Настя — выпускница Школы приёмных родителей Института развития семейного устройства. Настя рассказывает свою историю. Историю борьбы. Историю любви. Историю своего непростого счастья
Настя вышла замуж рано, мечтая о семье с детьми. Но с ребенком ничего не получалось. За восемь лет — 7 протоколов ЭКО, лечение и операции, попытки обратиться к нетрадиционной медицине. Последний протокол дался Насте особенно тяжело, и она поняла: с нее хватит. “Я хорошо помню тот вечер, когда приняла решение пойти по другому пути, — вспоминает Настя. — Я сижу на кухне, чувствую легкое волнение, решимость и уверенность. Открываю ноутбук и в строке поиска печатаю: “Форум приемных родителей”…
Нет. Нет. Нет… Да!
Настя с мужем занялись подготовкой документов и пошли в Школу приемных родителей ИРСУ.
Нашу ШПР я бы советовала пройти всем — даже парам, которые готовятся стать кровными родителями. Там обсуждаются по-настоящему важные вещи: как устроена психика ребенка? Почему он ведет себя именно так? Какие реакции могут быть у родителей? На одном из занятий мы разделились на группы и примеряли на себя разные роли: сотрудника опеки, ребенка, приемного родителя. Это помогает взглянуть на процесс усыновления с другой стороны.
Поиск ребенка занял девять месяцев. Настя вспоминает, как трудно ей дались первые звонки региональным операторам. Она долго готовилась к ним, прокручивая в голове возможные вопросы и ответы. На практике все разговоры занимали пятнадцать секунд: “Нет, на этого ребенка уже выдано направление. Нет, у ребенка открытый статус”. Нет. Нет. Нет.
Шоком стала встреча с опекой по месту жительства. “Сотрудница опеки общалась с нами откровенно грубо. “Для чего вам ребенок, поиграться решили? Идите сами рожайте, зачем вам это надо!” – вспоминает Настя. – Самое удивительное, что позже эта сотрудница очень помогла с документами, искренне за нас переживала, поддерживала — в общем, оказалась чудесным человеком. Может, это была проверка? А может, на такой сложной работе по-другому не получается: сотрудники опеки всякого насмотрелись”.
Однажды Настя узнала, что семью ищет девочка Зарина: год и восемь, пятая группа здоровья.
Настя с мужем посовещались и решили: нужно ехать знакомиться.
Две испуганные девочки
Свой первый визит в детский дом Настя запомнила навсегда. Сразу при входе в нос ударил резкий специфический запах. Затем Настю с мужем попросили тщательно вымыть руки, выдали бахилы, шапочки, халаты и отвели в кабинет главного врача. Там коротко рассказали об истории ребенка и зачитали внушительный список диагнозов.
Врач несколько раз упомянул о том, что ребенок кричит. Но Настю это не насторожило: все дети кричат, разве нет?
Наконец, Настю с мужем проводили в комнату для знакомства. Там собрались другие люди: представитель опеки, главврач, воспитатель. Нянечка привела Зарину: крошечную девочку с огромными глазами в зеленом платье.
Нам говорят: “Можете поиграть”. Я подошла, села рядом. Две испуганные девочки, на которых устремлены оценивающие взгляды присутствующих… Я тут же забыла все, что знала про детей. Ужасно боялась ошибиться, не понравиться. Не помню, чем мы занимались. Все прошло как-то скомкано. Через десять минут Зарину увели. Мы подписали предварительное согласие. Вышли с мужем на улицу и долго молчали. Диагнозы пугали, но девочка нам обоим понравилась.
Через три недели Зарина приехала домой.
Она кричит
Настя вспоминает, что в первые дни сложности возникали в быту даже при выстраивании распорядка дня: “Проснулись, позавтракали, поиграли, погуляли, снова поиграли — а еще только полдень. Чем заняться дальше? К эмоциональной адаптации нас готовили, а таких простых вещей никто не рассказывал”. В первые дни дома Насте помогала ее мама: показывала, как играть с ребенком, как его кормить, как удобнее сажать в коляску.
Потом мама уехала. А Зарина начала кричать.
“Дочка кричала все время, пока находилась дома. Это было ужасно, я с ума сходила. Мы гуляли по шесть часов в любую погоду, дома только спали и ели — я была готова на что угодно, только бы не слышать этого крика”, — рассказывает Настя. Зарина кричала даже во сне, но добудиться ее было сложно: приходилось водить в душ, отпаивать водой. И так — по многу раз за ночь.
Немного спасала работа: Настя с мужем работали по очереди, два дня через два — и в офис Настя шла, как на праздник. Но домашняя жизнь превратилась в пытку. “Я не могла никому пожаловаться. Выходила на улицу и рыдала”, — вспоминает Настя.
Через полгода Настя поняла: она не справляется, — и пришла за помощью к психологу из ИРСУ. “На первом сеансе специалист задал стандартный вопрос: “Как дела, Настя?” Оставшиеся полтора часа я проплакала, — рассказывает Настя. — На следующем занятии я призналась, что считаю себя ужасной матерью. Тогда психолог попросил составить список базовых вещей, которые я делаю для ребенка: кормлю, мою, читаю, играю, гуляю, — и сказал, что этого уже достаточно, чтобы быть хорошей мамой. Дома я перечитывала и дополняла этот список. Это помогло. До сих пор в моменты кризиса я мысленно составляю такие списки”.
Еще психологи ИРСУ помогли понять, как быть с криками Зарины.
“Я стала мягче реагировать, старалась проговаривать ее чувства: сейчас ты голодная, а сейчас тебе страшно. У меня не было внутренней веры, что Зарина меня понимает, но я продолжала с ней постоянно говорить”, — вспоминает Настя. Стало легче.
Параллельно полным ходом шла реабилитация Зарины. Настя неделями лежала с дочкой в больницах. Многие проблемы со здоровьем удалось устранить, а некоторые диагнозы отпали сами собой.
Я скептик, всегда считала фразу “вылечить любовью” бредовой. Но иногда это действительно работает.
У вас мальчик!
Про то, чтобы усыновить второго ребенка, Настя с мужем не думали. Но через полтора года после того, как в семье появилась Зарина, Насте позвонили из Смоленска: есть подходящий мальчик трех месяцев, вторая группа здоровья. Та самая женщина из опеки помогла быстро собрать нужные документы. И Настя с мужем поехали в Смоленск — знакомиться.
На этот раз все было совсем по-другому. Приветливая опека – сотрудники даже вышли на работу в свой выходной. Никаких халатов или бахил надеть не просили: просто проводили в палату, вынесли ребенка. И оставили одних. “Дима был как камень: абсолютно неподвижный, сжатые кулачки… Мы пробыли вместе минут десять, но решения принять не смогли”, — рассказывает Настя.
Они с мужем стали регулярно навещать Диму. “Мне все казалось подозрительным: почему в детском доме так тихо, хотя здесь живут 80 малышей? Почему нас отпускают гулять с коляской одних вне территории? Почему Дима такой вялый? Почему замирает, когда я беру его на руки?” — делится Настя. Специалисты, с которыми Настя советовалась, говорили: для малыша, не знавшего мамы, это нормальная реакция. В детском доме показывали результаты диспансеризации: ребенок практически здоров. “Муж сказал: надо забирать”, — говорит Настя. Через месяц Дима приехал домой, где его с нетерпением ждала старшая сестра.
Восьмое чудо света
Почти сразу Настя с Димой отправились на стандартный осмотр в поликлинику. Всех врачей прошли “на ура”, а вот в кабинете невролога начались неприятные сюрпризы. Как из ящика Пандоры, посыпались все новые и новые вероятные диагнозы. Вторая группа здоровья превратилась в пятую.
Прогнозы были самые страшные. Все вечера проходили за штудированием информации по каждому новому диагнозу. Все это время я находилась в глубоком ступоре.
Впадать в депрессию, вспоминает Настя, времени не было: нужно было бесконечно ходить по врачам с Димой, да еще и заниматься с Зариной. Зарина, конечно, ревновала родителей к младшему брату, но тут очень помог муж Насти: он проводил с дочкой много времени, поэтому недостатка внимания Зарина не испытывала.
Однажды Насте попалась в руки книга “Затаенная боль”: в ней французский психоаналитик рассказывает о своем опыте работы с совсем маленькими детьми. “Странная идея — беседовать с полугодовалым малышом, — рассказывает Настя. — Но я говорила Диме, что не брошу его, что он может мне доверять, но мне нужна его помощь. Не знаю, что в итоге сработало. Но вскоре часть диагнозов была снята, он начал ходить, а через некоторое время и заговорил — вопреки всем прогнозам Для меня это было как восьмое чудо света!»
Проблем с поведением тоже хватало. Бывало всякое – но Настя училась лучше понимать Диму и спокойнее относиться к косым взглядам и осуждению окружающих. А еще — отпускать ситуацию: иногда, если ты ничего не можешь сделать прямо сейчас, нужно просто запастись терпением.
Я стала другой
Сейчас Диме шесть с половиной лет, Зарине — девять. Сложностей хватает, но хорошего — гораздо больше, говорит Настя.
Дима — невероятно теплый и любящий ребенок. Он делает мне комплименты, а если утром я сплю — прикрывает дверь, чтобы не мешать. Помогает по дому. Обожает нашу кошку. А еще у него самый заразительный в мире смех!
Дима ходит на подготовку к школе, любит кататься на велосипеде и скейтборде. Правда, по развитию пока отстает от сверстников, но Настя верит: все впереди!
Зарина любит петь, и Дима — ее самый преданный слушатель. Играет на фортепиано, и с занятий всегда приносит две конфеты: себе и брату. Зарина обожает собак. Мечтает стать ветеринаром, когда вырастет, а пока умоляет Настю завести собаку — обещает гулять с ней самостоятельно. Много читает: перечитала уже всю домашнюю библиотеку. Как и любой современный ребенок, любит играть в гаджеты, болтает по видеозвонкам с подружками.
С Зариной у нас непростые отношения. Как и в любой семье, бывают срывы и приходится начинать все сначала. Но мы с дочкой прошли огромный путь. Думаю, про навыки управления эмоциями Зарина может рассказать больше, чем среднестатистический взрослый.
Жизнь Насти с появлением детей стала совсем другой. “Правду говорят: дети — лучшие мотиваторы. У меня кардинально изменились жизненные и духовные ориентиры. Я научилась быть сильной, смелой и решительной там, где это необходимо. Научилась просить о помощи и позволять себе быть слабой. Научилась отстаивать границы. Учусь принятию и терпению, учусь не сравнивать свой опыт с опытом других. Научилась слушать себя и понимать, чего хочу. Начала водить машину. Купила квартиру, хотя раньше это казалось нереальным. Развелась с мужем: это никак не связано с приемным родительством, просто наши отношения подошли к концу. Он остается для детей прекрасным любящим папой, они часто видятся”, — рассказывает Настя.
А еще Настя получила второе образование и стала нейропсихологом. Говорит, что всегда об этом мечтала, но не верила в свои силы. А во время многочисленных походов по специалистам поняла: ей это по плечу. Сейчас понемногу набирает практику, занимаясь нейрокоррекцией с особенными детьми.
У Насти есть несколько советов для будущих приемных родителей:
- Во время адаптации постарайтесь представить себя на месте ребенка: как бы вы себя чувствовали, если бы вас внезапно разлучили со всем, что вас окружало, и перевезли в незнакомую страну? Примерно так себя чувствует и ребенок из детского дома. Мы думаем, что он только обретает, но ведь он и теряет: знакомую обстановку, игрушки, окружение — в общем, целый мир!
- Не стесняйтесь просить помощи — сразу, не дожидаясь выгорания.
- Говорите обо всем, что вас беспокоит — с близкими, друзьями, психологом.
- Не бойтесь быть неидеальным.
- Верьте в себя и в ребенка и не опускайте руки!
Автор: Надежда Фетисова
Хотите узнать больше по теме приёмного родительства? Заходите на сайт Института развития семейного устройства — сообщества приёмных родителей и помогающих им психологов