Докатилась я до Ольшанского карьера, как в старые-добрые времена. Одна.
В старые-добрые времена
Никого из велосипедистов в старые-добрые времена я не знала.
Точнее знала ребят из тусовки алкорайдеров, но предлагать им своё общество как-то стеснялась. Да и мотивация у нас была разная.
С помощью велосипеда я прощалась с вредными привычками навсегда, а они использовали велосипед в качестве дополнения к вредным привычкам.
Напитки покрепче приятнее употреблять в местах уединённых и с красивыми видами. Вообще в таких местах всё приятнее. Чем старше становишься, тем больше ценишь тишину, которой нет на городских улицах.
Итак, в старые-добрые времена я каталась на велосипеде одна и, как ни странно, чувствовала себя счастливой.
Почему как ни странно?
Потому что к тому, чтобы почувствовать себя счастливой наедине с собой, нужно придти.
Сначала ты не понимаешь, как это существовать в компании самой себя, а потом настороженно смотришь на каждого, кто пытается вторгнуться в твой мир.
Ты знаешь, что в компании самой себя тебе хорошо, и не уверена, что будет также хорошо в компании кого-то другого. Тишину можно поискать и потом, а время вернуть невозможно.
В старые-добрые времена я ездила медленно. Во-первых силёнок было маловато, а во-вторых я не знала, куда ехать. Часто останавливалась, чтобы свериться с картой. Часто заезжала не туда, а потом либо пробиралась вперёд до последнего, либо возвращалась.
Выбирай любую дорогу, но ту, где нет собак
Сейчас картина другая. Мчусь по улице Большой Советской, а сама размышляю, какой дорогой до Ольшанского карьера добраться. Сейчас дорог в запасе несколько. Выбирай любую и можно без карты.
Хотела через Девятый пруд поехать, да передумала. Зимой в лесу за Девятым прудом совсем не лайт.
Помню-помню, как в старые-добрые времена пешком по сугробам в этом лесу шагала. Когда сухо и тепло, несëшься по лесу этому и не замечаешь, как он заканчивается. Пешком – дело другое. Идëшь, идëшь, а лес не заканчивается.
Сугробов нынче нет, но в лес за Девятый пруд всё равно не тянет. Зачем природой наслаждаться, если можно поехать по накатанной дороге и насладиться скоростью?
Поворачиваю у озера Подснежники и еду по прекрасной дороге, смотрю на зимние пейзажи и думаю: как же хорошо, что через лес не поехала. Ещё немного, и я в Красном бору буду, а от Красного бора до Ольшанского карьера рукой подать.
Выезжаю из мест, где степь за степь кругом, в места, где начинается цивилизация. Сначала что-то, похожее на воинскую часть по курсу, а потом – дома, жилые и не очень.
Вот так встреча
На дороге две собаки. Огромные, как телята. Никогда здесь собак не было, а теперь появились и ведут себя как разбойники с большой дороги. Бегут навстречу, рычат злобно, зубы показывают.
Ну, думаю, плохи мои дела. Собак может быть и больше, а, если их больше и не будет, то двух собак для погони без права на ошибку вполне достаточно. Местами скользко. Собаки навстречу бегут. Самая невыгодная позиция.
Нет, думаю, придётся вам, собаки, голодать. Не буду я с вами связываться.
Поехала обратно. Обидно, конечно, но зато жива и даже испугаться толком не успела.
Еду по лесу за Девятым прудом. Еду и думаю: правильно, что в лес этот я ехать не хотела. Сугробов, конечно, нет, но снега хватает. Крутишь на низкой передаче, чувствуешь, как заднее колесо в снег проваливается словно к нему гиря привязана.
Доехала до Гвоздово. Еду по улицам посёлка, слушаю собачий лай. Остановилась, чтобы на карту взглянуть, дабы с поворотом не промахнуться, так собаки ещё громче лаять принялись. И не только собаки. Даже гуси к ним присоединились. Гогочут громче собак, словно пытаются нечистую силу изгнать.
Плюнула на этот оркестр. Поехала. Доехала до развилки. Пытаюсь припомнить, куда дальше крутить, как из открытых ворот собака выскакивает. Чёрная, злющая. Бежит, зубами клацает, орёт на весь посёлок. Всем видом показывает, что шутить не любит. Я направо и повернула. На торчок закатилась на одном дыхании и скатилась вниз тоже на одном дыхании. Внизу велосипед и занесло. Скользко всё-таки. Удержалась кое-как.
Смотрю на горочку, а на горочке собака топчется. Вниз посмотрит и снова топчется. Видать, тоже на одном дыхании на вершину залетела. Теперь вниз надо спуститься, а скользко. Лапы разъезжаются. Потопталась она ещё немного, да в сторону своей хаты посеменила. Не по раскатанной дороге, а по снегу и по кустам.
Еду вперёд. Надеюсь, что с поворотом не прогадала. Не хочется снова с собакой этой встречаться.
Ну всё. Приехала
Так и есть: еду правильно. Узнаю еловый лес впереди, а потом и спуск, с которого открывается вид на Ольшанский карьер, узнаю.
Стою на берегу, смотрю на снежное полотно, которым покрыто озеро. Ну вот. Докатилась до Ольшанского карьера как в старые-добрые времена. Одна.
Вспоминала, вспоминала, да так и не вспомнила, чтобы зимой приезжала сюда с кем-то. Весной, летом осенью приезжала, а зимой – нет.
Подписывайтесь на моё сообщество ВК. Там публикуются свежие фотографиии зарисовки с покатушек: