Они въехали в город. Константин не сразу увидел цель. Среди всюду сверкающих огней крошечные желтые точки вдалеке было трудно разглядеть. Точки мчались на них с обратной стороны проспекта, совсем не обращая внимания на встречное движение. Со стороны их легко можно было бы принять за лихачей, не думающих ни о своих жизнях, ни о чужих. Но только до тех пор, пока одна из точек не прошла насквозь встречный автомобиль, но не разбила даже фары.
В этом мире, таком живом и настоящем, что опьяняло реальностью, они – Константин, его приятели и эти желтые точки – были словно призраки. Их никто не видел. Их никто не слышал. Их никто не чувствовал. В этом мире они существовали только для таких же, как они сами. И потому все вокруг казалось лишь игрой, эмуляцией, не имеющей ничего общего с настоящей жизнью.
Точки приблизились и превратились в три новеньких спорткара.
– Перегруппировка! – услышал Константин голос главного. – Тихоня, Лешка, Поэт, берите на себе правого. Мемфис, Зима – левого. Кошелек со мной.
Константин выдохнул. Может, все и обойдется. Когда они прорвутся, он просто сбежит и сделаешь то, что должен. Мемфис не поймет, не успеет.
Лешка с Тихоней сдвинулись ближе друг к другу. Встали на байках в полный рост.
Ни с чем подобным Константин раньше не сталкивался. Обычно его ночные прогулки ограничивались попытками оторваться от желтых мотоциклов и в конце они взрывали одно из зданий в центре города. Да и то – сам он ничего не взрывал. Когда оборачивался, громадина из кирпича и бетона уже оседала. А вокруг клубилось облако дыма и пыли. Не раз тогда он задавался вопросом, как они такие бестелесные в этом мире могли что-то взорвать. Еще больше убеждался, что все это игра. И засомневался лишь, когда встретил того старика.
Правый спорткар поравняться с Лешкой и он высоко подпрыгнул вверх. Идеально приземлился на капот машины и тотчас желтая фигура словно выросла из корпуса. Огромная ступня смяла лобовое стекло и пила вместо правой руки шибанула по Лешке. Так быстро, что никто бы не успел увернуться. Но Лешка почти успел. Его лишь слегка резануло по плечу. Он упал, скользнул вниз по капоту, но чудом успел ухватиться за бампер.
– Помогите ему! – услышал Константин собственный голос.
– Бери на себя! – махнул Тихоня на робота.
Мотоцикл Тихони начал медленно снижать скорость. Лобовое стекло, капот – он почти поравнялся с бампером и уже мог протянуть руку напарнику, когда робот снова взмахнул пилой -- Тихоня чуть ли не проделал сальто в воздухе, чтобы уйти от удара.
– Ты как? – испуганно крикнул Константин.
– Ты че творишь, Поэт? – услышал он голос Лешки. – Выруби его! Давай!
Константин сжал зубы. Подтянулся на руках, встал на сиденье, приготовился к прыжку.
"Давай, будет весело!" – крикнул ему радостный голос.
А хмурый шикнул:
"Осторожно! Нам еще нужно вернуться. Нас Лена ждет."
И Константин задергался из стороны в сторону, словно воланчик в бадминтоне.
– Прыгай! – скомандовал Лешка. – Давай же, прыгай!
И он прыгнул. Почти удачно приземлился на заднее сиденье. В последний момент не удержал равновесие -- повалился набок. Оттолкнулся от дверцы кабины. Как раз вовремя. Железный верзила развернулся и теперь шел на него. Размахивал пилой. Грозил металлическим кулаком размером с пушечное ядро.
Вниз между сиденьями. Удар по туловищу. Машина вздрогнула.
Константин вскочил на капот и оттуда апперкотом ударить по голове. В прыжке с разворота вмять грудь в спину. Робот рухнул назад, с грохотом ударился о багажник. Верхняя пластина слетела с головы -- и Константин увидел лицо человека. Все в кровоподтеках, порезах. Где были глаза, где брови, где нос – можно было только догадываться. Около рта пузырилась кровь.
– Вот же дрянь! – выругался он.
Подошел и стукнул ребром ладони по шее, чтобы вырубить, но не убить.
Слева прогремели взрывы. Оранжевые шары один за другим проплыли мимо. И из шлема послышался крик Зимы.
– Мемф, ты что творишь? Парни, Мемфис опять с катушек слетел.
Константин вопросительно глянул на Лешку. Тот уже поднялся на капот и теперь стоял, придерживая раненую руку.
– Год назад его отстранили, – объяснил он. – По мозгам чем-то шибануло. С ума сошел. И вот снова. Тихоня, давай к ним.
Тихоня тотчас свернул байк и исчез в облаке пыли. Лешка перелез с капота в кабину.
– Ты сам как? – спросил он.
– Нормально, – соврал Константин. Внутри его всего трясло.
– Может, я могу помочь? – спросил он, надеясь перестать думать о раненом человеке внутри робота.
Лешка улыбнулся.
– Можешь, – подошел он ближе и вдруг с силой ударил Константина в корпус.
Он отлетел на задние сиденья.
– Ненормальный? У вас тут эпидемия? – крикнул Константин откашливаясь.
– Ты же знаешь, что нет, – ответил Лешка. – Давно все понял. Понял, но не сделал. Вот чего ты в раздевалке не остался, а? А на байк помятый зачем сел?
"Нас рассекретили! Нас что, правда, рассекретили?!" – засуетился радостный. Хмурый молчал.
– Так это все правда? – спросил Константин.
– Не знаю я, что правда, – бросил Лешка. – Просто хочу, чтобы они заткнулись.
Прогремел новый взрыв и он бросился на Константина. Повалил его на багажник. Прижал телом и рукой начал давить на шею, чтобы сорвать шлем.
– Прости, Поэт! – бубнил он себе под нос. – Но вас вдвоем с Мемфисом я не вывезу. А я должен вывезти эту операцию. Иначе они не дадут мне покоя, понимаешь?
– Да кто они? – хрипел Константин.
– Они! Ты знаешь кто! Они ведь и с тобой говорят!
"Бред какой-то!" – возмутился радостный. "Парень, точно, того," – шепнул хмурый.
– Я больше не могу! Я год терпел! Я сойду с ума! Я просто жить хочу!
– Какой жить? – Константин, наконец, сорвал руку Лешки. – Какой жить? Ты же умер давно, дурак. Мы же все здесь. Давно. Мертвы.
Прогремел еще взрыв. Потом еще один. Совсем рядом. Спорткар подбросило и Лешка отлетел к дверям. А Константина шибанула о багажник и он чуть не скатился на дорогу. Зацепился за раму. Подтянулся наверх, перелез в кабину. Откашлялся, попытался разглядеть в облаке дыма Лешку. Тот лежал около руля и не шевелился.
Константин пополз к нему, протянул руку, пощупал пульс и вдруг почувствовал, как что-то острое врезалось ему вбок и стало проникать все глубже и глубже. Поворачивалось. Словно сверлило тело. Он изловчился и рубанул Лешку по шлему. По стеклу поползла трещина.
– Ну, так тоже можно, – улыбнулся Лешка, но руку не отнял.
Константин ударил еще раз. Теперь в грудь. Поднял Лешку и бросил на капот. Тело скользнуло вниз и покатилось по асфальту.
– Прости, Лешка.
Он осел на сиденья.
По краю бедра струилась кровь. Сбоку торчал кусок стекла. Константин не стал трогать. Так был шанс дольше протянуть. Ему всего-то нужно было добраться до цели и предупредить. А дальше, может, костюм вывезет.
Он нашел глазами свой мотоцикл. Парней больше слышно не было. И видно тоже. Дым застилал все вокруг. Но, может, это было и хорошо.
Шатаясь, он поднялся на дверцы и перепрыгнул на байк. Тотчас почувствовал легкую вибрацию в правом запястье и глянул на крошечный циферблат. Тридцать минут стали быстро отсчитываться назад.
«Дрянь, почему так рано?»
Через тридцать минут они сотрут все его воспоминания об этой прогулке.
«Они все знают,» – шепнул хмурый голос.
«А вот теперь веселье!» – воскликнул радостный.
Константин мотнул головой. Рана в боку стала сильно жечь. Его замутило. А голоса в голове, словно почувствовав слабину, зазвучали громче и требовательнее.
Предыдущие части:
▪ Отпусти меня. Часть I
▪ Отпусти меня. Часть II
▪ Отпусти меня. Часть III
▪ Отпусти меня. Часть IV
▪ Отпусти меня. Часть V
▪ Отпусти меня. Часть VI
▪ Отпусти меня. Часть VII
#рассказы