О чем говорил Сергей Лавров в Катаре

Министр иностранных дел России Сергей Лавров провел 26 февраля в столице Катара Дохе переговоры с эмиром страны Тамимом бен Хамадом Аль Тани, а затем с главой правительства и по совместительству министром иностранных дел Мухаммедом бен Абдель Рахманом Аль Тани. До этого российский министр посетил Турцию и Иран. В последний раз Лавров был в Катаре 5 декабря 2024 г., где он провел переговоры с коллегами из Турции и Ирана, чтобы обсудить ситуацию в Сирии.

На встрече с российским министром эмир Тамим бен Хамад передал приветствие президенту РФ Владимиру Путину и пообещал посетить Россию 17 апреля. Позже на пресс-конференции по итогам переговоров Лавров объявил, что Российский фонд прямых инвестиций в ближайшее время начнет готовить совместные проекты в энергетической отрасли с катарским инвестиционным агентством на сумму более $1 млрд. Российский министр напомнил, что катарцы являются одними из крупнейших акционеров в «Роснефти», а Доха – штаб-квартира Форума стран – экспортеров газа.

Но одной из основных тем обсуждения стала ситуация на Ближнем Востоке, в частности в секторе Газа, Сирии и Ливане. Российский министр отметил, что Москва заинтересована в стабилизации ситуации в Сирии, чтобы происходящие там процессы не вышли из-под контроля и не привели к междоусобицам. Лавров также предупредил, что подогреваемые при предыдущей администрации США сепаратистские настроения в Сирии могли привести к большой региональной войне. Поэтому, по его словам, Дамаск не хочет превращать свою территорию в арену, на которой решались бы геополитические проблемы внешних игроков.

По теме арабо-израильского конфликта Лавров заявил, что Москва и Доха обеспокоены действиями Израиля в секторе Газа и на юге Ливана, которые противоречат резолюциям Совбеза ООН и мирным соглашениям между Израилем с одной стороны и «Хамас» и «Хезболлой» с другой. А предложение президента США Дональда Трампа о расселении палестинцев из сектора Газа по сопредельным странам лишь «заложит бомбу замедленного действия», уверен министр.

Отвечая на вопрос прессы, Лавров также затронул украинский кризис. По его словам, заморозка конфликта на Украине по линии боевого соприкосновения невозможна из-за положений российской Конституции. Кроме того, Лавров объявил о проведении следующего раунда российско-американских переговоров в Стамбуле 27 февраля. Там дипломаты обсудят проблемы работы посольств. В предыдущий раз делегации из России и США впервые за три года провели диалог в Эр-Рияде 18 февраля.

Катар выступает одним из ключевых посредников между Израилем и «Хамас». Доха также с начала гражданской войны в 2011 г. поддерживала оппозицию в Сирии, которая в начале декабря 2024 г. захватила власть в стране. Кроме того, арабская монархия оказывает посреднические услуги в рамках содействия воссоединению российских и украинских детей со своими семьями.

Страны Ближнего Востока серьезно повысили свой глобальный вес в международных делах после российско-американских переговоров в Саудовской Аравии, а Москва признает их как новый фактор в международной политике, заметил востоковед Кирилл Семенов. «Страны Ближнего Востока теперь участники европейских дел. Арабские монархии внесли свой вклад в решение некоторых проблем украинского кризиса. В частности, Катар – важный партнер России, он успешно выстраивает отношения с теми исламистскими организациями, с которыми у других контакты не наладились», – добавил эксперт.

Развитие сотрудничества Катара с Россией укладывается в логику диверсификации отношений арабской монархии с внерегиональными игроками, говорит программный менеджер РСМД Иван Бочаров. Такая политика, отмечает эксперт, направлена на обеспечение сбалансированных внешнеэкономических связей с внерегиональными партнерами – помимо США и Евросоюза ими также являются Россия, Китай, Индия, Япония и Южная Корея. Инвестиционное взаимодействие и технологическое сотрудничество – другой фактор развития двусторонних отношений, продолжает востоковед.

Москва, скорее всего, заинтересована в посреднических услугах Катара в вопросе российских баз в Сирии, полагает научный сотрудник лаборатории Центра ближневосточных исследований ИМЭМО РАН Станислав Лазовский. По его словам, новые власти в Дамаске пока не сформулировали однозначную позицию относительно этих объектов.