Армия мира Света стояла на границе мира Тьмы, вытянувшись вдоль холмов, как сверкающая река. Тысячи воинов в блестящих доспехах, их шлемы отливали золотом на фоне тёмного неба, были готовы к наступлению. Впереди на белом жеребце, словно сам светлый день, возвышался король Эосар. Его мантия развевалась на ветру, а глаза горели решимостью.
Король поднял руку, сигнализируя начало атаки. Напряжение висело в воздухе, как натянутая струна. Один взмах руки, и тысячи мечей зазвенят в унисон, а земля содрогнётся от топота лошадей.
Но вдруг раздался крик:
— Ваше Величество! На краю леса! — один из наблюдателей указал вдаль.
Король опустил руку, оборачиваясь. Его свита в замешательстве остановилась, но в следующий миг все взгляды обратились к опушке заколдованного леса. Там, где мрак деревьев встречался с тусклым светом дня, появились четыре маленькие фигуры. Они едва двигались, будто тени, вырвавшиеся из самого сердца тьмы.
— Это… — прошептал кто-то из свиты, но король уже узнал. Его сердце замерло, а потом разом забилось сильнее.
— Риан, — выдохнул Эосар и пришпорил коня. Его свита бросилась следом, но король был быстрее всех.
Когда он подскакал ближе, перед ним предстала картина, от которой сжалось сердце. Дрейгор и Эльдриан поддерживали принца Риана и Аэлианну, которые едва могли идти. Одежда принца была изорвана, лицо покрыто грязью, а в глазах застыл пустой взгляд измождённого человека. Аэлианна выглядела не лучше — её волосы свисали мокрыми прядями, а пальцы дрожали от слабости.
Король почувствовал, как мир вокруг него сжался в одну точку – туда, где стоял его сын.
Риан… живой. Едва держащийся на ногах, но живой.
Грудь Эосара сдавило так, будто невидимая рука сомкнулась на его сердце. Его Риан – его единственный сын, наследник, надежда всего королевства – стоял перед ним, но был похож не на принца, а на тень самого себя. Разорванная одежда, бледное лицо, глаза, в которых отражалось нечто страшное, пережитое в мире Тьмы.
Впервые за все эти мучительные дни он позволил себе почувствовать боль, которую так долго прятал под маской короля. Все это время он говорил себе, что не имеет права на слабость, что война важнее личных чувств. Но теперь, глядя на своего сына, он знал: нет ничего важнее этого мгновения.
Король спешился, подбежав к сыну и заключив его в объятия. Он почувствовал, как худые плечи Риана слабо вздрагивают.
— Ты жив… ты… — Эосар задыхался от эмоций, прижимая сына к себе.
Риан с трудом приподнял голову и прошептал:
— Война… вы… начали?
Король покачал головой, улыбаясь через слёзы.
— Нет, мой мальчик. Ты успел.
— Хорошо… — Риан закрыл глаза и обессиленно облокотился на отца.
— Карету! Немедленно карету и лекарей! — громко приказал король, оборачиваясь к свите.
В это время Дрейгор помог Аэлианне присесть на камень. Она выглядела так, словно всё, что держало её в сознании, было чистым упрямством. Дрейгор опустился на одно колено перед ней, внимательно посмотрел в её глаза и произнёс:
— Ты смелая. Ты справилась.
Его голос был мягким, почти шёпотом, но в нём звучала искренняя гордость. Дрейгор осторожно наклонился и нежно коснулся её лба губами. Это было мгновение, полное тихой благодарности и прощания.
Он выпрямился, бросил короткий взгляд на Эльдриана — сдержанный, исполненный уважения. Затем, прежде чем кто-то успел его остановить, Дрейгор развернулся и шагнул обратно в лес. Его фигура быстро растворилась в тени деревьев.
Эльдриан молча смотрел ему вслед, пока его плечо не коснулась рука сестры. Она слабо улыбнулась, и это вернуло его к реальности. Он обнял её, поклявшись про себя, что теперь защитит её любой ценой.
Король в это время подхватил Риана, усаживая его в карету, которая уже подъехала. В этот момент армия мира Света, ещё минуту назад готовая к нападению, медленно опустила оружие. Вместо битвы, они стали свидетелями триумфа жизни и надежды.
Эпилог
Время шло, раны заживали, а воспоминания о путешествии в мрачный мир Тьмы всё ещё оставались свежими в сердцах тех, кто пережил это приключение. Аэлианна и Риан медленно восстанавливали силы, под заботливым присмотром друзей и магов Академии Света. Казалось, что сама природа, освещённая золотыми лучами весны, стремилась помочь им.
Лира была в восторге от рассказов о мире Тьмы. Она каждый день засыпала её вопросами:
— Расскажи ещё раз про заколдованный лес! А как Дрейгор? Это правда, что он спас тебя? — глаза Лиры горели неподдельным интересом.
Аэлианна мягко улыбалась:
— Лира, ты уже слышала эту историю раз десять. Оставь немного загадок. — Но её улыбка всегда смягчала отказ, и Лира лишь кивала, ожидая очередного подходящего момента для новых расспросов.
Эльдриан же не отходил от сестры. Каждый день он проводил рядом с ней, проверяя, чтобы она вовремя ела, отдыхала и не перенапрягалась. Аэлианна сначала протестовала, но затем просто сдалась и наслаждалась его заботой.
Тем временем король Эосар, хоть и хотел забрать сына обратно в замок, не мог не признать, что Риан изменился. Принц настоял на том, что хочет остаться в Академии, завершить обучение и доказать, что может идти своим путём.
Наконец наступил весенний бал. Главный зал Академии сиял в свете множества магических огней. Прекрасные студенты и студентки в изысканных нарядах заполнили зал, но в центре внимания была пара: Аэлианна, одетая в светло-голубое платье, и Риан, чьи глаза искрились теплотой, когда он увидел её.
Он подошёл к ней, слегка поклонился и протянул руку:
— Потанцуешь со мной?
Аэлианна чуть смущённо улыбнулась:
— Конечно.
Когда они вышли на середину зала, музыка зазвучала нежно и плавно. Риан положил одну руку на её талию, другой обхватил её ладонь. Аэлианна почувствовала, как тёплая волна пробежала по её коже от этого прикосновения.
— Знаешь, — вдруг произнёс Риан, глядя ей в глаза, — я помню, как ты согласилась станцевать со мной все танцы на этом балу.
Аэлианна рассмеялась, глядя на него с неподдельной радостью:
— Ты не можешь этого помнить. Ты был без сознания!
Он слегка наклонился ближе, его голос стал тише, почти шёпотом:
— Но я был уверен, что ты скажешь "Да".
Она покраснела, но не отвела взгляда. Их движения стали мягче, словно музыка окружала их отдельным миром, где существовали только они двое. Её руки ощущали тепло его прикосновений, его взгляд был полон обещаний и надежд.
Зал, полный гостей, казался бесконечно далёким. Лишь музыка и их сердца, бьющиеся в унисон, заполнили всё пространство. Когда мелодия закончилась, Риан тихо сказал:
— Теперь, кажется, я точно уверен в твоём ответе.
Аэлианна улыбнулась и, не говоря ни слова, крепче сжала его руку.