— Ты опять эту рубашку надел? — Марина стояла в дверях спальни, прислонившись к косяку. — В ней ты прямо живое пособие "Как одевались менеджеры среднего звена в 2005-м".
Андрей покосился на своё отражение в зеркале и пожал плечами.
— Зато удобная. И кто там на этих видеозвонках разглядывает, в чём я сижу?
— Господи, ну хоть иногда меняй что-нибудь, — Марина не стала развивать тему и скрылась на кухне, где принялась греметь сковородками громче обычного.
Их двушка на девятом этаже давно превратилась в поле боя — всё тут раздражало: и теснота (попробуй разместить двоих взрослых, пятнадцатилетнюю дочь и кота размером с дога), и скрипящий паркет, и стены, через которые слышно, как сосед чихает, и вечно ломающийся лифт. Но эти бытовые проблемы были только верхушкой айсберга. Настоящая беда пряталась глубже — в их отношениях, которые постепенно истончались и выцветали, как старые обои в прихожей.
Андрей вздохнул, одёрнул свою несчастную рубашку и пошёл на кухню. Кофе и очередной раунд разговора о переезде — классическое начало его рабочего дня.
* * *
— Слушай, я в сотый раз спрашиваю: зачем нам куда-то рыпаться? — Марина резала помидоры для салата с таким остервенением, будто у них было неоплатное кармическое долговое обязательство перед ней. — Работа у тебя и здесь есть, между прочим, неплохая.
— Повторяю для тех, кто в танке, — Андрей отхлебнул кофе, поморщился (опять пережарила). — Меня повышают. Зарплата — в два раза больше. Мы наконец сможем купить квартиру с раздельными комнатами, представляешь? Маша в пятнадцать лет будет спать не за шкафом, а в собственной спальне.
— Так, значит, дело в деньгах? — отрезала Марина. — То есть наша жизнь здесь, Машкина школа, мои родители, мои друзья — всё это по боку? Давай уже начистоту: тебе просто надоели мы, да?
Андрей со стуком поставил кружку.
— Послушай себя со стороны. Ты правда думаешь, что я потащил бы вас за тридевять земель, если бы вы мне надоели? Логичнее было бы вообще смыться одному.
— Ну так давай, скатертью дорога! — Марина швырнула нож в раковину. — Только не надо потом слать грустные сообщения, что соскучился.
В прихожей протопали знакомые шаги — вернулась Маша. Разговор, как обычно, остался незавершённым.
* * *
Вечером, когда Маша ускакала с подружками в кино (единственное состояние, в котором дочь не торчала в наушниках), Марина неожиданно вернулась к утренней теме:
— Что, если там всё развалится? — спросила она, забравшись с ногами на подоконник — любимая поза с тех пор, как они познакомились в художественном училище.
За окном моросил мелкий дождь, размывая огни вечернего города, и в этом смутном, зыбком свете она выглядела такой же, как семнадцать лет назад — только усталости больше в глазах да морщинка между бровей появилась.
— В смысле — развалится? — Андрей оторвался от ноутбука.
— Ну, тебя уволят, или зарплату срежут, или ещё что-нибудь... Мы же никого там не знаем, жильё снимать придётся, на новом месте устраиваться... — Марина болтала ногой, не глядя на мужа.
Андрей захлопнул ноутбук и подошёл к ней.
— Марин, если ты не хочешь ехать — так и скажи. Не выдумывай всякие ужасы.
— Да не в этом дело, — она наконец подняла на него глаза. — Просто... Я знаю, что звучит по-дурацки, но я иногда думаю: а вдруг мы там совсем разойдёмся? Здесь хоть стены родные, люди знакомые... А там — только мы вдвоём, и если сдохнет то немногое, что между нами осталось...
Она не договорила, но и так всё было понятно. Странно было услышать свои собственные тайные мысли из её уст.
* * *
Через пару дней Марина возвращалась с работы — и, как назло, лифт опять не работал. Она медленно брела по лестнице, проклиная подъём на девятый этаж, отвратительную погоду и жизнь в целом, как вдруг услышала голоса сверху.
— А что будет с твоими родителями, если вы уедете? — это была соседка с седьмого, любопытная Нина Петровна, печально известная своим талантом вытягивать информацию из кого угодно.
— В каком смысле? — голос Маши звучал удивлённо.
— Ну, они же и так постоянно ругаются. Боишься, что после переезда совсем разойдутся?
Марина замерла на середине пролёта. Вопрос, заданный в лоб чужим человеком её дочери, был как пощёчина.
— Знаете, — после паузы ответила Маша, — иногда мне кажется, что если мы останемся здесь, то они точно разведутся. Мама всё время дёрганая, папа работает до ночи... А тут хоть какая-то надежда, что что-то изменится.
— И тебе не жалко бросать школу, друзей?
— Жалко, конечно, — в голосе Маши слышалось пожатие плечами. — Но родители важнее. И если есть шанс, что там у нас будет нормальная семья, а не вот это вот...
Голоса стали удаляться — Маша и Нина Петровна поднимались выше. Марина осталась стоять, как громом поражённая. Всё это время они с Андреем думали, что их перепалки — мелочь, бытовуха, которую Маша и не замечает. А оказалось...
* * *
Вечером, когда Андрей вернулся, Марина сидела на кухне перед ноутбуком.
— Ты что-то ищешь? — спросил он, удивившись её сосредоточенному виду.
— Да вот, смотрю, какие там цены на аренду квартир, — буднично ответила она, не отрываясь от экрана.
Андрей застыл в дверях, не веря своим ушам.
— Погоди-ка, ты о чём сейчас?
— О переезде, — Марина наконец оторвалась от компьютера. — Ты же сам три недели об этом талдычишь, нет?
— Но... — он осёкся. — Что-то случилось?
— Просто дошло кое-что, — она потёрла висок. — Знаешь, я тут встретила на лестнице Машку с Петровной. Ну, нашу соседку-шпионку, которая всё про всех...
— Помню-помню, — кивнул Андрей. — И что она на этот раз выведала?
— Не в ней дело, — отмахнулась Марина. — Машка сказала, что если мы останемся тут, то точно разведёмся. Что ей школу не жалко бросать, лишь бы у нас "нормальная семья" была, а не "вот это вот".
Она замолчала. Андрей тоже молчал, переваривая информацию.
— Мы настолько ужасны? — наконец спросил он.
— Видимо, — невесело усмехнулась Марина. — Слушай, я ведь сама не верила, что всё так плохо. Думала, ну поругаемся, ну помиримся... А потом смотрю на Машку — и вижу, что она выросла уже. И всё понимает. И переживает...
Андрей сел за стол напротив неё.
— И что теперь?
— А то, — она закрыла ноутбук, — что надо что-то менять. А если для этого нужно переехать к чёрту на рога — значит, поедем к чёрту на рога.
* * *
Прошло три месяца. Квартира опустела — вещи упакованы, мебель частично распродана, частично ждала погрузки.
— Странное чувство, — сказала Марина, стоя посреди бывшей гостиной. — Вроде столько лет здесь прожили, а сейчас смотрю — и ничего не ёкает. Как будто и не наша квартира была.
— Потому что своя не эта, а та, которую мы сами сделаем, — Андрей стоял у окна, разглядывая знакомый до боли вид.
— Мам! Пап! — донёсся из коридора голос Маши. — Бегите сюда! Я такое нашла!
Они переглянулись и вышли в коридор. Маша, сдирающая остатки обоев, стояла у стены, на которой проступали детские рисунки.
— Ни фига себе! Это что, здесь кто-то жил до нас? — восхищённо спросила она, разглядывая потускневшие каракули.
Марина подошла ближе и вдруг рассмеялась.
— Это же я рисовала! Совсем забыла... Мы здесь жили с родителями, когда я ещё мелкая была. Потом переехали, а квартира бабушке досталась. И когда она умерла, мы сюда вернулись, но тут уже всё было заклеено... Господи, память дырявая.
Она провела рукой по выцветшим человечкам — кривоватые фигурки с палочками вместо рук, улыбающееся колесом солнце...
— Слушай, а помнишь ту трещину в спальне, за шкафом? — вдруг спросила она Андрея. — Видишь, вот она и на рисунке есть. Значит, она ещё с тех пор тянется. Когда мы только въехали, инженер приходил, говорил — дом даёт усадку, но ничего страшного.
— И правда, — Андрей присмотрелся к стене. — Тридцать лет, а дом стоит.
— Получается, мы тут с тобой психовали на ровном месте, — хмыкнула Марина. — Дом-то крепче, чем казалось.
— Стены крепкие, — согласился Андрей. — А вот отношения надо постоянно укреплять.
Маша закатила глаза.
— Только не начинайте опять, а? Давайте уже ехать. Грузчики внизу заждались.
Она убежала проверять свои вещи. Марина и Андрей переглянулись и рассмеялись.
— Она уже нас строит, — сказал Андрей. — Хорошая девка выросла, а?
— Ага, — кивнула Марина. — Умная. В кого только...
— Нос твой, глаза мои, характер у нас один на двоих.
— Боевой, что ли?
— Упёртый, — улыбнулся Андрей и взял Марину за руку. — Пойдём? Нас ждёт грузовик и новая жизнь.
— Без трещин, — подхватила она.
— Без трещин нигде не бывает, — возразил он. — Но зато теперь мы знаем, как не дать им расползтись.
Понравился вам рассказ? Тогда поставьте лайк и подпишитесь на наш канал, чтобы не пропустить новые интересные истории из жизни.
НАШ ЮМОРИСТИЧЕСКИЙ - ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ.