– Мама! Я хочу упасть! Нет, это не протест. Это не попытка справиться с назойливыми мыслями. И это не официальное заявление о каких-то там намерениях. Это напоминание маме с папой, как важно всегда следить за тем, что говоришь в общении с ребёнком. И речь далеко не про правильно подобранные слова с точки зрения, например, бранных восклицаний. Речь о создании причинно-следственных связей и детском восприятии наших замечаний.
Некоторое время назад Данила то и дело стал кричать «Хочу упасть!» Свесив голову с края дивана, высунув одну ногу из кроватки, стоя на стуле. Мы вели долгие разговоры о том, что затея не самая лучшая: упадёшь, ударишься, будет больно, пойдём к врачу, придётся пить лекарства, пропустишь садик. Ну и в целом хотеть упасть – не самое понятное намерение.
Данила относился ко всему с пониманием, соглашался и через какое-то время снова продолжал сообщать, что в ближайшее время изволит попытаться свалиться вниз Озарение хоть и не сразу, но пришло. Во время очередной Да