Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Неадекватные врачи и СПИД

За многолетний опыт консультирования, я часто сталкивался с различными историями людей с ВИЧ, разными типажами, проблемами и жалобами, которые мне приходилось решать. Чаще всего это был успешный портфель, но иногда случались и негативные сценарии, когда уже было слишком поздно или люди отказывался что-то делать, и в результате гибли. Сложно осознавать, что за плечами есть небольшое кладбище жизней, которые были мне не безразличны. Каждый раз все по-новому, и каждый раз я верю, что у меня все получится, и мне не придется снова стучать об стенку кулаками от бессилия и злобы за коварную судьбу решившую сделать все по своему. Были в моей практике: геи из Дагестана, сексуальные работницы, трансгендеры, девушки и парни с Рублевки, военные, гражданские пилоты, дальнобойщики, домохозяйки, медсестры, учителя, артисты, музыканты, писатели, строители из Таджикистана, официанты из Киргизии, визажисты и мастера маникюра, врачи из провинции, лица из правительства (с личными водителями, охраной и

За многолетний опыт консультирования, я часто сталкивался с различными историями людей с ВИЧ, разными типажами, проблемами и жалобами, которые мне приходилось решать. Чаще всего это был успешный портфель, но иногда случались и негативные сценарии, когда уже было слишком поздно или люди отказывался что-то делать, и в результате гибли. Сложно осознавать, что за плечами есть небольшое кладбище жизней, которые были мне не безразличны. Каждый раз все по-новому, и каждый раз я верю, что у меня все получится, и мне не придется снова стучать об стенку кулаками от бессилия и злобы за коварную судьбу решившую сделать все по своему. Были в моей практике: геи из Дагестана, сексуальные работницы, трансгендеры, девушки и парни с Рублевки, военные, гражданские пилоты, дальнобойщики, домохозяйки, медсестры, учителя, артисты, музыканты, писатели, строители из Таджикистана, официанты из Киргизии, визажисты и мастера маникюра, врачи из провинции, лица из правительства (с личными водителями, охраной и Майбахом), спортсмены, альпинисты, аквалангисты. Всех их объединяла общая проблема — ВИЧ. Да, да друзья! Вы наверное сейчас в легком шоке? Вы по прежнему думаете, что ВИЧ бывает только у маргиналов? 

На днях мне позвонила девушка. Она была в стрессе, плакала, и сообщила мне, что перед подготовкой на операцию у неё обнаружили ВИЧ. Все бы ничего, но ВИЧ обнаружили и у мужа, который является гражданином Беларуси. И это бы ничего… но, девушка проживает в регионе в котором напрочь отсутствует понимание, этика и уважение к личности среди мед.персонала инфекционной больницы. Врач-инфекционист, запугала семейную пару, довела до истерики и суицидальных мыслей. Она, в грубой форме, сообщила, что муж, как гражданин другой страны, будет депортирован на родину, и что он несёт опасность для российского общества. 

Девушка обратилась ко мне за поддержкой и советом. Я был в шоке от таких врачей и их фашистких подходах, и сразу же связался со своими юристами. Юристы выслушали проблему, и сказали, что таких врачей нужно слать на х@й. Гражданин Беларуси имеет право на оказание медицинской помощи наравне с россиянами. Депортировать его никто не имеет права, так как он состоит в браке с гражданкой РФ. Далее юристы связались с ребятами и решили корень проблемы. 

Ну, а у меня была такая мрачная история:

Сгустки крови в мокроте ясно свидетельствовали о том, что у меня появились новые, уже конкретные, проблемы. Кашель становился все отчетливей, и к нему дополнением появились хрипы в груди и тягучая отдышка. Опять температура: прыгала, как на прыгалках, то верх, то вниз. Мне нужно было работать, заниматься решением ремонта новой квартиры, платить ипотеку, отдавать кредиты, жить, любить, заниматься насущными делами. Но, какой во вне был толк, когда внутри меня творилось странное преобразование. Я позвонил Алексею Викторовичу, и сообщил о проблеме, умолчав о кровавых ошметках: мне было страшно услышать очередной приговор. Алексей Викторович, рекомендовал повысить дозу Бисептола, заподозрив развитие пневмоцистной пневмонии. Симптоматика была очень похожа: хрипы, тяжесть в дыхании, кашель и температура. 

Что делать? Я продолжал трудиться, благо моя работа не требовала тяжелого труда. Ровно в 11 утра срабатывал будильник, и мои коллеги хором выкрикивали напоминание:

— Дэнчик, таблетки! 

Я перемещался в столовую, наливал кофе, доставал бутерброды и, в компании друзей, закидывался жратвой, а следом забугорную Презиста.

Кстати, спасибо иностранной фарме, что они выпускают качественные и эффективные АРВТ препараты. Одни только названия этих таблеток всегда вызывали у меня легкий экстаз:  Стрибилд, Одефси, Генвойя, Тивикай, Исентресс, Кивекса, Дескови, Трувада, Биктарви, Трайомек, Эдюрант, Эвеплера. Согласитесь звучит убойно, красиво, надежно… Очень жаль, что большинство этих препаратов недоступны нашим ВИЧ-положительным ребятам, хотя, кое что можно и получить. 

Увидев в одной из аптек заманчивый препарат Кивекса, я быстро разобрался в его составе: Абакавир и  Ламивудин в одной таблетке.

— Ха! — воскликнул я, — да, это же то, что входит в мою схему. А почему бы мне не заменить две таблетки на одну, и принимать меньшее количество лекарств? Впервые приняв зарубежный препарат, я сразу оценил его высокое качество: меня перестало потряхивать, прекратила кружится голова и стучать бешено сердце. Эти побочки частые спутники приема абакавира. — Выходит, просто нужно принимать качественный лечение и побочки исчезнут сами собой. Однако… 

Все эти выводы, я формировал в процессе некого взросления, адаптации, проб и ошибок. 

Но, нужно было что-то решать с кашлем и кровью. Вера Николаевна была на конференции, и спрашивать на эту тему было не у кого. Поэтому, чтобы не терять времени, я поперся в платную клинику, искренне надеясь, что платно мне точно помогут. Покопавшись в инете, я нашел дорогущего пульмонолога, записался, сел в Хонду и поехал на встречу с судьбой. Это была воистину кармическая встреча…

Постучавшись к врачу я робко прокрался в кабинет, и добродушно улыбнулся женщине в белом халате. Она была приветлива, и полностью отрабатывала ту крупную сумму, которую я должен был оплатить за помощь. Но, все её приветливое настроение быстро исчезло, после того, как я сообщил, что у меня — СПИД! 

Человека как будто подменили: она стала нервничать, повысила голос, стала проявлять признаки приобретенной паранойи. Сложнее всего ей было делать мне спирометрию: я дул в трубку, мои глаза были навыкате, в легких хрипело и булькало, а на краях прибора выступала пена с кровавой примесью.

— Боже мой! Да, ты весь прибор испоганил! Господи! Что мне с ним теперь делать? — причитала она. 

Мне её было жаль… не каждый же день перед тобой сидит «СПИДозный маргинал» и плюется на любимый и дорогой прибор кровью. 

Напоследок она ловко отомстила:

— Ты понимаешь? Твои врачи лечат тебя от одного, а ты умрешь от другого! Ты умрешь от другого! Умрешь от другого!

Установка неадекватного врача, отложилась в моей памяти навсегда. И может быть даже сыграла свою роль в развитии моей болезни. Сидя в машине, я вытирал кровь со своих губ, и пытался забыть слова испуганной бабы врача… 

Подробно об этом и других случаях, читайте в моей книге «СПИД Дорога туда и обратно»