Вообразите: огромная площадь, стройные ряды партработников, официоз, дух Советского Союза витает в воздухе. И тут выходит Леонид Ильич Брежнев — не просто так, а со всей своей легендарной харизмой. Напротив — какой-нибудь товарищ из братской соцстраны, допустим, Хонеккер (это тот, кто потом ГДР умудрился потерять). И вот они идут навстречу друг другу, широко распахивают объятия и... бац! Губы в губы. Что за цирк, спрашивается?
Это что, традиция такая?
Ну, вообще — да. Советский дружеский поцелуй (официальное название, кстати) был не просто жестом приветствия, а чуть ли не государственной идеологией. Изначально это был обычный трёхкратный поцелуй в щёку, как у славян принято. Но Брежнев, видимо, считал, что настоящие друзья должны быть ближе — и иногда, так сказать, пересекал границы.
Многие тогда недоумевали: ну ладно, щёки, но почему в губы-то? А вот почему: это был символ искренней братской любви, той самой, которая должна была показывать всему миру — СССР и его союзники это не просто партнёры, а прям одна большая социалистическая семья. Крепкая, нерушимая, в общем, целующаяся.
Но ведь это выглядело странно...
Да! И не только нам сейчас, но и многим тогдашним политическим лидерам. Некоторые, говорят, даже пытались как-то увернуться или подставить щёку, но куда там — Брежнев был настойчив. Особенно с теми, кого он реально уважал.
Самый знаменитый поцелуй, конечно, случился с Эрихом Хонеккером в 1979 году, когда ГДР отмечала своё 30-летие. Именно этот момент попал на фотографию, а потом в 1990-х появился на Берлинской стене в виде граффити с подписью: «Господи, помоги мне выжить среди этой смертной любви». И ведь действительно — выглядело это... ну, необычно.
Все так делали или только Брежнев?
Брежнев, конечно, был самым активным сторонником "губных" приветов, но не он один практиковал этот стиль дипломатии. Вспомните Хрущёва — он тоже не гнушался поцелуев, правда, чаще оставался в пределах щёк. А вот Сталин, например, был вообще не из таких. Он мог обнять, мог руку пожать, но никаких нежностей.
Так что можно сказать, что эпоха "целующихся лидеров" — это чисто брежневская фишка.
Что об этом думали на Западе?
Там, мягко говоря, были в шоке. В западной культуре такие знаки внимания в политике не приняты. Там предпочитают ограничиваться крепкими рукопожатиями или в крайнем случае — объятиями (и то, скорее, для фото). А тут — полноценный поцелуй! Европейские газеты смаковали фотографии, журналисты веселились, а простые обыватели вообще не понимали, как это интерпретировать.
Впрочем, Брежневу было всё равно. Он продолжал обнимать и целовать всех подряд — от африканских лидеров до французских коммунистов. Искренне, с душой, так сказать.
Сегодня подобные штуки выглядят, мягко говоря, странно. Но в контексте советской дипломатии — это был мощный символ братства, единства и нерушимой дружбы между соцстранами. Просто сейчас трудно представить, чтобы, например, Путин поцеловал какого-нибудь европейского лидера в губы на встрече G20.
Вот так вот. Хотели социалистическую идиллию? Получайте с поцелуями!