Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Версия

Будем помнить об этом

Когда на войне встает вопрос жизни или смерти, у военнослужащих порой просто не остается другого выхода, как сдаться в плен. И среди них нередко встречаются высшие офицеры. В этом нет ничего удивительного, ведь порой такое решение является единственным выходом для сохранения жизни доверенных им солдат. Для честно сражавшегося офицера поднятые руки или белый флаг на головой - это всегда большая драма, личное поражение, искупить которое не всегда можно даже кровью. Бывает, что это воспринимается как позорная метка на всю жизнь. Одновременно это еще и поражение государства, поскольку оно фактически оставило без поддержки защитников, не сумело их уберечь. Оказаться в плену для высших военачальников - это очевидное унижение человеческого достоинства и высокого статуса, фактически - настоящая жизненная катастрофа для любого генерала. Люди, которые, как правило, даже не нюхали пороха, любят рассуждать о морали, выясняя, насколько допустимо «отдавать свою шпагу врагу». Все они преисполнены паф

Когда на войне встает вопрос жизни или смерти, у военнослужащих порой просто не остается другого выхода, как сдаться в плен. И среди них нередко встречаются высшие офицеры. В этом нет ничего удивительного, ведь порой такое решение является единственным выходом для сохранения жизни доверенных им солдат.

   Будем помнить об этом
Будем помнить об этом

Для честно сражавшегося офицера поднятые руки или белый флаг на головой - это всегда большая драма, личное поражение, искупить которое не всегда можно даже кровью. Бывает, что это воспринимается как позорная метка на всю жизнь. Одновременно это еще и поражение государства, поскольку оно фактически оставило без поддержки защитников, не сумело их уберечь. Оказаться в плену для высших военачальников - это очевидное унижение человеческого достоинства и высокого статуса, фактически - настоящая жизненная катастрофа для любого генерала.

Люди, которые, как правило, даже не нюхали пороха, любят рассуждать о морали, выясняя, насколько допустимо «отдавать свою шпагу врагу». Все они преисполнены пафоса и придерживаются позиции, что якобы лучше пустить себе пулю в лоб. Но здесь следует учитывать важный момент - в плен можно попасть по-разному. Ведь нередко случается, что там оказываются раненые, находящиеся в бессознательном состоянии, а порой плен становится результатом предательства.

Как ни парадоксально, но история древних войн знает примеры, когда к военачальникам проигравшей стороны демонстрировалось благородное и даже человеческое отношение. Во все времена взятых в плен командиров враждебной стороны ценили. К убийству прибегали очень редко, поскольку такие люди имели очевидную ценность. Таких пленных можно было выменять, продать за хорошие деньги и даже использовать с целью пропаганды. Порой их могли и вовсе отпустить.

Но в годы Второй мировой войны со стороны нацистов не существовало каких-либо обязательств в отношении советских генералов. И это было беспрецедентным случаем в истории. Более того, к генералам союзников и советским командирам отношение было абсолютно разным. Если с первыми все было довольно сносно, то на представителях Советского Союза они в полной мере отыгрывались, применяя в их отношении нечеловеческие издевательства. Избежать этого могло помочь лишь согласие идти к нацистам, но таких случаев было ничтожно мало.

Наибольшие потери Красной армии датируются 1941-1942 годами. В этот период крупные воинские формирования оказывались далеко от линии фронта в так называемых котлах и поэтому были обречены на плен. Такое развитие ситуации стало не только итогом превосходства Вермахта, но и следствием ошибок, совершенных Ставкой Верховного Главнокомандования, исключавшего любую возможность отступления. Связано это было и с личной позицией, которой придерживался Сталин, неверно оценивавший сложившуюся ситуацию. Большая часть тех, кто попал в плен в обозначенный временной отрезок, оказались в совершенно безвыходной ситуации, столкнувшись с отсутствием боеприпасов и продовольствия, потерей связи со штабами, большим числом раненых. Среди попавших в плен оказались и советские генералы, которые держались до последнего, - выполняли приказы командования и активно помогали своим войскам. При этом не секрет, что Москва всегда старались организовать эвакуацию командования даже в самых тяжелых ситуациях, для этого обычно изыскивалась любая возможность, но генералы в большинстве случаев отказывались оставлять свои войска.

Историк, секретарь Союза журналистов России Рафаэль Гусейнов решил углубиться в истории о генералах ВОВ. В «Российской газете» вышла публикация, которая анализирует истории генерал-лейтенанта РККА Дмитрия Карбышева, командующего 33-й армией Западного фронта генерал-лейтенанта Михаила Ефремова и генерал-лейтенанта Михаила Лукина.

«За четыре года войны на Восточном фронте в плену оказались более 80 советских генералов. 22 из них были убиты нацистами или скончались в лагерях и тюрьмах. Подавляющее большинство (62 человека) остались верны присяге. Немцы расстреливали, как правило, тех, кто неоднократно пытался бежать из плена, либо вел пропагандистскую работу, поддерживая товарищей верой в скорую победу. Из вернувшихся на Родину 7 генералов повешены по делу Власова, 17 были признаны изменниками Родины и казнены. 25 человек после тщательной проверки оправдали, восстановили на службе, но постепенно отправляли в запас»

Масштабы потерь генералитета Красной армии определить так и не удалось. Историки расходятся в оценках числа генералов и адмиралов, которые погибли или умерли во время войны. Но с уверенностью можно говорить, что большая часть советских генералов с честью выдержала тяжелейшие моральные и физические испытания плена, оставшись верными присяге.