Найти в Дзене
Н.В.

*Большая Эракингра.

*из прожитого* Если кто-то думает, что крохотный бурундук ест, как маленький ребенок - он ошибается. Бурундук жрёт как целый детский сад. Если среди тайги появляется волшебный стол, на котором из ниоткуда появляется любая еда, то вдохновленные единой религией "жри, пока другие не сожрали", окружающие это место бурундуки забывают о территориальных распрях и собираются в кучу. Эта куча готова жрать уже по взрослому, например, как пионерский лагерь, скорее - лагерь трудных подростков с ассоциальными наклонностями. Они не пренебрегают никакими способами - от мелкого воровства до откровенного бандитизма. Воровство всего, что плохо лежит - считается абсолютной нормой. Единственным грехом у бурундуков считается что-то недоглядеть, недоутащить или смалодушничать при виде человека, тянущего руку к куску хлеба или невовремя отвернувшегося от лепешки. ***** Одноименный кордон на реке Большая Эракингра приютил нас на весь сезон. Это был период расслабления, так как экстрима и нагрузок было м

Как то так...
Как то так...

*из прожитого*

Если кто-то думает, что крохотный бурундук ест, как маленький ребенок - он ошибается. Бурундук жрёт как целый детский сад. Если среди тайги появляется волшебный стол, на котором из ниоткуда появляется любая еда, то вдохновленные единой религией "жри, пока другие не сожрали", окружающие это место бурундуки забывают о территориальных распрях и собираются в кучу. Эта куча готова жрать уже по взрослому, например, как пионерский лагерь, скорее - лагерь трудных подростков с ассоциальными наклонностями. Они не пренебрегают никакими способами - от мелкого воровства до откровенного бандитизма. Воровство всего, что плохо лежит - считается абсолютной нормой. Единственным грехом у бурундуков считается что-то недоглядеть, недоутащить или смалодушничать при виде человека, тянущего руку к куску хлеба или невовремя отвернувшегося от лепешки.

*****

Одноименный кордон на реке Большая Эракингра приютил нас на весь сезон. Это был период расслабления, так как экстрима и нагрузок было мало, за исключением одной вялой перестрелки с местными ухарями, которые не хотели нас подпускать, ибо мы хотели лишить их оружия, а мы не хотели лезть на рожон и терпеливо лежали в кочкарнике, ожидая, когда они дадут слабину. Время от времени они делали выстрел в нашу сторону, чтобы свист картечи нас успокоил, мы время от времени пытались сменить позу среди кочек, поскольку части тела регулярно опускались в мокрые участки и начинался дискомфорт. В общем - мальчики играли в войну. Всё было немного понарошку, крови никто не хотел и к вечеру они ушли тайгой, оставив нам в качестве трофея нарезной штуцер с десятком патронов. Ствол штуцера был приварен из пулеметного ствола, оружие выглядело добротным и боем отличалось отменным. Только носить такой после случившегося палева никто из них не хотел, ибо был велик шанс попасть на нары. Мы его и реквизировали. Хоть чем-то оправдали свой сезон оперативной группы по борьбе с браконьерством.

*****

Другим видом живности, требовавшим внимания, была медведица с двумя медвежатами. Они активно исследовали всё новое и частенько заглядывали на кордон поразвлекаться. Больше всего их веселил лежащий лист железа метра три на четыре, на котором они прыгали, издавая неимоверный грохот. Лист громыхал, медвежата прыгали без перерыва, а мама их внимательно следила за дверьми бани и кордона, чтобы злые люди не испугали её озорников. Злые люди не спали до утра, выходить к сопящей и бурчащей маме медвежат не хотели и это продлжалось регулярно.

*****

Дни наши шли "руссо туристо", алкоголя не было и, в итоге, мы вдребезги подружились с бурундуками. Каждое утро они имитировали дикий ужас при открывании дверей, издавая тонкий дикий писк, доводящий соседей до обморока. Потом, неуклюще маскируясь, занимали выгодные места возле уличного очага и пытались стырить всё, к чему удалось добраться. Если какой- то наглец пытался сдвинуть миску над тарелкой с оладушками, дежурный по кухне бил по железной миске железной ложкой и полуоглушенный гопник вылетал во френд-зону, последним в очереди. Другие собратья его к столу не пускали и приглашать в первые ряды не собирались. Чтобы спокойно поесть, перед завтраком-обедом-ужином на ветку кустарника нанизывалась стопка оладушек и мы спокойно ели под шум кровавой битвы "своей еды не отдадим". Заканчивали еду мы приблизительно одновременно и на остаки с нашего стола заявлялась толпа пищевых санитаров. Некоторые - с ещё набитыми щёками, кряхтя утрамбовывали лапками сверхнормативный кусочек печенья, прихваченный на столе.

*****

Уезжая, мы напекли кучу оладушков и оставили горкой на столе. Дисциплинированные длительным обучением "ложка-миска", бурундуки отрепетированным строем разнесли их за секунду. Все остались со своим куском счастья. А втоптанный в землю лист железа мы приподняли на кирпич. Он так лучше звучал, если по нему попрыгать. Привет новым посетителям, скучно им не будет.