Изучая раздел богопознания, невозможно не затронуть проблему взаимодействия веры и разума, которые, как правило, коррелируются в области основного богословия. Различия в традициях и богословской мысли на Западе и на Востоке начали проявляться ещё за долго раскола 1054 г. Таким образом, за много столетий сложились две богословские парадигмы — Восточной Православной и Западной Римско-Католической Церкви. Триадологические, мариологические и экклезиологические споры особенно подчёркивают контраст двух парадигм. Стоит отметить, что поначалу создаётся видимое противопоставление мистического и схоластического богословия в вопросе богопознания. Это противопоставление в основном встречается в виде критики схоластики православными богословами, а именно, что схоластика полностью подчинила веру разуму и, используя чисто рационалистический способ мышления, разрешает все тайны веры посредством разума[1] . Мистическое же богословие представляется как познание истин веры через внутреннее созерцание и некое духовное стремление сердца к Богу[2] . В виду этого кажется, что православное учение в вопросе богопознания оказывает предпочтение более вере, чем разуму, а католическое, наоборот, отдаёт первенство разуму по сравнению с верой. Чтобы понять, так ли это, можно обратиться к книге Эйдена Николса «Контуры католического богословия»[3] , в которой объясняется учение о «fides quae» и «fides qua», а потом рассмотреть это учение в свете православного богословия на примере трудов прот. Николая Малиновского.
Вера как элемент разума и познания
Перед началом обзора учения о «fides quae» и «fides qua» необходимо сделать несколько замечаний относительно участия веры в процессе познания. Под познанием я понимаю форму активности субъекта, направленную на объект, т. е. на внешний мир, с целью получения информации. Вследствие этого, окружающий мир можно познать при наличии веры, которая есть неотъемлемая часть познания. «Без веры в то, что возможно охватить реальность нашими теоретическими построениями, без веры во внутреннюю гармонию нашего мира не могло бы быть никакой науки»[4] . Иммануил Кант говорил о познании окружающего нас мира, что «рассудок не черпает свои законы из природы, а предписывает их ей»[5] . Философ размышлял о вере как о единственно возможном способе априорного познания идей для объективной реальности. Даже знание включает в себя веру, которая является предпосылкой и условием действия разума[6] , например, гипотетическое знание, апеллирующее к «принятию на веру»[7] . Из вышесказанного следует, что вера есть неотделимый элемент как самого разума, так и процесса познания.
Вера и разум согласно католическому богословию: «fides quae» и «fides qua»
Говоря о предрасположенности к богословию, Э. Николс приводит средневековое разграничение понятий веры — «fides quae» и «fides qua»[8] — которые необходимы при изучении богословия. Fides quae — это непосредственно сама вера Церкви и содержание веры, которое член Церкви рассматривает как объективно сформулированную истину. Fides qua — это вера как таковая, обращающая к Богу Святым Духом через личное принятие веры Церкви. В результате, fides quae есть границы для fides qua, т. е. церковные положения (объективная вера) a priori задают рамки личной вере (субъективной). Иными словами, «просто» вера (fides qua) приобретает форму благодаря богословским знаниям Церкви (fides quae). Далее Э. Николс приводит понятие fides quaerens intellectum — «вера в поисках понимания самой себя» (слова св. Ансельма Кентерберийского)[9] . Так, богословие должно представляться как вера, которая радикально размышляет над самой собой. Богословие есть самоосознание веры. Вера и разум встречаются в человеке. Вера требует момента понимания, т. е. разума. Вера — это сознательный акт, который требует от верующего сознания его избрания и утверждения. Но при этом вера не может быть насилием над разумом, она может помочь разуму самому осознать свои пределы и раскрыться для новых горизонтов. Разум сам ставит себе пределы перед лицом конечного смысла существования, который неизбежно поставляет его перед тайной — Богом. Верующий может соблюсти свою верность вере лишь «внутри» радикального вопроса «почему я верю» и «во что я верю».
Вера и разум в свете православного богословия
Прот. Николай Малиновский дал определение религиозной вере[10], которая свойственна человеку как сверхчувственная. Эта вера также рассудочная, принимающая известные истины Церкви и основывающаяся на удостоверении в авторитетах и Откровении. Под авторитетами имеется в виду fides historica, т. е. вера, проходящая через традицию Церкви. Автор, обратившись к посланиям ап. Павла, назвал рассудочную веру «верой от слуха» (Рим 10:17), которая есть только начальная и несовершенная вера на пути к «вере от сердца» (Рим 10:10). Эта же вера есть убеждённость в невидимом, открывающая познание истины. Между «верой слуха» и «верой сердца» можно проследить явную параллель с fides quae и fides qua. Прот. Николай Малиновский писал о разуме, который через церковное понимание богооткровенных истин переходит в послушание вере, что способствует наилучшему восприятию истины. «Углубляясь в смысл богооткровенного учения, он (разум) может раскрывать неисчерпаемое богатство его содержания, взаимную связь догматических понятий и необыкновенную последовательность всей системы православно-христианского учения о Боге, уяснять внутреннюю сущность догматов, как она понимается и преподается на основании св. Писания церковью»[11].
Верующий разум как метод богословия
Таким образом, очевидно, что ни вера, ни разум не могут господствовать друг над другом. Богословие требует соработничества веры и разума. Верующий разум — это метод и основание для работы богослова. Вера — это не просто предпосылка, но и состояние духа. Без этого состояния человек, изучающий Откровение, никогда не усвоит заложенный смысл. Как вера необходима в богословии, так необходим и разум. Богословие не могло бы искать радикального понимания веры и конечного смысла христианского существования, если бы человек не был радикально способен исследовать конечный смысл своего существования, т. е. заниматься философией. Если спасение есть цель жизни, то оно достигается познанием и поиском Бога. Отсюда следует, что богословие — процесс богопознания, невозможный без верующего разума. Эти мысли чётко прослеживаются в католическом и православном богословии, несмотря на кажущуюся разницу их подхода в отношении веры и разума
Ссылки и примечания:
- Французский богослов Жан-Клод Ларше, критикуя католическое и протестантское богословие, говорит, что теология не может быть результатом работы ни рассудка, ни разума. См.: Ларше Ж.-К. Что такое богословие? Методология православного богословия в его практике и преподавании. М., 2021. С. 17.
- Прот. Василий Рождественский утверждал, что схоластика и мистика парализовали серьёзные богословские исследования (Рождественский В. Г., прот. Лекции основного богословия. М., 1883. С. 9–11).
- Эйден Николс — известный католический богослов нашего времени. Его книга «Контуры католического богословия» после публикации в 1991 г. стала активно использоваться в католических семинариях как учебное пособие для первых курсов (см. Мяшкин В. А. Рецензия на книгу Николса Э. «Контуры католического богословия» // Вестник ПСГУ. Серия 1: Богословие. Философия. Религиоведение. 2010. № 2 С. 118).
- Эйнштейн А. Сборник научных трудов. М., 1976. Т. 4. С. 154
- Кант И. Сочинения: в 6 т. М., 1965. Т. 4. С. 140.
- Шардин В. Р. Вера как таковая и религиозная вера: аспекты рассмотрения // Вестник науки и образования. 2015. № 4. С. 151–154.
- Козырева Т. В. Роль веры в научном познании // Вестник угроведения. 2014. № 4. С. 91.
- Николс Э. Контуры католического богословия. Введение в его источники, принципы и историю. М., 2009. С. 7. Изначально термины берут своё начало у блж. Августина «De Trinitate 13» (о Троице), который пишет: «aliud sunt ea quae creduntur, aliud fides qua creduntur» (одно — это то, во что верят, а другое — вера, посредством которой верят). См.: Augustinus Hipponensis. XIII, 5, PL 42, 1016.
- Николс Э. Контуры католического богословия. С. 10.
- Малиновский Н. П., прот. Православное догматическое богословие: в 4 т. СПб, 2006. Т. 4. С. 62.
- Там же. С. 59.