Люди не особо склонны пересматривать свое отношение к чему-либо, даже когда поняли, что были не правы. Это формирует так называемый «эффект продолженного влияния»: усвоенная нами ложная информация продолжает влиять на принимаемые нами решения даже после того, как ложь изобличена.
Это не ограничивается тем, что какой-либо наш однажды публично оклеветанный современник уже никогда не достигнет былого уровня доверия. Мы до сих пор ощущаем стойкие ароматы «информационных вбросов» прошлого – не только советской пропаганды минувшего столетия, но и безбожных мифов XVIII века.
Например, – что для экспедиции Колумба не выделяли финансов не из-за очевидной ошибки исследователя в оценке длины земной окружности, а из боязни, что его корабли упадут с края плоской земли! И это – при том, что еще древние финикийцы измеряли навигационные расстояния в милях! То есть мореплавателям издревле известны не только форма, но и точный размер Земли (миля равняется длине дуги величиной в одну угловую минуту от окружности меридиана).
Или – кто не слышал о «темных веках», когда церковь препятствовала распространению грамотности? Но известен ли кому хотя бы один народ, письменность для которого создали бы атеисты? Именно христианские миссионеры, испытывая лишения и рискуя жизнью, отправлялись в дальние земли, изучали языки населявших их народов, создавали соответствующую этим языкам письменность и переводили на них Писание! Именно в те самые «темные века» (начиная с XI-го!) Европу покрыла сеть университетов – за полтысячелетия до «вброса» мифа о темных веках «просвещенными» безбожниками!
А «охота на ведьм»? Разве это не дело рук инквизиции? Вовсе нет! Это было массовым безумием, охватившим Европу на фоне смертоносных эпидемий чумы. И инквизиция же, как следственный орган, зачастую была единственной инстанцией, куда обвиняемые в ведовстве могли обратиться за защитой, независимо от своего вероисповедания! Пример тому – признание судом инквизиции невиновной содержавшей трактир знахарки, протестантки Катарины Кеплер, матери Иоганна Кеплера – будущего великого ученого.
Да и вообще за 250 лет существования инквизиции (1550-1800) в Испании, Португалии, Франции и Германии вместе взятых перед судами инквизиции предстало в общей сложности 150 000 человек. Из них признаны виновными и приговорены к смерти были 3000 человек, то есть 2% или 1 человек в месяц (на всю Европу!). Наиболее значительную часть приговоренных занимали служители церкви, уличенные в разврате, гомосексуальных связях, совращении малолетних, а также – в нарушении обетов (за слова нужно было отвечать!) и в оккультных практиках. Среди таковых был, в частности, Джордано Бруно (никакого отношения к науке, вопреки все тому же мифу, не имевший). Причем, каждому из приговоренных перед казнью предлагалась возможность покаяния, и большинство было помиловано.
Для сравнения, на одном только подмосковном полигоне Бутово за полтора года (август 1937 – октябрь 1938) органами сталинского НКВД без суда и следствия было расстреляно 20 760 человек известных поименно (число безымянных жертв неизвестно). Самому младшему было 13 лет, самому старшему – 80. Сорок человек убивали ежедневно в одном только месте! А нам продолжают рассказывать про ужасы инквизиции и коммунистическую гуманность.
Люди верят всему, что слышат. Особенно – тому, что слышат из телевизоров. Да, Писание призывает нас к вере. Но отнюдь не к наивному легковерию! «Всё испытывайте», – наставляет апостол фессалоникийских учеников (1 Фессалоникийцам 5:21). А дееписатель воздает похвалу жителям Верии, которые оказались «людьми более открытыми, чем фессалоникийцы. Они с большим интересом восприняли сказанное Павлом». В чем же выражались эти интерес и открытость? Они «каждый день исследовали Писания, чтобы проверить, соответствует ли услышанное ими истине» (Деяния 17:11 МБО). В этом – пример для нас. Будем критически относиться к услышанному, все испытывая на соответствие истине, вне зависимости, услышали мы это с церковной кафедры, от неизбежно зависимых СМИ, от государственных чиновников или из какого-либо частного поста в интернете.
Сергей Головин