Приветствую Вас уважаемые читатели, сегодня я хочу познакомить Вас с историей которой решил поделиться, один из читателей моего канала. Если у Вас тоже есть интересные истории Вы тоже можете поделиться ими на моем канале. Для этого присылайте их на почту lomonosik1985@mail.ru
Я обязательно опубликую их от Вашего имени, или же анонимно как историю ниже.....
Мое знакомство с Германом Стерлиговым произошло несколько лет назад. В то время его имя часто мелькало в СМИ, и постепенно его взгляды на различные аспекты жизни начали привлекать мое внимание.
Его прошлое, насыщенное событиями, красноречие, рассуждения о Русской Православной Церкви (в которую я в тот момент начинал терять веру), мысли об экологии, нравственности, христианской жизни и крестьянском хозяйстве — всё это вызывало интерес.
Нельзя отрицать, что Стерлигов обладает уникальным талантом убеждать людей в своей правоте. Я не встречал никого, кто смог бы его переспорить. Даже такой яркий и харизматичный человек, как Владимир Жириновский, попал под его влияние. Стерлигов умеет мастерски манипулировать мнениями, и это вызывает как восхищение, так и настороженность. Аферист, даже если он прикрывается религиозностью, остается аферистом.
Религиозные взгляды Стерлигова мне казались привлекательными. На своем сайте он подробно излагал свое видение веры, ссылаясь на исторические источники и летописи.
Он поднимал вопросы, которые в церковных кругах, будь то РПЦ или старообрядческие общины, предпочитают замалчивать. Например, он критиковал поставление митрополита Иова в Патриархи Московские в 1589 году Патриархом Константинопольским Иеремией, утверждая, что последний был еретиком, как и вся греческая церковь, подписавшая Ферраро-Флорентийскую унию с католиками в середине XV века. Стерлигов считает, что истинная Церковь существовала только до этого момента, а всех, кто мыслит иначе, он называет еретиками. Исключение составляют лишь те, кто поддерживает его финансово или полезен ему лично.
Он называет себя приверженцем единой Апостольской церкви и считает свое мировоззрение единственно верным. При этом он не стесняется критиковать старообрядцев, называя протопопа Аввакума «псом». Для него они такие же еретики, как и никониане, католики и все остальные. Его агрессивное отношение к тем, кто не разделяет его взглядов, вызывает недоумение. По сути, Стерлигов создал собственное «исповедание веры», где он сам себе хозяин, православный барин, который не крещен, так как, по его словам, не осталось священников, не впавших в ересь.
Он утверждает, что где-то такие священники всё же есть, и его семья молится о том, чтобы Бог даровал им такого. Однако время идет, а «истинный» священник так и не появляется.
Думаю, многим знакомы религиозные взгляды Стерлигова, и я не открою ничего нового. Когда я впервые посетил его имение, я был поражен масштабами увиденного. Большие деревянные дома из массивных бревен, богато обставленные внутри, живописная природа, лошади и бараны, пасущиеся на полях, мужчины в традиционной русской одежде с оружием, женщины в длинных юбках и платках, домашний хлеб, который стоил 300 рублей за буханку (ведь «такого больше никто не делает»), и мед «собственного производства».
Дети, которые не ходят в школу (по словам Стерлигова, «школа — это бордель, где растят наркоманов и дебилов»), учатся с преподавателями из местной сельской школы и с отцом по Лицевому летописному своду. Сын Стерлигова, Сергий, занимается продажей «слободских продуктов» и уже тогда имел внушительные доходы, ведь таких, как я, в слободу приезжали сотни.
После впечатляющих экскурсий, получения бесплатных книг от Общества Любителей Древней Письменности и долгих речей хозяина (которые, впрочем, часто сводились к унижению гостей за их «городскую» жизнь), люди закупались товарами, якобы произведенными в слободе, и уезжали с мечтами о «райской жизни».
Одним из плюсов посещения слободы был интересный круг общения. Там действительно можно было встретить множество неординарных людей и завести полезные знакомства. Многие приезжали и оставались на некоторое время, работая за еду и кров. Так и я с друзьями решили пожить там, чтобы научиться чему-то полезному и стать «настоящими православными людьми».
При этом на ферме Стерлигова работало более десятка человек, которые выполняли основную работу, а сам барин лишь отдавал приказы и проводил большую часть времени в Москве, которую он так яро критикует.
Особого внимания заслуживают дети Стерлигова. Он рассказывает, какие они талантливые, как много умеют, сколько зарабатывают, строят дома в 10 лет, водят машины в 12 и управляют хозяйством. На деле же дети большую часть времени бездельничают. Учителя приезжают редко, отец постоянно в Москве, а мать, Алёна, практически не участвует в их воспитании.
Дети хорошо знают историю, но их знания о мире за пределами слободы ограничены. Они не занимаются спортом, не имеют друзей-сверстников и, по сути, изолированы от внешнего мира. Будущее этих детей вызывает вопросы.
Теперь о лжи Стерлигова. За годы посещения его имения я разочаровался в этом проекте.
Слобода — это мыльный пузырь, созданный для обмана доверчивых людей. Стерлигов рассказывает, как его дети изготавливают резные стаканы из бересты, но никто никогда не видел, как они это делают.
Мыло, которое якобы производится в слободе, на самом деле закупается у партнеров по 50 рублей за штуку и продается по 250-300 рублей.
Мед, который он называет «своим», привозят с юга. Вино, которое якобы хранится в секретных погребах, доставляется в пластиковых бутылях и переливается в бочки для вида. Баранов, которых он рекламирует, он покупает у кабардинцев и продает втридорога.
Люди, пожившие в слободе, часто уезжают и больше не возвращаются. Они понимают, что слобода — это иллюзия. Стерлигов, как и в 90-е годы, продолжает делать деньги из ничего, прикрываясь маской праведного христианина. Он выгоняет тех, кто осмеливается высказать свое мнение, и создает атмосферу сектантского контроля.
Стерлигову я благодарен за то, что он пробудил во мне интерес к сельской жизни, истории и экологии. Но слобода — это не то, чем она кажется. Это место, где правда скрыта за красивой оберткой, а ложь становится образом жизни.