к кровати.
На кровати передо мной предстало умилительно-трогательное зрелище спящей, завернувшись в наше единственное одеяло, как в кокон, наги, у которой под боком, прямо в одежде, клубочком свернулся Даниэл. Хорошо хоть у противоположного тому, где провел ночь я.
Поумилявшись секунд пятнадцать, я подошел к кровати, мертвой хваткой вцепился в край одеяла и, что было сил, рванул его на себя.
- Подъем!!!
Эффект был потрясающий. Чем-то напомнил игрушки на резинке. Нага, попутно раскручиваясь из одеяла, перелетела через ученика и укатилась куда-то за кровать. Даниэл подпрыгнул на месте, просыпаясь уже по ходу движения.
- Кто-то сейчас умрет… - раздалось шипение из-за кровати, следом над ее поверхностью появилась первая бледная рука, пошарила, вцепилась в простынь, напряглась, воскрешая в памяти многие азиатские фильмы ужасов.
- Тэкс, братцы-кролики. У вас ровно девяносто секунд на то, чтобы собраться, одеться и выглядеть прилично. Время пошло.
Минут через десять дверь снова открылась, явив слуге зрелище, по сравнению с которым я в неглиже был еще вполне себе сносным. Во всем своем великолепии мы поразили его до самой глубины души, что отчетливо читалось по тем усилиям, которые слуга прикладывал для того, чтобы сохранить безразличное выражение.
Мысль о том, а для чего, собственно, нас пригласили на завтрак, настигла меня уже по пути. В самом деле. Наверняка главный Коннелли придумал достаточно внятную отмазку для своих подопечных, что не в курсе дел. Ну не захотел же он вдруг представить семейству новых его «членов»? Да и зачем?
Ответ нашелся сам собой, едва дверь открылась, Меру тут же подхватила меня под руку, изобразив широченную улыбку, я рефлекторно задвинул за спину ученика, незаметно пытаясь высвободиться из змеиной хватки. Безуспешно.
Журналист.
- Ё-мое… - выдохнул я, под предлогом ободряющего похлопывания по руке, пытаясь разжать пальцы наги. – У кого-то в этом доме слишком длинный язык.
- Надеюсь, ты не на меня намекаешь? – впервые за всю прогулку подала голос Меру.
- Надейся. И или начинай улыбаться приветливо, или прекращай и спрячь клыки. А то нам каюк.
Поняв, что приветствие со стоянием в дверях затянулось, я понял, что надо бы зайти, так как закрыть дверь и удрать уже после того как на нашу колоритную компанию обратили внимание все находящиеся в комнате, казалось как-то бестактно.
- Улыбаемся и машем, - наконец решился я, тоже попытавшись изобразить улыбку, и шагнул в гостиную. Кстати, а каким псевдонимом я им представлялся?
- Ардан, а вот и ты, - со своего места поднялся Артур, чтобы поприветствовать меня. – Ардан, как я и говорил, представитель ветви нашей семьи, которую, к сожалению, мы считали погибшей. Но, к счастью, все недоразумения разрешились буквально на днях…
Мужчина приблизился, похлопав меня по плечу, под бдительным взором журналиста.
- Я пока не знаю, кто это устроил. Но узнаю. А пока – подыграй мне…
Это было сказано уже гораздо тише, пока Артур проводил нас к оставленным для нашей троицы местам.
Едва мы уселись, как бодрый сотрудник клавиатуры и мыши тут же набросился на нас.
- Так вы и есть – те самые представители отдаленной ветви семьи Коннелли?
- Да, - я резко развернулся, не переставая скалиться в улыбке, заставившей паренька отшатнуться.
- А это с вами..?
- Моя дражайшая супруга – Беатрис, - фривольно приобнял я за талию змею, тут же ощутив, как она напряглась и вонзила острый локоть мне в ребра, - и наш… сын. Э-э-э, Артур, - выпалил я первое имя, пришедшее в голову, потрепав офигевшего от такой фамильярности Даниэла по волосам, второй рукой.
- Вы наверняка были очень рады узнать о столь близком родстве с семьей Коннелли? Как получилось, что долгие годы вы об этом могли не знать? – снова включился журналист.
- А об этом все узнают на официальном приеме, который будет уже на днях, - перехватил инициативу Артур, которому публичные выступления были гораздо привычней, чем мне.
Под столь пристальным вниманием мне кусок в горло не лез, так что от завтрака я помню мало. Нага вообще изображала статую, отвечая на вопросы резвого парнишки односложно, все больше кивая и улыбаясь. Даниэл прикидывался глухонемым, что Артур объяснил смущением, в общем, в этот раз обошлось без лишнего стыда за моих внезапных «родственников».
Уже через полчаса, под предлогом неотложных дел, нам удалось с завтрака слинять.
- Что-то мне это не нравится, - возмущалась в полголоса змея, внезапно вспомнив, что в больших домах даже у стен есть уши.
- Мне тоже. Если мы сейчас появимся в светской хронике это весьма осложнит нам бизнес. Да и жизнь в целом. Но за это я с Артура еще спрошу. Родственные узы заходят слишком далеко. Но сначала нам надо разобраться с насущными проблемами. А именно – тем, для чего нас наняли. Идем.
Закрывшаяся за спиной входная дверь отрезала нас от дома, и от всего, что в нем осталось.
- Кстати, кто-нибудь догадался вызвать такси?
В ответ Меру демонстративно поискала карманы на своем платье, Даниэл даже искать не стал, просто развел руками. Блин. Похоже, придется прогуляться. Да, и заглянуть в офис – переодеться.
К обеду, переодевшись, запасшись необходимым и до отвала нагулявшись по городу, мы снова оказались перед массивными дверьми здоровенного дома. На этот раз – другого. Этот был как-то… мрачней, что ли.
Черт, ну не люблю я работать с вурдалаками. А эти… эти еще и отличаются. Иначе они никак не смогли бы влиться в человеческое общество. Клан, основной силой которых был морфизм. Правда, распространялся он только на них самих, но от этого не легче. Мы давненько приглядываем за ними, не смотря на то, что «живут» они в центре. Но до сих пор на горячем ни один из них не попадался.
Насколько я помню, сейчас их тут шестеро, сам глава, его супруга, старуха, парни-близнецы и еще одна, сейчас прячущаяся под личиной ребенка. Довольно удобно мимикрировать под людей, когда можешь по желанию менять собственный возраст и внешность.
Вспоминая все это, пока мы топтались под дверью, я одновременно с воспоминаниями раскидывал сеть вокруг дома, пытаясь обнаружить следы, но нити магии молчали. Ну, по крайней мере снаружи точно никого подходящего под описание пропавших нет, в пристройках – тоже. А что у нас внутри?
Дверь нам открыл сам глава семейства, тут же окинув внимательным взглядом зеленых, даже, пожалуй, салатовых глаз, сквозь стекла чисто декоративных очков.
- Смотритель? Чем могу помочь?
- Для начала – здравствуйте, как это принято в приличном обществе, - усмехнулся я. – Мы можем войти?
- Конечно, - в ответ тот улыбнулся, приподняв уголок губ и посторонился, пропуская нас в дом. – И что же вас привело?
- Вы не могли не знать последних новостей. Думаю, нам с вами есть о чем поговорить.
- Вполне возможно, пусть ваши спутники подождут… а мы… поговорим.
Из одной из дверей вышла «супруга» главы, как я понял, с намерением приглядеть за моей сладкой парочкой. Мудрое решение. Как показывает практика, слуг они не боятся. Хотя… я изрядно сомневался, что в этом доме слуги есть вообще.
- Постарайтесь не накосячить. Меру, присмотри за мелким. А то с него только глаз спустишь, его тут же сожрут. А мне еще перед Роландом отчитываться.
Дав последнее напутствие своим, я направился за главой, попутно прощупывая весь дом от подвала до крыши, но, пока что, не находя ничего подозрительного. Это казалось еще более странным. К моему визиту готовились? Их кто-то предупредил? Или они с самого начала знали, что кто-то из наших на негостеприимный огонек заглянет? Подозрительно.
- Вы к нам как Смотритель или как представитель семьи Коннелли? – осведомился зеленоглазый, едва за нами закрылась дверь очередного кабинета. Удивив меня своей осведомленностью.
- Зависит от того, кому вы готовы предоставить больше информации, - в ответ я скопировал ухмылку главы и выбрав себе кресло поудобней, тут же в нем и обосновался.
- Весьма любопытно, - из одного из шкафчиков на свет появился графин, из другого пара стаканов, по которым тут же распределилось содержимое графина. По запаху я снова опознал коньяк. Блин, живут же эти богатеи. Даже нечеловеческие. – Боюсь, что ни смотрителя, ни Коннелли мне обнадежить нечем.
- Совсем? – взяв ближайший стакан, я приложился к его краю. Если расследование затянется – сопьюсь нафиг. – У меня другие сведения.
- И какие же? – вурдалак занял соседнее кресло, закинув ногу на ногу. – И от кого?
- Это – конфиденциальная информация. В конце концов, вы – единственная семья, у которой никто не пропал.
- Возможно, это потому что у нас в семье, по большому счету, нет детей? Вы не рассматриваете версию, что нас пытаются подставить? Убрать, как говорится, с политической арены?
- А что, есть повод? – я вопросительно изогнул бровь. – Кому-то помешало на политической арене обычное такое бессмертное семейство вурдалаков?
- Я все еще надеюсь, что об этой небольшой особенности нашей… семьи осведомлены немногие.
- Осведомленных больше, чем вам хочется. Почему бы под шумок не избавиться махом от всех семейств и не перехватить всю власть в одни руки? Люди живут так мало, пока вырастет следующее поколение, предыдущее успеет забыть о небольшой особенности вашего рода.
Зеленоглазый рассмеялся, отставил стакан на стол и откинулся на спинку кресла.
- Если рассуждать именно человеческими мерками, то это было бы здравым решением, исходя из интересов семьи. Но мы то с вами знаем, что всегда есть еще кто-то, не менее бессмертный. У кого больше силы. Кто всегда наблюдает. У кого хватит сил истребить весь род, если он будет запятнан. У меня нет повода портить отношения с центром и подвергать угрозе существование всей семьи. Более того, я уверен, что вы уже все проверили. И есть ли у меня дома следы похищенных?
- Нет, но вы ведь понимаете, что я все равно докопаюсь до сути? – допив коньяк, я тоже вернул стакан на стол и поднялся на ноги.
- Надеюсь на это, - глава встал и направился к двери. – В конце концов, вся эта ситуация плохо сказывается на нашей репутации, а репутация во всех мирах дорого стоит. Не просто так мы так долго над ней тряслись, чтобы сейчас все потерять из-за одного недоразумения.
Пока мы шли обратно, к моим подопечным, я заново сканировал всю постройку и внутренне удивлялся. Все гладко и чисто. Слишком чисто и слишком гладко. Мне ли не знать, что за каждым знатным семейством имеется какой-либо грешок. Или родственник-каторжник, или основатель – разбойник, или любимый предок – маньяк. У этих – вся семья нелюди. Достаточно ли это большой грешок? Или есть и другие? Пока все как-то подозрительно хорошо.
Когда мы дошли, все мысли тут же улетучились, стоило обратить внимание на разворачивающееся действо. Действо восхищало своей пасторальностью. За исключением рогатого и мохнатого скота. Пастухи и пастушки имелись. В количестве четырех штук. Двое, близнецы, обхвживали нагу, разомлевшую от такого количества мужского внимания. Даниэл сюсюкал с «малышкой», держа ее на коленях, которая весьма однозначно тянулась к шее парня.
Сорвавшийся с ладони нож вонзился в спинку дивана, где и сидел ученик с вурдалачкой, в считанных миллиметрах между ее носом и его шеей.
- Фу! Брось! – выдохнул я скорее на инстинктах и обращаясь к парню, но среагировала почему-то только «девчонка», молниеносно соскочив на пол и скрывшись за дверью, успев, все же, сверкнуть на меня недовольным взглядом салатовых глаз. – Даниэл, она лет на триста тебя старше. Откуда у тебя такая страсть к бабулькам?
На близнецов шикнул уже сам глава, сказав им что-то на незнакомом мне языке. Те тоже недовольно зыркнули, но от наги отошли на добрых два шага.
- Вы не могли бы научить своих подопечных не играть с едой? – философски обратился я к старшему вурдалаку.
- Люди редко захаживают к нам на огонек по своей воле… - задумчиво парировал тот, наблюдая как нага старательно выбирается из кресла.
- А если будут есть что попало, к примеру, кровь наги, то им может сорвать крышу и разметать шифер по окрестностям. И это – если не убьет сразу. Наги могут делать свои кровь и плоть ядовитыми для всех видов, - намекнул я ему провести разговор со своими на предмет разборчивости в еде.
На этот раз мы снова оказались за дверью, что удивительно – в полном составе, уже ближе к вечеру. На данном этапе расследование начало заходить в тупик. Нет, я не надеялся, что вурдалак тут же примется каяться мне во всех грехах, но все же… что-то было не так. Слишком подозрительно.
- Что дальше? – Меру куталась в пальто, хотя весенний вечер был даже теплым. – Идем домой?
- Нет… - я взглянул на небо и догадка родилась сама собой. – Мне надо кое-что узнать у наемников. А значит, надо наведаться к ним в гости. Где они у нас по вечерам тусят? Только не говори, что в стрип-клубе.
- Не… свободные чаще в доках тусят… у Ламии. Ну или в баре… этом… как его?
- Я тебя понял. Даниэл, хватит обрывать пуговицы, мы идем в бар. И только вздумай мне там запасть на пожилую официантку. Я тебе лучше надежную бабульку найду, из приличной семьи. Даже нескольких, выберешь на свой вкус.
Получив в ответ возмущенный и вместе с тем смущенный взгляд ученика, мы отправились ловить такси.
Мысль о том, что пора бы уже завести собственный транспорт или, на худой конец, водителя с транспортом, посетила меня уже на пороге бара со звучным названием «Хохмячки». Никогда не понимал этого названия. Учитывая то, что в основном бар существовал за счет наемников.
Впрочем, вопреки названию, внутри не было ни клеток, ни, собственно, хохмячков, что бы то ни было. Бар как бар, стойка, столики, недовольные рожи как наемников, так и обслуживающего персонала.
Отпустив Меру в группку знакомых ей бородатых личностей, сам я подошел к стойке, почти мягко подвинув к краю чье-то переутомленное возлияниями тело. Тело протестов не проявило. Плавно сползло с края и перетекло на пол, тут же звучно захрапев.
- Мне – воды и топор. Если кто-то опять попробует угостить ученика чем-то крепче пива, то пусть лучше сам принесет мне свои уши, чтобы я прибил их к первым трем парам, над дверью, - благожелательно обратился я к бармену.
Бармен намек понял. Уже через минуту передо мной оказался стакан, второй замер перед Даниэлем, едва заметно качнув оседающей пенной шапкой.
- Немного у вас тут посетителей, - заметил я, осматривая помещение.
- Так день, - флегматично отозвался бармен, - днем посетителей немного.
- У наемников так много работы? Странно. Мне казалось, что в доках сейчас почти тихо.
- Немного… но кто-то перестает выходить на связь, приходится подвязывать имеющихся. Кто-то ушел поработать на другие участки. Наемникам скучать некогда.
- Как любопытно, и многие перестали выходить на связь? – кто бы что не говорил, но, как и везде, слухи всегда стекаются в одну дыру. В доках этой дырой были Хохмячки.
- За месяц – полтора десятка. Буквально на днях и Мара со своими пропала. Обмывала какой-то весьма выгодный контракт, собиралась на дело, но… чем дело закончилось, мы так и не узнали, - бармен выразительно пожал плечами.
Мара, говоришь? Я знал Мару и ее ребят. Даже слишком хорошо. Именно они стояли, почти всегда, за перемещением ценностей от одних к другим, не менее в этих ценностях заинтересованным. Воровство, взлом, это все по ее части. Правда, до сих пор я ни разу не слышал, чтобы ее поймали за разбоем или похищением, но… всякое бывает. Из имеющихся у меня зацепок – эта ничем не хуже других.
- И где, говоришь, она планировала работать? Вдруг проболталась.
- Да в центре где-то, какой-то толстосум ее нанял.
- Понятненько…
Отодвинув свой стакан, я расцепил Даниэла с его добычей.
- Малой, мы никогда не напиваемся на работе, - пытался увещевать я слабо сопротивляющегося ученика. – Меру! – Последняя фраза обращена была к змеюке.
Расплатившись, мы снова выбрались на улицу. Стало прохладней.
- Ты что-нибудь узнал? – змея привычно огляделась, отыскивая взглядом угрозу.
- Немного. За последний месяц пропало пятнадцать наемников. Мы, конечно, можем проверить всех, но предлагаю начать с последних.
- А почему мы думаем, что нам нужны пропавшие наемники? – проговорил ученик, невольно копируя поведение наги.
- Хороший вопрос. Отвечаю. Пока мы гостили у Коннелли, я заметил, что весь дом защищен от вурдалаков. Защищен нашими печатями. Так что, маловероятно, что они пролезли в дом и сами стырили наследников. Подозреваю, что и другие дома защищены не хуже.
- А дети пропали прямо из домов? – уточнила Меру.
- Да, признаться, я тоже сомневался, потому уточнил этот вопрос в бумагах еще раз, пока вы собирались. Дети пропали ночью и из домов. Возможно, конечно, что тут замешана и какая-то человеческая группировка, но это вряд ли прохлопала бы полиция. К тому же, я бы засек след простого человека. Тут поработал кто-то явно в теме и кто-то, кто подозревал, что в расследование могут включиться не только люди. К тому же меня насторожило то, как чисто было в вурдалачьем доме. Словно его вылизали вообще ото всех следов ровно к нашему приходу. Да и сами вурдалаки. По их ауре можно было бы предположить, что они год не покидали комнат, в которых нас встретили. А этого просто не может быть.
Следовательно, что мы имеем? Дом без единого следа проникновения, хотя оно и было, отсутствие следов как внутри, так и снаружи, и отсутствие каких бы то ни было зацепок во втором доме. Какой вывод напрашивается? Тут явно поработал кто-то, кто умеет скрываться не только от людей, но и от нелюдей. А кто у нас такое умеет? Кто может беспрепятственно работать в любой части города? Кто может использовать артефакты? Как по мне, так ответ очевиден – наемники.
Тут возникает другой вопрос, что будет делать наемник, провернувший выгодное дело? Возможны варианты. Отмечать, если дело легальное, и залечь на дно, если дельце пахнет керосином. Так как большой барыш в последнее время никто не обмывал, я сделал вывод, что провернувшие это дело наемники залегли на дно. Еще вопросы?
- Да, - Даниэл развернулся, смотря на меня в упор. – Как мы будем искать залегших на дно наемников?
Хм… вопрос действительно хороший. Если они покинули город – никак. Хотя… тут все зависит от того как давно покинули и на чем. Если залегли в окрестностях, то шанс есть. Если улетели на другое полушарие…
Новая внезапная догадка заставила меня вздрогнуть и порыться по карманам. Тэкс, тэкс… ага. Найдя искомое, я потащил свою сладкую парочку в переулок за баром, поближе к мусорным контейнерам.
- Меру, постой у входа. Мне тут лишние свидетели не нужны. Даниэл, идем со мной. Покажу нечто весьма любопытное.
Рыбий глаз, улучшенный, которым еще зимой меня «наградил» Роланд. Наверное с этого следовало бы начать. У Синей Птицы я тогда выклянчил два пера. Одно ушло на поиск ифрита, а второе… второе завалялось. Кажись, сейчас пришел и его черед.
- Смотри, стой рядом. Если что-то пойдет не так, постарайся не дать мне завалиться в мусорку, иначе я проснусь в весьма дурном настроении. Если будут конвульсии, пена изо рта, кровь из ушей, зови Меру. Она знает что делать.
- Кровь?
- Не боись…
Дав напутствия ученику, я сжал перо в ладони и применил к нему поисковый импульс. Блин, а я уже и забыл как это больно. Словно доской по затылку съездили.
Зато перед глазами начала разворачиваться картинка. Правда, не та, что я рассчитывал. Я рассчитывал найти наемников, а вместо них увидел горстку оборванных, грязных и испуганных ребятишек, забившихся в угол какого-то незнакомого темного помещения. А потом меня словно на резинке дернуло обратно, помотало по комнатам без дверей и окон, выдернуло на улицу через пролом в стене, дало полюбоваться на руины здоровенного строения, в которых я опознал еще столетие назад действовавшую сахарную фабрику, в километре от города…
А потом я очнулся. Ага, не в мусорке, и на том спасибо, зато на земле и в компании ученика.
- Что было? – уточнил я, открыв глаза и ощущая как дикая, пульсирующая боль в затылке начинает стихать.
- Ну ты… это… а я… и… вот, - порадовал меня детальным описанием Даниэл.
- Не удержал?
- Не удержал…
- Ладно… идем, - поднявшись и, по возможности, отряхнувшись, я привычно ободряюще похлопал по плечу не менее чумазого ученика.
- Ну, что там? – проявила нетерпение оставленная на стреме змея. – Нашел их?
- Я немного забыл, что Рыбий Глаз с пером работают немного не так, как просто Рыбий Глаз.
- Ты не нашел наемников?
- Нет. Но нашел наших потеряшек. Это сойдет?
- Где? Они живы?
- Пока живы, но тут все зависит от нашей расторопности. Идем. Нам надо еще получить разрешение на выход из города.
За городом весна, казалось, еще не успела в полной мере вступить в свои права. Снега было больше, как и грязи, освещения не было в принципе. По крайней мере там, куда мы направлялись.
Так что, какое-то время мы топтались сквозь бурелом, по грязи, угрожая в любой момент поскользнуться и растянуться во весь рост. Потом было решено плюнуть на конспирацию. Даже если в руинах и засели наемники с добычей, пусть лучше видят Смотрителя со свитой во всей красе, несущих им лучи добра и всепрощения, сжигающие дотла. Чем подозрительно прислушиваются к доносящимся из леса матюкам и шипению. Кто их знает, может, в Смотрителя они и побоятся шмальнуть чем-нибудь зажигательным. А вот в непонятных матерящихся прохожих – вполне вероятно. Мара наверняка в курсе, что весь горд на ушах стоит.
К руинам мы вышли, когда уже начало темнеть. Надо же, как быстро все разрушается. А ведь заброшена фабрика каких-то лет пятьдесят. А осталось так мало.
Впрочем, мы пришли смотреть не только на руины. Следы были, и много. Но, в основном, человеческие. И я сейчас не про отпечатки обуви на земле. Их было еще больше. Был и еще один, вурдалачий. Совсем свежий. «Ну да, ну да, сдается мне, кто-то мне знатно набрехал, да, Габран», - мысленно помянул я главу вурдалачьего семейства, надеясь, что ему хорошенько так сейчас икается.
Нехорошо усмехнувшись, я отпустил светляка, стартанувшего в лес и там потихоньку угасающего. Проверил наличие ножей, пару отстегнул и вручил ученику. Так же к ученику отправился тот же самый амулет, с которым Даниэл ходил в логово вампиров.
- Надеюсь, ты в меня не попадешь, а амулет…
- Чтобы касался кожи, я помню, - удивил меня ученик, быстро пряча ножи по карманам, а амулет под одежду.
- Меру…
- На мой счет не беспокойся, - змея уже трансформировалась, взяв в каждую руку по тесаку.
- Э-э-э… нет. Давай-ка пока оставайся в человеческой форме. Если дети еще там, то вряд ли они захотят пойти с тобой к выходу в этом виде. А я меньше всего хочу отлавливать по подвалам полдесятка перепуганных малолеток.
Сплоченной группкой, чутко прислушиваясь, мы углубились в руины. Вел своих я по памяти из видения, отыскивая тот самый пролом в стене. Что было самым удивительным – наемников не попадалось. Довольно странно. Судя по тому, что детей они не убили, их планировалось кому-то передать. Ну не могла же Мара бросить добычу и свалить, не получив гонорар? Не очень-то это похоже на план.
Пролом попался на глаза скорее случайно. Оказалось, что с земли его прикрывал уцелевший обломок стены. Остановившись, я принюхался. Из подземелья пахло сыростью, плесенью, страхом, но больше всего – логовом. Гораздо больше, чем в доме вурдалаков. Хм, кажется мы нашли, где многоуважаемый господин Габран обтяпывает свои темные делишки, не нарываясь на общественное порицание. Кое-кого я определенно вздрючу, когда вернусь в город. Кто бы это мог быть?
- Не отставайте, - шепнул я своим и погрузился в темноту подземелья. Пошарился. Вздохнул, но зажег нового светляка. Ну их в пень, этих вурдалаков, тут без света слишком высок шанс самоубиться. Лазар сдохнет со смеху, когда узнает.
Со светляком стало как-то даже тревожней. Если в темноте некоторые детали были невидимы, то сейчас они бросались в глаза. В первую очередь мое внимание привлек росчерк бурых пятнышек на стене у одного из проходов. Кровь. Старая, засохшая, почти не пахнет, явно не сегодняшняя. У входа следов опять нет. То ли все кто находился внутри, еще внутри, то ли… возможны варианты.
Интуитивной частью тела чувствуя, что мне туда не надо, именно к этому входу мы и направились.
Дальше отметин становилось только больше. Старые отголоски примененных артефактов… явно наемники. И боевая магия. Как любопытно. И с кем это они тут умудрились сцепиться? Не поделили гонорар?
Следы от пуль на стенах и потолке были еще более удивительными, и навевали мысли о том, что Мара и ее ребята внезапно сошли с ума.
Комнаты и коридоры представляли собой почти лабиринт, плавно перетекая друг в друга. В какой-то момент я даже засомневался, а не ходим ли мы по кругу?
- Найду этих наемников, шкуру с них спущу, - зловеще пообещал я в темноту и уже совсем скоро пожалел об этом обещании.
В конце одного из коридоров нас встретила дверь. Поразительно. Первая дверь в этом лабиринте, а может, и единственная. Уж не там ли заперли наших потеряшек?
Распахнув ее, я почему-то сразу понял, что не там. Покачнувшись от волны вони, вырвавшейся из запертого помещения, пропустил вперед светляка, услышал за спиной квакающие звуки.
- Тошнить – на пол, - среагировал машинально.
Впрочем, обвинять ученика в слабости желудка я бы не стал. Не стала бы и Меру, разом сменившая благородно-бледный цвет лица на салатовый.
- Кажется, Мару мы нашли, - пробормотала она, едва слышно. – Шкуру спускать будешь?
- Кажется, нашли мы не только Мару… - парировал я, стараясь не глотать скапливающуюся во рту слюну. Казалось, что даже она пропиталась запахом разложения.
Да, наемники были здесь. В полном составе. Мара и трое ее парней. Но не только они. Казалось, внутри этой комнатки можно изучить разом все этапы разложения, от вон тех кучек белесых костей в дальнем углу, до, собственно, самой Мары, казавшейся мирно спящей… с разорванным горлом.
- Черт, - выбравшись из комнаты ужаса и закрыв дверь, я прислонился спиной к косяку. – Что-то мне подсказывает, что наниматель решил не платить Маре за ее услуги.
- Ты думаешь… - змея постепенно возвращалась к привычному цвету, что не скажешь о Даниэле. Наверняка стоило бы отправить парнишку к выходу, чтобы и сам не мучился, и нам не мешал. Но что-то не позволяло мне это сделать. Предчувствие?
- Кто бы не замочил наемников, будем надеяться, он еще не успел добраться до детей. Мару убили, самое позднее, прошлой ночью. Идемте. Нам в любом случае нельзя терять времени.
Минут через пять петляний, я внезапно понял, что узнаю местность, и резвой рысью бросился в правый коридор, оттуда первая левая дверь, и уже оттуда – в крайнюю правую. Не ошибся. Угадал.
Все пропавшие, в полном составе были там. Все шестеро. Замерзшие, грязные, голодные, но живые. Дети, от пяти, до тринадцати лет были там. Жались друг к другу, как зверята, пытаясь согреться. Но, без сомнения, были живы. Единственная проблема – они были в клетке. Я такие видел, в них держат больших собак. Или не собак… но додумывать эту мысль я не стал. Не здесь, и не сейчас. Надо их вытаскивать.
- Надо их вытащить… - загнав светляка под потолок, я приблизился к ребятне, стараясь выглядеть как можно менее угрожающе. – Не бойтесь. Меня отправили ваши родители. Мы вас вытащим.
Как можно спокойней, я увещевал с ужасом следящих за каждым моим движением ребят, оглядывая замок. Добротный, тяжелый. Такой пальцем не вскроешь. Да и не каждая отмычка возьмет. А отмычки я с собой как-то забыл прихватить.
- Меру, можешь вызвать подмогу? – спросил нарочито громко, зажигая сначала на ладони, а потом и на пальце язычок пламени. Простое пламя вряд ли быстро справится с замком, но кто говорил, что у меня пламя - простое. Но какое-то время все равно потребуется.
- Телефоны тут не ловят, но могу связать с Медянкой, она вызовет…
- Связывайся. Полиция, медики… СМИ, черт бы с ними. Пусть вызовет кого сможет. Чем больше тут будет народу, тем лучше.
Замок поддался, отозвавшись недовольным скрипом, в ответ на который вздрогнули как спасатели, так и спасаемые. Резко дернув на себя металлическую дверцу, я стал по одному выдергивать пленников и передавать их наге.
- Странно как-то… - прошипела змея едва слышно, принимая на руки еще одного малыша, чтобы тут же его поставить рядом, под надзором Даниэла.
- Что именно?
- Что мы так просто вошли. Их оставили без надзора? Без присмотра? Без охраны?
- Что тут странного? Наемники мертвы, а главный вурдалак сейчас в городе, делает хорошую мину при плохой игре.
- А может… вам просто дали войти? – осведомился грубый голос от входа, а я ощутил, помимо мурашек на коже, как в мою руку мертвой хваткой вцепился последний спасаемый из клетки ребенок.
- Он здесь… - пробормотала девчонка и отключилась, обмякнув.
Черт! Сглотнув, я плавно повернулся, опустил дитя на пол и уставился туда, куда уже смотрели ощерившаяся нага, Даниэл, трясущимися руками вытаскивающий из кармана застрявший нож и разом окаменевшие дети за спинами первых двух.
На Габрана пришелец походил не больше, чем я на Меру. Ну, в смысле, определенное сходство было: две ноги, две руки, одна голова. Но на этом сходство и заканчивалось. В остальном незнакомец больше походил на бомжа. Обросший, грязный, с единым колтуном неопределяемого цвета, в который свалялись волосы и борода, видавшие виды тряпки, которые уже и не помнили тех времен, когда назывались одеждой, отсутствие обуви, которое с лихвой компенсировалось размерами когтей. Впрочем, на руках когти тоже имелись.
Ё-мое, патриарх вурдалачьего семейства. А я думал, что он давно мертв. Как минимум лет сто-двести. С тех самых пор, как устроил резню в городе, внезапно свихнувшись. Габран тогда центральным и голову его приносил, в доказательство, что сам убил его, не дожидаясь расправы над всем кланом. А на самом деле?
- Айргедмар? – пришлось все же уточнить. Как я уже говорил, они могут весьма занимательные вещи вытворять со своей внешностью. Вурдалак отвел взгляд от малышни и перевел его на меня.
- Знаешь мое имя? – ухмыльнулся в ответ, обнажив изрядно пожелтевшие, а местами и почерневшие зубы. – Сдохнешь первым.
С места он сорвался без предупреждения. Единственное что я успел, это шепнуть Меру:
- Уводи их…
А вот сгруппироваться пришлось уже в полете к стене. Встреча со стеной оказалась жестче, чем планировалось. Позвоночник отозвался болью. Силен. Чертовски силен. Они силу набирают с возрастом. А еще, похоже, с ним же сходят с ума. Не успел я додумать, что будет, если он все же меня прикончит и погонится за остальными, как вурдалак налетел снова, не дав полностью отлепиться от стены и упасть на пол.
Пришлось отвечать, сначала просто импульсом, откидывая от себя. А потом и пламенем, разгорающимся в ладони. Во второй ладони был зажат нож. Насколько я знаю, они неплохо горят. Особенно голодные. Правда, этот, похоже, голоден не был.
- Маг? – хрипло осведомился лохматый, мягкой ступая, обходя меня полукругом, выбирая наиболее выгодную позицию для новой атаки. – Человек бы не выдержал.
- Может и маг… - криво усмехнулся я в ответ и спустил с ладони первый огненный шарик, целясь в подвижную фигуру. Увернулся. От второго и третьего – тоже. Черт. Быстрый. Точно не голодный. На таких харчах как еще не разжирел?
Не переставая закидывать его огнем, не позволяя отвлекаться, я плавно отходил к выходу. Отсюда его выпускать нельзя. Если поймет, что со мной ему не справиться, то может плюнуть и отправиться за остальными. А он быстрей меня. Могу не успеть. Судя по недовольному рычанию, вурдалак мой план разгадал, но приблизиться пока не мог. Как и мне не удавалось в него попасть.
Заняв позицию спина-дверь, я снова задумался. И что дальше? Бросаться в него огнем я могу еще долго, пока не устану. Уворачиваться он тоже может долго. Существует весьма немаленький шанс, что я устану раньше. Надо тут заканчивать.
Прищурившись, я убрал нож и зажег пламя в обеих руках. Если я не ошибаюсь, то от сплошной волны он никуда не денется.
Огонь растекся по ладоням, вытянулся в стороны и полукругом, разрастаясь по мере движения в сплошную стену, рванул в комнату, выжигая все на своем пути. План был идеален. Пожалуй, за исключением того момента, что я не учел, что вурдалак движется почти мгновенно в броске.
Еще до того, как пламя достигло середины комнаты, он рванул вперед, на целое мгновение успев меня порадовать мыслью о вурдалачьем самоубийстве, проскочил под стеной огня и снова налетел, сбивая меня на пол. Да что ж ты будешь делать?
На полу мы обменялись несколькими ударами, до того как его когтистая лапа стиснула мою, левую, все еще болящую, с такой силой, что боль на мгновение оглушила и ослепила, сдавила спазмом горло, не позволяя крикнуть.
Всего мгновение, но его хватило, чтобы снова вернув зрение, я понял, что не высвобожусь. Неудобно драться, лежа на животе, с подмятой под него же правой рукой, чувствуя, как в спину упирается острое колено с такой силой, что хрустят кости, а левая рука задрана назад и вверх настолько, что малейшее движение – и вывих. Допустим, одной рукой я могу пожертвовать. Проблема только в том, что, пораженная магией ритуала, она отзывается сплошной белесой пеленой, застилающей глаза, при каждой попытке дышать. Много ли я смогу выколдовать в таком состоянии. И все же. Я еще жив. Почему он не убил меня до сих пор? Альтруизм взыграл?
- Еще дышишь, маг? – почти добродушно уточнил вурдалак, деловито, это я прекрасно ощущал, располосовывая рукав плаща и одежды под ним, когтями.
- Вашими молитвами, - выдохнул я, на некоторое время вновь утратив связь с реальностью, отвлекаясь на вдох и боль одновременно.
- Не надолго, - утешил меня лохматый, - разберусь с тобой, а там и до твоей девки с дитями доберусь.
Следующим, что я ощутил, был укус. Нет, меня и раньше цапали разные представители фауны. Но вот так унизительно – никогда. Похоже, я дернулся и опять на какое-то время отключился, потому что следующим, что прорвалось к сознанию, был крик, а следом и чьи-то неуклюжие попытки меня поднять.
- Даниэл? – опознал я обувку своего спасителя, тщетно соскребающего мои останки с пола. Наконец мне удалось приподняться настолько, чтобы освободить правую конечность, а там и сесть, прислонившись спиной к противоположной стене коридора.
Вурдалак был здесь же, у другой стены, облокотившись на нее, но с каждым мгновением теряя способность двигаться. По его коже то и дело пробегали золотистые искры, постепенно сливаясь в узоры, чем-то смахивающие на разряды молнии. Из спины нежити торчала пара моих ножей. Судя по заторможенным движениям пальцев у рта, он пытался отрыгнуть все то, что успел выпить.
- Что? Не по вкусу тебе? – усмехнувшись, я лишь на мгновение опустил взгляд на свою руку. Блин. Ну вот и как это теперь залечивать? – Любой может отведать плоти или крови Смотрителя. Правда… один раз.
Вряд ли эта наука ему пригодится. Узоры становились все больше, плотнее, пока вся кожа не окрасилась в жидкое золото, свечение было видно даже сквозь лохмотья. Хрип, похожий на крик, и в одно мгновение все его тело обратилось в прах, серой кучкой осевшей у стены. Стало тихо.
- Где Меру? – нарушил я тишину, решив, что этот товарищ вряд ли заслуживает минуты молчания.
- Там… - Даниэл склонился над кучкой пепла, но ножи забирать не стал.
- Там? – не дожидаясь решения ученика, я все же встал, тоже склонился над кучкой и забрал свою собственность, немного поворошив пепел.
- Там. Там все приехали, она осталась. Я вернулся. Волновался.
- Так это ты его ножами?
- Ну… да… - смутился ученик.
- Ну так молодец. Можешь ведь, когда хочешь. Похоже, в твоем случае еще не все потеряно, - приободрил я Даниэла. – Только в следующий раз не возвращайся в одиночку в логово какой бы то ни было кровожадной твари. А если бы он на тебя бросился?
- Так он же тебя убивал! – вспыхнул ученик.
- Меня так просто не убить. Идем, посмотрим как там Меру справляется.
Меру справлялась поразительно хорошо. Правда, ровно до того момента, пока не появились мы. Пожалуй, по поводу СМИ я немного погорячился.
- Господин Коннелли… - ко мне бросился первый из журналистов, а я пожалел сразу о двух вещах. О том, что вместо невидимости взял с собой на дело ясновидение, и о том, что журналистам, в отличие от вурдалаков, головы отрывать нельзя.
Отбиться от акул пера мы смогли лишь через полчаса, предварительно убедившись, что детей отсюда забрали и, под конвоем, отправили в больницу.
- Домой? – устало вздохнула Меру, присаживаясь рядом со мной на каменный обломок.
- Нет… - я тоже устал, выдохся, вымотался, был похож на бомжа, но предстояло еще кое-что утрясти. – Нам надо решить еще несколько вопросов.
Похоже, к главам семейств мы вломились совсем не вовремя. У них было то ли заседание, то ли совещание. Но, по крайней мере, их было не так много. Есть шанс, что все, что я хочу сказать, не выйдет за пределы этого зала.
- Категорически приветствую, - начал я, едва за спинами нашей троицы закрылась дверь. – У меня хорошие новости. Все дети живы и сейчас находятся в больнице, где их осматривают.
Ропот пронесся по залу. Только один… человек молчал, сверля меня взглядом салатовых глаз.
- Думаю, вам будет весьма интересно то, что дети расскажут. Но, спешу вас успокоить, их похититель мертв. Больше он не доставит вам неприятностей. Ни вам, ни еще кому бы то ни было.
Взгляд стал совершенно неприятным.
- Засим спешу откланяться. Наверняка вам нужно многое обсудить.
Выбравшись на улицу, я выдохнул и позволил себе на мгновение закрыть глаза.
- Эй, ты как? – Меру все еще подпирала меня плечом, не позволяя расклеиться.
- Нормально. По крайней мере, я теперь точно уверен в том, что зеленоглазый нам лгал. Давно. И прямо в лицо.
- Пойдешь в центр?
- Нет. У меня только слова детей и то, что я видел. Нет никаких доказательств. Мне нечего ему пришить. Кто поверит детям?
- А тебе? – нага оглянулась. Она тоже слышала?
- Мне поверит Роланд. Возможно, Луайс. Но в мире людей это просто слова. Мое слово против его слова.
- Так можно разобраться с ним и не по законам людей. А по законам тех, к кому он принадлежит.
- Отбрешется. Скажет, что был уверен, что в центр притащил именно голову Айргедмара. В конце концов, это была именно вурдалачья голова, и выглядела она как его черепушка. Не подкопаешся. А то, что они обладают морфизмом… ну, упс, не подумал, что тот мог изменять не только свою плоть. В конце концов, наши тоже не засомневались.
- Ладно, идем домой, - нага ухватила меня за плечо, заставив поморщиться. – Тебя надо осмотреть.
- Вы с мальчишкой идите, я пройдусь, подышу воздухом.
Если Меру и усомнилась в причине моего внезапного желания погулять, по крайней мере, не стала настаивать. Наверняка тоже слышала. Поймав машину, они с Даниэлем уехали в офис, а я, как и обещал, отправился прогуляться, выбирая самые темные и захолустные переулки. Звук, услышанный еще у входа, следовал за мной, пока не оборвался, рухнув сверху темной фигурой, мягко приземлившейся рядом.
- Ты что задумал, Смотритель? – передо мной стоял один из близнецов, сжимая кулаки.
Я, оценивая, окинул его взглядом. Мал еще, чтобы со смотрителем бодаться, даже когда я в таком состоянии.
- А что я задумал? – невинно уточнил я, вскинув бровь.
- Хочешь это на нас повесить?
- Что именно? То, что вы вывезли из города тайком своего патриарха, подкармливали его, чтобы не вернулся на охоту сюда, обманули центр, наняли наемников, похитили чужих детей, чтобы сорвать выборы мэра, а, по возможности и собирались прибрать к рукам человеческую власть в городе? Не-е-е… Ты что? Кто? Я-а-а?
Такого нервы мальца не выдержали, схватив за плечи, тот приложил меня о стену, заставив вспомнить, что предыдущая встреча со стеной бесследно не прошла, угрожающе оскалившись.
- Следовало бы выпить тебя прямо здесь, уничтожить, чтобы ты не посмел очернять семью. Это все – ложь.
- Ну попробуй, - подняв руку, я демонстративно оттянул ворот рубашки. Почему-то жест получился донельзя неприличным. – Один уже попробовал. И где он сейчас? Готов поспорить, что вы все почувствовали его смерть. Вы всегда ее чувствуете. Смерть того, чью кровь носите. Вас же всех, насколько я помню, заразил он.
- Мразь… наемник… - брезгливо отстранился мальчишка, выплевывая оскорбления, похоже, так и не решившись на большее.
- А вы, что, планировали его куда-то дальше переправить, судя по продовольственным запасам и тому, что его мусорка уже начинала вонять. Ее нашли бы через день – другой,
- Кхе-кхе… - сначала послышалось из темноты, а потом я услышал и стук наконечника трости по асфальту.
Вурдалак оглянулся, потом угрожающе посмотрел на меня, а следом и смылся, сначала вскарабкавшись по стене, а уже после этого и скрывшись с глаз на крыше.
- Роланд, ты мне рыбалку сорвал… - ворчливо пробормотал я, отклеиваясь от стены.
- Бывает такая рыбалка, когда акула утаскивает рыбака на дно, - наставник улыбнулся, поглаживая подбородок.
- Да какая тут акула? Так, саблезубая плотва. Еще не понявшая, что вцепилась в жопу кита. Ты, чего тут ходишь? – кстати, да. Роланд вообще не увлекается оздоровительными ночными прогулками по злачным местам.
- Меру сообщила, что тебя потрепали, а еще, что тебя во время ритуала зацепило. Ты когда собирался мне об этом сообщить?
- В идеале – никогда. Зацепило только руку. Сам оклемаюсь.
- Если за пару дней не прошло… короче, моя машина за углом. Поехали, посмотрим тебя. А там твоя прелестная спутница, может, и на ужин у меня согласится.
- Старый развратник… - смирился я с неизбежным и направился за наставником на растерзание центральным.
Автор: Estellan
Источник: https://litclubbs.ru/articles/54487-semeinye-skelety-smotritel.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Подписывайтесь на наш второй канал с детским творчеством - Слонёнок. Откройте для себя удивительные истории, рисунки и поделки, созданные маленькими творцами!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: