До замужества я считала себя человеком верующим: часто молилась, ходила в храм, читала Православную литературу и соблюдала посты. Однако после свадьбы моя религиозность постепенно отошла на второй план: я стала гораздо больше думать о работе, о детях и других житейских вещах. Стыдно в этом признаваться, но мне попросту стало “не до Бога” - на веру не оставалось ни времени, ни сил.
В ту пору мы с семьёй жили в Стерлитамаке. Жизнь наша была размеренной, спокойной и благополучной до тех пор, пока не произошла страшная беда: один из моих сыновей, самый младший (ему тогда было всего пять лет), серьёзно заболел. Мы вызвали врача.
Осмотрев ребёнка, он озвучил неутешительный диагноз: острый дифтерит. Объяснив нам, как лечить сына, доктор уехал. Однако назначенные лекарства не принесли ему облегчения - напротив, с каждым днём маленькому больному становилось всё хуже…
Я услышала, как в церкви, находящейся рядом с нашим домом, зазвонили колокола. По-прежнему не вполне сознавая, что делаю, я стала одеваться, и, заглянув в комнату, сказала супругу:
- Я собираюсь идти в храм. Попрошу батюшку, чтобы он отслужил молебен о выздоровлении нашего сына.
- Поздно уже молебны заказывать… - с горечью отозвался муж, - Не выживет он. Останься - может, ещё успеешь с ним попрощаться.
- Не поздно, - возразила я, качая головой, - Храм совсем рядом, я сейчас вернусь.
Войдя в церковь, я увидела идущего мне навстречу батюшку, отца Стефана.
- Отче! Мой сын умирает! Пожалуйста, если вам не страшно, отслужите над ним молебен…
- Какой же тут может быть страх, если это - мой священный долг… Конечно, я сейчас же к вам приду.
Войдя в квартиру, я услышала всё те же страшные хрипы. Лицо моего бедного сына приобрело синеватый оттенок, а глаза закатились. Я осторожно прикоснулась к его похудевшим ногам - они были ледяными.
Я почувствовала, как моё сердце сжимается от нестерпимой боли. Не могу вспомнить, способна ли я была тогда плакать - в ту пору я проливала слёзы настолько часто, что, казалось, их у меня и вовсе не осталось…
Собравшись с силами, я поспешила зажечь лампаду и подготовила всё, что было необходимо для совершения молебна.
Вскоре пришёл батюшка. Молебен решили служить в зале. Отец Стефан начал молиться, а я пошла за сыном. Взяв на руки укутанного в одеяло ребёнка я, не в силах удержаться на ногах, присела вместе с ним в кресло.
Уложив сына в кроватку, я отправилась провожать батюшку. Закрыв за отцом Стефаном дверь, я с удивлением прислушалась - никакого хрипа больше не было слышно! Я поспешила в детскую и увидела мирно спящего ребёнка. Он дышал спокойно и ровно, как будто никакой болезни и не было…
Мои глаза наполнились слезами умиления, и, встав на колени, я от всего сердца возблагодарила Господа за Его милосердие. Там же, рядом с детской кроваткой, я вскоре и заснула - сил дойти до собственной постели у меня уже не было.
На следующее утро меня разбудил звон колоколов - начиналась заутреня. Проснулся и мой сын. Он сел в кроватке и я услышала его чистый, звучный голосок:
- Мама, давай вставать! Я так долго лежал, а теперь мне и походить, и побегать хочется!
Невозможно описать, какой радостью моё сердце наполнилось в ту минуту! Плача от счастья, я поспешила на кухню, подогреть молока. Мой сын с удовольствием его выпил и даже попросил добавки.
Через несколько часов в дверь позвонил врач. Конечно, он и не надеялся застать мальчика ещё живым, а потому, увидев его весёлым и бодрым, даже присел от удивления.
- Невероятно! Неужели мальчику всё-таки стало лучше?
- Да, доктор… Господь по Своей милости его спас, совершил настоящее чудо!
- И правда, помочь тут могло только чудо…
Читайте ещё: