Как мы пишем вдвоем? Да так и пишем, как Ильф и Петров. Марк бегает по редакциям, а я стерегу рукопись, чтобы не украли конкуренты.
(Шутка. Или цитата.)
Мы социофобушки, поэтому оба дома сидим.
Марк творит, а я работаю. Вот такой у нас разный подход.
Как работают совместно два совершенно разных автора литературной платформы "Литнет"? Как они вообще стали работать вместе?
А так получилось.
Разработка или реализация?
✅️ Даниэль Брэйн:
Реализация. Ощутимое нечто, что можно оценивать не только с точки зрения «хорошо получилось», но и «отлично пошло». Или плохо, и тогда уже несущественно, где был косяк, в разработке или в реализации.
Разработка — это идея, поиск, конструирование, это та самая «творческая» часть, пазл, приключение. Но это только начало, не зря говорят, что можно скверно реализовать даже самую потрясающую идею. На этом этапе все может закончиться — как заканчивается вечный двигатель, потому что физика беспощадна.
✅️ Марк Качим:
В случае детектива — реализация важнее, да. Я вообще человек, который живет творчеством. Для меня это необходимая часть жизни, и я вполне способен быть счастливым, даже когда пишу в стол. Но детектив — это не только творчество и полет фантазии, это еще и большая работа. Особенно соавторский. Особенно — для издательства. И видеть, как идея превращается сначала в заготовку, а потом в складный и классный текст, — это действительно удовольствие. И очень хочется в итоге взять в руки книгу и сказать: да, это действительно отличная работа.
Марк не может не писать, он живет историями. Марк — художник, артист, я — ремесленник. Представьте, что бывает, когда творческий человек сталкивается с ремесленником. Ну, или ничего не бывает, или на выходе имеем нечто отличное по качеству и не похожее на то, что мы пишем по отдельности.
Процесс или результат?
✅️ Марк Качим:
Хах, смешно. Короче, я не понял предыдущий вопрос))) Потому что для меня нет такого понятия как отдельно “разработка” и отдельно “процесс”, для меня это все “процесс”. Так что ответом можно считать предыдущий: в случае детектива результат важнее.
✅️ Даниэль Брэйн:
Результат. Я человек до невозможности ленивый, анекдот «Как же я устал за этот чертов год! — Сегодня пятнадцатое января!» про меня. Книга выходит из виджета горячих новинок — я уже думаю, когда напишу финал. Вычитывать ненавижу. Но вычитываю. Если вы думаете, что вычитка не про лень, вы плохо знаете людей. Это гарантия качества, это ответственность. Реноме.
Удивительно, как с такой запредельной ленью я окончила институт. Не иначе как лень было раньше срока забирать документы из деканата.
Марк — автор добрый, я — автор злой. Вообще все покойники исключительно на моей совести. И черный юморочек на грани. Как говорил один наш герой: «Ненавижу, блин, людей». А все доброе, светлое, полное надежды — это Марк. Просто законспектируйте: обведенное мелком тело — это я. Герой, преодолевший все и вся — это Марк. Не ошибетесь.
✅️ Марк Качим:
Тоже ненавижу вычитывать и редактировать! Спасибо огромнейшее Ане (Anna Lynx), что снимает с меня большую часть нагрузки по вычитке.
Персонажи или сюжет?
✅️ Даниэль Брэйн:
Сюжет. Какая-то ключевая, начальная идея. Нет идеи — нет книги. «Девушка без сердца» — доцент Соколов, а «Боярыня» — шутка, что под Новый год я вполне могу написать веселое: очнулась попаданка в новом мире, а под елочкой труп супруга лежит. Персонажей я ввожу ровно столько, чтобы они органично смотрелись в тексте и выполняли нужные функции.
✅️ Марк Качим:
Персонажи, конечно. В детективе, правда, важно и то и другое. Но для меня текст всегда строится именно на характерах персонажей, их печали, боли, радости, увлечениях. В общем, эмоции 😉
МК: Тут Дана, на мой взгляд, слегка лукавит) Потому что она прекрасно пишет всевозможную социалку. Да, я прописываю все характеры и эмоции, но во многом опираюсь на то, что она закладывает в историю человека.
Все, о чем вы хотели авторов спросить
***
❓️kymafega: Мне интересно ВСЕ! Я представляю, что такое brainstorm, но как именно это у писателей, да еще и по переписке — тут 🤯🤷♀. Как у вас это получается, как зарождаются идеи? Как возникает сюжетная линия? Сразу ли знаете, кто виноват, или это в процессе приходит? Кто прописывает мелочи? Кто отвечает за Хамстера, в конце концов!
✅️ Даниэль Брэйн:
Виноват всегда Марк!
Так себе и запишите.
Все идеи его, герои его, миры его, и Хамстер его, какой мне Хамстер, я где-то полгода назад в первый раз увидела новорожденного котенка (он на меня со знанием дела нашипел). Я берусь за детективную часть, социалочку и оттяпываю у Марка часть юмора — он выходит порой черным. Мне легко и просто работать с тем, что я знаю, а знаю я хорошо четыре вещи: оперативно-следственную работу, менеджмент, людей и как вывести их из себя. Для меня почти невозможно что-то создать по команде «придумай». Как придумай, зачем, почему, можно я просто объясню что-то уже кем-то придуманное? Например, придуманное Марком. Лишь бы это вписывалось в рамки знакомых мне вещей.
С сюжетом еще сложнее. Марк начинает книги с персонажей, я — с сюжета, всегда и везде я начинаю с сюжета, одна я пишу или с кем-то, у меня в основе сюжет, персонажей я приплетаю по мере надобности, поэтому — да, сперва Марк предлагает идею, затем мы долго (иногда очень долго! Месяц — запросто!) вклеиваем детектив в общий сюжет. Место, время, субъект, объект, мотив, способ, орудие преступления, наличие или отсутствие в истории технических средств и даже полиции.
Одно настолько сильно влияет на другое, что я приведу пример.
В наше время «Пестрая лента» — одно вскрытие и один обыск. Установить причину смерти и отыскать в квартире змею — меньше суток, если эксперты не сильно заняты. Если же по какой-то причине персонажи остались без помощи и поддержки славных следственных органов, или мир такой, что экспертизы не существует… может быть пара дополнительных трупов. Или не может, как не может быть и первого и основного трупа, потому что гугл всеведущий подсказывает: змее нужно время, чтобы «накопить» яд, и ползать по веревке, как матрос, она не умеет и от удара хлыстом не научится, а просто свалится на пол, и свист ни черта не слышит…
Вот так красивое и легендарное превращается в «все фигня, давай по новой».
✅️ Марк Качим:
Процесс выглядит примерно так:
— А давай убийца будет улитка?
— Сразу нет.
— Ладно, тогда куст.
— И это нет.
— Но почему?! Это же так необычно!
— МАРК! У него нет рук!
— Логично… А если куст-мутант?..
— МАРК!
— Погоди! На самом деле это не куст-мутант, это олень-мутант, а вместо рогов у него куст! Ща я съезжу на месяц на Алтай и расскажу тебе, как это получилось!
(месяц спустя)
— Марк? Так что ты там про лису говорил?
— Лису? Какую лису? Не помню никакую лису, но я все придумал! Убийца — бобер!
— …Ладно, спасибо, что не инопланетяне. И кого он убил?
— Куст!
— Марк, ты ОПЯТЬ?!
— Ну а что, он бобер! Он убил дерево! Но дерево — слишком банально, поэтому он убил куст, и не просто куст, а любимый куст Императора!
— Какого, б***, Императора?!
— Ой, ща билеты в Сочи куплю и расскажу…
Вот шутки шутками, а на деле все правда примерно так и выглядит. Я накидываю варианты, а Дана выцепляет из них жизнеспособные. Обычно все начинается с “Марк, а как?..” и дальше диалог вот прямо очень похожий на тот, что выше 😂.
На самом деле я тоже постоянно куда-то езжу. И это «куда-то» очень совпадает с точками, которые на карте поставил Марк.
Нет, Марк ездит чаще. Раза в три или четыре. Я сычую за двоих.
***
❓️ Екатерина Таро: Есть ли у вас принципиальные различия в том, как надо и как не надо писать? Если есть, как находите баланс?
✅️ Марк Качим:
У меня нет прямо четкого представления, как должно быть. Я обычно просто смотрю на текст и понимаю, как его нужно подправить, чтобы было лучше. К счастью, с Даной в этом отношении очень комфортно: ей куда важнее “начинка”, чем “обертка”, соответственно, стилистику текста я правлю без проблем так, как считаю нужным. При этом полностью доверяю ей в том что касается детективной части.
✅️ Даниэль Брэйн:
Не надо писать девушек, гриффиндорцев, мужчин и блондинок вместо положенных Васи и Маши. Не надо писать, будто за каждое местоимение в предложении штрафуют тысяч на пять прямо на «Госуслугах». Но если бы кто-то из нас так писал, о соавторстве изначально не шло бы речи. Это разные категории. Разный уровень мастерства.
У меня столько соавторов было и есть… Марк Качим, Анна Лерой, Энни Мо, Алина Савельева, Фэй Блэр, Анна Томченко — это только коммерческая литература, и если я кого-то забыла, прошу простить. С кем-то я работала разово, с кем-то пишу постоянно, я быстро адаптируюсь и к стилю, и к общему настроению текста.
Про баланс — не ко мне, мне привычней оперировать «зоной ответственности». Я не стану описывать многие вещи просто потому, что не умею, не понимаю, детей, к примеру, я стараюсь не писать или писать минимально… Но и замечания по поводу оперативных мероприятий я выслушаю разве что от человека с погонами на плечах или от доцента кафедры уголовного права. Если пишет соавтор — прекрасно, главное, чтобы он случайно важную для детективной части фразу не стер, посчитав, что она лишняя…
Для меня книга — такой же бизнес-проект, как и все остальное. Полагаю, это и соавтору существенно упрощает жизнь.
***
❓️ Елена Авдеенко: Как именно организован процесс написания текста?
✅️ Даниэль Брэйн:
Каждый пишет отдельный кусок текста. Я со всеми соавторами так работаю. Кстати, если работать в полную силу, то выйдет около 15 тысяч знаков в день на двоих, и даже если взять два выходных дня в неделю, то это 75 тысяч знаков в неделю и полная книга, 300 тысяч знаков, за четыре недели.
Вполне средняя рабочая скорость. Но для меня это должна быть одна история, две и больше я в таком режиме не потяну.
Ладно, я потяну, но лечащий врач будет мной недоволен. Шутка (нет).
✅️ Марк Качим:
Мы пишем каждый свой кусок, затем Дана вписывает в мои куски недостающие детали детектива, а я в ее — недостающие эмоции. Но так как стиль у нас очень сильно различается, то я потом сверху прохожу по всей главе сразу и правлю ее, приводя к единообразию, не глядя, кто какой кусок писал.
***
❓️ Екатерина: Приходится ли чем-то жертвовать ради написания книги в соавторстве? Или наоборот, второй автор раскрывает какие-то скрытые качества, черты, особенности, таланты?
✅️ Даниэль Брэйн:
Сном. Прогулками. Едой. Я человек неприхотливый. Но избалованный. Поэтому зарабатываю себе на еду.
А если серьезно, то нет, жертвы в работе — штука скверная. Соавторство — командная работа и без нее никуда. Жертва — что-то из пережитка давнего прошлого, такого, когда «как это ты живешь для себя», «ты должен», «ты обязан». Отчего-то у предков отлично получалось давить на совесть ближнему своему, но, как говорится, эгоист — это тот, кто ставит свои интересы выше твоих.
Вот как вы себе представляете жертву в командной работе? И кого и как в нее приносить?
Таланты… сложно сказать, во мне уже все перерыто, нового ничего не найдешь, как ни старайся.
✅️ Марк Качим:
Нет, жертвовать точно не приходится. Нам с Даной принципиально важны в тексте разные вещи, и мы не спорим о том, что важно для каждого из нас. А все остальное нужно просто обсудить и найти самое лучшее решение, это рабочий процесс, и про жертвы речи не идет.
Про таланты — вопрос немного запоздалый) Мне кажется, мы оба уже состоявшиеся писатели, и оба граним текст разными инструментами) И вот уже текст раскрывает и новые грани, и скрытые качества, хах. Текст, но не авторы.
***
❓️ Елена Что в совместном написании вам дается труднее всего? Когда вы пишете/писали с другими авторами, друг с другом, помогает ли это улучшать свое писательское мастерство? С кем бы вы хотели поработать из известных писателей (любой автор настоящего или прошлого) и почему? Приходилось ли в ходе написания произведения изменять концовку? Бывают ли споры по героям, по сюжету, кто из героев выводил из себя или отбивался от рук?
***
Тут очень хочется вспомнить работу над «Человеками», вот где финал третьей книги вышел довольно неожиданным для нас обоих. Мы знали, какой будет конец, но не сразу вывели мотивировочную часть.
А о «Трамплине». Да будет вам известно, что Ярран Майлз вообще не сразу получил свой диагноз.
А когда Марк назвал персонажа Элджернон, я была готова убить их обоих. Очень сложно было это печатать, очень.
МК: Зато как чудесно были обыграны цветы для Элджернона )))
Примечание: речь идет о серии книг, которой нет больше в открытом доступе, о чем авторы бесконечно жалеют. Чудесные были детективы.
***
✅️ Даниэль Брэйн:
Мне труднее всего даются любые клише. Я деконструктор, я слишком реалист, я всегда изумляю поворотами, поэтому мне очень сложно принять хоть один «голливудский прием». Если у меня есть клише, значит, я его обязательно выверну. Как читатель я всегда требую от автора: «удиви меня», и как автор следую точно тому же.
У меня никто никогда не отбивается, я не знаю, откуда это вообще пошло, это я рулю процессом, а не персонажи рулят. Если у меня персонажи начнут «делать что хотят» (что?) — грош мне цена как менеджеру вообще. У меня люди делают то, что мне надо, а то несуществующие в природе персоналии.
Бывает, что я не учла в плане характер персонажа или обстоятельства, и поэтому какой-то эпизод в итоге не вошел в книгу. Но хуже было бы, если наоборот.
✅️ Марк Качим:
Поначалу, если честно, мне было очень трудно работать с текстом в формате “вот текст, в него нужно вставить нужные эмоции”. Но потом я привык. Так что теперь уже не могу сказать, что это самое трудное.
Ни с кем. Я вообще не хочу больше пробовать новые соавторства.
Концовку менять приходилось, но не с Даной — у нее не забалуешь.
У меня с героями часто случаются истории, когда я иду за созданными характерами, а не они за мной, но это срабатывает только в текстах, где основа — эмоции. Когда речь идет о детективе, такой свободы нет, там нужно прописать все в рамках заданного сюжета, поэтому отклонения минимальны. Например, эпизод у бассейна стоял в плане как “истерика Люка”. И таких истерик было записано три. Но мы все видим, какие в итоге у Люка “истерики”.
***
❓️ Елена: Имена героев при совместном написании — чья зона ответственности? Как происходит выбор имен, например, в Изомире?
Роман «Изомир», наверное, это самая любимая моя соавторская книга. Я сама никогда ничего такого же доброго (вспоминаем Апостла и его карго-культ) не написала. Ну и еще я очень люблю Вуцу, «бегемота, который очень боялся прививок». «Изомир» в работе был невероятно легким. Кстати, он есть в бумаге, его можно купить. И подержать в руках.
✅️ Даниэль Брэйн:
Марка. Мне вообще плевать, как кого зовут. Если имя не сыграет какую-то важную роль (как, например, у Щербаковой: Лодя — Лидия, Всеволод, Владимир — Володя), то мне решительно без разницы.
✅️ Марк Качим:
Для меня очень важны имена, и я долго и тщательно их выбираю. Так что :))
Мне достаются все персонажи второй и третьей линии. Ну почти все. Если я успеваю, у меня появляются Готлиб, Энн, Джордж и Кэт. А если не успеваю, то Элджернон.
А сейчас я открою маленький секрет. Для меня всегда очевидны фокальники, поэтому больше всего я люблю писать сцены с не главными персонажами. Это люди, которые всегда могут нас удивить!
Марк, как правило, работает с главными героями. Мне редко удается их «выхватить» — но я и не стремлюсь. От главных героев ждут эмоций, в нашем тандеме кто лучше с чем-то справляется, тот тем и занят.
(Теперь вы можете попробовать попытаться постараться (с) понять, кто из нас писал какой кусок текста.)
МК: не пытайтесь. Бесполезно 😂
***
❓️Татьяна Матуш: Читала о том, как Ильф и Петров решали судьбу Остапа Бендера — путем подбрасывания монетки. А как решаете вы, если разногласия?
✅️ Даниэль Брэйн:
Логикой?.. Или вотэтоповоротом? В общем, мне опять же без разницы, что с ними будет, лишь бы не свадьба в конце, а-ха-ха! Это уныло. И предсказуемо. Даешь концовку «Ван Хельсинга»!
✅️ Марк Качим:
Нет, ну какие монетки. Конечно, нет) Все обсуждается и заранее прописывается. Бывают какие-то неожиданности, но не такие, чтобы влияли на сюжет, а тем более на смерть персонажа.
Марк кривит душой. Персонажи второго и третьего плана у нас мрут как мухи! Пока мы писали «Трамплин», я все время жалела, что у нас так мало народу тусит в «Луне». Не разгуляешься.
(Здесь нужно как-то эффектно закончить все, что мы рассказали, но я надеюсь, что за меня это сделает Марк. У него превосходно получается ставить точки! Такие, что дух захватывает.)
МК: точка.