Реабилитация – лукавая вещь. Посмотришь на иную невинную жертву репрессий, а там перечень преступлений в три вершка. Что не мешает писать в жертвы Сталина на известных сайтах и с покаянными стонами зачитывать на очередном мемориальном, якобы, захоронении. А на деле…
Любопытнейшее расследование «Аргументов и фактов» и историка Светланы Кузяевой. История очередной невинной жертвы из Симферополя Веры Гавриченко.
На откровенно вражеских мемориальных (возможно даже экстремистских) сайтах девушка вполне находится. В 1944 году, когда мы освободили Крым от фашистов, девушке всего 18 лет. Скорее всего, комсомолка.
Девушка из крымских крестьян, в карточке указано, что русская, нигде не работала. Образование низшее. Не знаю, что это значит, видимо, школу не закончила из-за прихода фашистов.
И вот четвертого мая 1944 года ни в чём не повинная девушка попадает в цепкие лапы СМЕРШа четвёртого украинского фронта! Не слабо, правда? Смерть шпионам!
Обвинение тоже суровое – та самая «политическая» 58-я статья, часть первая. Да-да, измена Родине. По ней же всех сажали за анекдоты про Сталина. Многих расстреливали, если Солженицыну верить.
И вот уже 26 мая приговор суда. Да нет, бери выше – военного трибунала фронта. Пятнадцать лет лагерей, как с куста. Страшные, страшные чекисты-большевики!
Правда, через два года Верховный суд дело девушки пересмотрел. Приговор был смягчён до десяти лет. Но всё равно ужас-ужас же!
Кстати, если на первом мемориальном сайте про снижение приговора указано, то на втором ни слова. Мол, как осудили на пятнадцать лет, так и привет.
Под Хрущёвские реабилитации девушка почему-то не попала. Как не попала и под Горбачёвские, когда объявляли невинными жертвами всех, включая лесных братьев и прочих бандитских атаманов и пособников фашистов.
Нет, реабилитировали Веру только в 1994 году. Решением крымской прокуратуры по представлению СБУ соседней, не считающей себя братской, республики.
Само собой, дама внесена в «Книгу памяти Автономной Республики Крым». И естественно, на регулярных страданиях по невинным жертвам её имя тоже зачитывается. Как жертвы Сталина.
И всё бы хорошо, только историк Светлана Кузяева, разбирая крымские архивы, обнаружила материалы обвинения это самой Веры Ивановны. А там вещи сугубо неприглядные. Натягивайте перчатки, давайте ознакомимся.
Весна 1944 – третий удар Сталина, освобождение Крыма. Сапун-гора, посопишь пока влезешь, - как шутили в том самом фильме «Третий удар». Оборонный вал, пострашнее Атлантического.
Крым – место непростое. Там, кроме фашистов, от румын до турков стояли. Готовили как плацдарм против Союза. В Крыму были развёрнуты и разведшколы, и концлагеря для красных.
После бегства фашистов осталось немало пособников (как в кино «Гони в Сталинград! В Сталинград! Ой, в смысле, в Севастополь! В Севастополь!»). Многие бежали за хозяевами.
Полюбопытствуйте как-нибудь историей определённой части крымских татар, которые служили в охране концлагерей в Крыму. Сбежали всем составом, побросав винтовки.
А многие остались. Для служб Германии такое отступление – превосходная возможность под шумок внедрить своих агентов в Красную Армию, в советские учреждения. Известны случаи, когда бывшие полицаи оказывались на командных постах в Красной Армии. И далеко не всегда даже СМЕРШ мог быстро разобраться.
Вот данные всего за две декады апреля 1944 года! Сборно-призывные пункты в Крыму пропустили через себя почти 45 тысяч бойцов. Из них в действующую армию отправились только 15 тысяч.
Из этих сорока пяти тысяч почти три тысячи были определены для дальнейшей проверки. По результатам следствия похватали кучу невинных жертв… хорошо сидите?
Итак, более полутысячи из них оказались прямыми агентами фашистов, сотрудниками разведки или контрразведки немцев! 237 человек служили старостами на фашистов в оккупированных деревнях, 276 человек – пособники гестапо.
Вам мало? Пожалуйста, 1069 человек служили в добровольческих батальонах. Фашистам служили, те самых вахманы в концлагерях и прочие прислужники оккупантов. А 604 человека из проверенных, вообще, носили форму регулярной действующей армии фашистов, имели военные звания рейха!
Повторюсь, это результаты беглой проверки за первые двадцать дней после освобождения Крыма! И скорость проверки тоже не удивляет – чего его проверять, когда вся деревня в курсе, что гражданин только что старостой служил фашистам?
Ладно, открываем книгу Кузяевой «СМЕРШ в Крымской операции 1944 года». Ба, старая знакомая с мемориальных сайтов:
«26 апреля была задержана гражданка Гавриченко, которая до освобождения Симферополя работала здесь под руководством обер-лейтенанта Эберста».
Подождите, какой-такой обер-лейтенант? Мы же про невинных жертв. Анекдоты про Сталина, 58-я статья, ау!
Историк пишет, что по заданиям обер-лейтенанта девушка:
«Подслушивала разговоры в местах скопления крымчан и докладывала немцам о настроениях населения, жителях, недовольных фашистским режимом, собирала другую информацию».
Перевожу на русский, доносы писала не наша Вера. По которым гестапо хватало и волокло людей, сочувствующих советской власти, в концлагеря. А то и к ближайшей стенке.
Что характерно, не следствии Вера вовсе не запирается. Да-да, факт сотрудничества с фашистами доказан, чего уж теперь отрицать. Одно оправдание – большая любовь к фашисту.
У советской комсомолки, родившейся при Союзе уже, в 1936 году! К фашисту. Любовь. Пойду пересматривать кино, где слесарь Безруков неистово любит эсесовку в музейном пушкинском имении. Девушка показывала на допросе:
«Причину сотрудничества с врагом Гавриченко объяснила тем, что полюбила одного из шпионов, вышла за него замуж и старалась помогать мужу в работе».
Впрочем, муженёк оказался предателем не только Родины, но и собственной молодой жены. Потому что как только в Крым вернулись большевики… Да-да, фашистский герой бежал за хозяевами в Румынию, бросив Веру в цепкие лапы СМЕРШа.
К вопросу про выбитые показания, вымышленные обвинения. Всем же «известно», чекисты всегда клепали наветы на невинных жертв Сталина.
Так вот Вера с органами контрразведки стала сотрудничать. По её данным разоблачили ещё двадцать одного пособника нацистов. Интересно, откуда про них узнала ни в чём не повинная девушка?
Какое-то время Вера каждый день работала с альбомами фотографий в СМЕРШе. Через группу Эберста в Симферополе прошло немало скрытых и явных агентов. Многих из них девушка уверенно опознавала.
Мы тут как-то вспоминали документальный фронтовой фильм «Приговор народа». Когда трибунал судил пособников гестапо после освобождения Краснодара.
Это был первый такой процесс над предателями. И напомню, прямых пособников, пачками отправлявших людей на смерть, тогда не сажали ни на десять, ни на двадцать лет. И лес валить в лагеря тоже не отправляли.
В картине иные лица обвиняемых – вполне человеческие, даже симпатичные. Выступают горячо, уверенно. Пока не заговорят свидетели их преступлений.
По улице пройдешь и не обратишь внимания. Человек и человек, но как звериным оскалом щетинятся они, когда говорят их жертвы. Когда на трибуну суда поднимается чудом выживший, но почти потерявший голос в гестапо человек!
Так вот, этих прекрасных людей суд, без затей, отправлял в 1943 году на виселицу. Вера за своё сотрудничество с гестапо поехала на десять лет работать в лагерь. Приговор суровый, но что сказали бы соседи, родственники отправленных ей в застенки людей? Пожалели бы несостоявшуюся комсомолку?
Материалы дела сами за себя говорят. Ровно поэтому ни при Хрущёве, ни даже при Горбачёве никакой реабилитации Вере не светило. В деле прямые факты сотрудничества с гестапо, какие там «политические»!
А вот после отделения от России, в 1994 году реабилитация произошла. Хотите сказать, у СБУ не было архивов о реальных преступлениях Веры? Да нет, вот же они, в полной сохранности, историк Кузяева с ними работает.
Всё у них было. Прекрасно СБУ понимала кого они тащат на реабилитацию. Почти кадровую сотрудницу гестапо в оккупированном Крыму. И не дрогнула рука такую реабилитацию подписать.
Самое занятное – книга Кузяевой вышла не вчера, но на известных сайтах гражданка по-прежнему висит в невинных жертвах ГУЛАГа. Интересно, сколько там числится в невинно репрессированных пособников фашистов, агентов гестапо, лесных бандитов и прочих?
Послесловие: конечно, судьба человека сложнее любой схемы. Молодая девушка, любовь, могла запутаться и так далее. Коля из Уренгоя подскажет как её оправдать.
Знаем мы о её судьбе немного, только по материалам прессы и работам историка. Но если всё это правда, я не знаю, что там было в голове советской школьницы. Насколько надо было ненавидеть свою страну, чтобы пойти на сотрудничество с гестапо?
Почитайте дневники Зои Космодемьянской, почитайте «Молодую гвардию» про подвиг комсомольцев Краснодона. Кто из них мог так «запутаться»? И как-то жалости к гражданке Гавриченко у меня не возникает. Такой вот я Сталинский сухарь.