Глава 2.
- Айка, паршивка! Поди сюда!
Громкий хриплый голос разбудил меня на рассвете. Если я сейчас же не спущусь в низ, то в комнату вломится хозяйка и все равно вытолкает меня на первый этаж.
Вейра подобрала меня у городских стен почти без сил и сознания. Несколько недель я почти без отдыха шла по лесу, не разбирая дороги и не имея цели. Я совершенно не помнила, как оказалась у городской стены. Вейра же возвращалась с торговым обозом в город. Она то и уговорила повозчика забрать еле дышавшую девушку. Она же и приютила меня у себя на постоялом дворе. Почти неделю я пролежала в бреду, горя от жара. Сама не знаю, как тогда выкарабкалась. Помнится, мать говорила, если человек потерял тягу к жизни, то ни чего не сможет его спасти. А я жить не хотела. Для чего? Абсолютно все потеряло смысл. Моя жизнь осталась там, под старой, ветвистой ивой на берегу озера. Несмотря на мои старания, я выжила. Вейра дала мне кров и работу. На ее постоялом дворе лишние руки ни когда не помешали бы.
Само заведение находилось в Нарии, на отшибе. Именно поэтому пользовалось спросом у проезжающих торговцев, путешественников и просто тех, кому нужно было переночевать, а на утро продолжить свой путь. Именно поэтому, гостевые комнаты всегда были заняты, а работа на кухне кипела круглосуточно. Мне же была выделена самая маленькая комнатка, с небольшим окошком, топчаном в углу, да кривой табуреткой. По углам комнаты висела кружевная паутина. По углам черными пятнами, расползалась плесень. Стены были простые, деревянные, как и полы. Только понять это было крайне сложно: все было покрыто толстым слоем жира вперемешку с пылью и копотью. Мне же было все равно. Крыша над головой есть – уже хорошо.
- Айка! – послышался злой окрик хозяйки.
Я быстро повязала платок на голову и спустилась в низ. Там меня уже ждала разъяренная полная женщина. Она занимала почти все пространство и так узкой лестницы. На ней был традиционный, цветастых халат, прикрытый белым фартуком. А черные, как смоль волосы, покрывала такая же белая косынка. Верия требовала от всех работников именно белые передники и белые косынки. Мужчины же обходились белой повязкой на рукаве. Верия считала лишним каждый день настирывать белые мужские рубашки. Она искренне считала всех мужчин порядочными свиньями. Местами ненавидела их. Видимо поэтому я не ушла и осталась здесь.
- Давай на кухню! Нужно овощи начистить, да котлы намыть. Работы невпроворот, а ты спишь, покуда петух не закукарекает.
Я лишь кивнула и побежала на кухню. Завертелся очередной день. Времени не было что бы просто присесть. Перекусывали мы все краюхой хлеба, да стаканом молока. На кухне стояла невыносимая жара, но все уже были привыкшие к ней. Начистить овощи, намыть посуду, убрать со столов и так по кругу. Это все не давало и минуты что бы задуматься о своем горе. Оно и к лучшему. Лишь вечерами я могла сидеть у окна и оплакивать свою потерю.
К вечеру ноги отказывались стоять, а спина нещадно ныла. Но гости постепенно наедались и расходились по своим комнатам. Тогда появлялось и у нас время на передышку. Женщины на кухне садились у очага и обсуждали последние слухи. В зале обычно оставалась я, да совсем молоденькая девушка, лет 15 отроду. Звали ее Айза. Она единственная с кем я проводила время. Потому как она единственная не пыталась залезть мне в душу и выпытать что-то обо мне.
Как только гости расходились, Айза выносила с кухни поднос с едой и ставила его на самый дальний стол, который обычно по вечера пустовал. Возможности сеть и нормально ужинать у нас не было. Нужно было подносить что-то гостям, убирать со стола.
Долговязый мужчина лет 50 сидел на табурете у двери. Именно он и растаскивал гостей, которые перебрали с брагой. Сторож, так его нарекла Вейра, обычно подсаживался за наш стол. С этого места было прекрасно видно все помещение. Хозяйка на это закрывала глаза. Она прекрасно понимала, что и нам нужен отдых. А ведь здесь жила только я. Остальным работникам нужно было еще возвращаться по своим домам. С наступлением ночи работники начинали расходится по домам. Обычно я оставалась в зале последней и наводила порядки.
Сегодняшний вечер не отличался ото всех остальных. Все уже разошлись по домам. Охранник Гранс уходил последним. Он уже стоял у двери, когда она тихо скрипнула и открылась. В помещение вошел высокий мужчина в плаще и капюшоне на голове. Гость был неожиданным. Редко люди заходили так поздно. Но мы обязаны привечать всех и в любое время.
- Доброй ночи путник! – проговорила я, не глядя на гостя.
- Мне нужен ужин и комната. – на ближайший стол упал туго набитый мешочек.
- Пока присаживайтесь, а я позову хозяйку.
Не дожидаясь ответа, я жестами показала Грансу идти с миром и побежала на верх, в комнаты Вейры. Хорошо, что она еще не спала. Иначе я получила бы пару крепких словец в свой адрес.
Женщина устало спустила в низ. Разговор их с гостем я не слышала. Но через недолгое время она позвала меня и приказала подать к столу то, что осталось с ужина и подготовить мою комнату. Такое уже было несколько раз. Сегодня я буду спать на кухне. Так даже лучше. Хоть не будет этого мерзкого запаха сырости и плесени.
На кухне я нарезала запеченного мяса, выложила остатки каши. Достала немного зелени и остатки хлеба. Пить мужчина изволил вино.
Поставив все на стол, я ушла на кухню, лишь изредка поглядывая в зал, что бы убрать со стола, когда он освободится, и отправится наконец-то спать.
Время шло, а мужчина все сидел. Появилось раздражение. Ему хорошо, он сможет спать до обеда. А мне осталось лишь несколько часов на сон. Обычно, я не разговаривала с постояльца. Принесла еду, поставила и ушла. Сегодня же я решительно поднялась с лавки и направилась в зал.
- Прошу меня простить. Вы еще долго планируете сидеть?
В моей голове мой голос казался мне уверенным, а на деле получился комариный писк. Я застыла у стола в ожидании ответа.
Мужчина даже не вздрогнул, лишь махнул рукой, давая понять, что ему требуется еще время. Его лица я не видела, лишь затылок с копной темных, взлохмаченных волос.
Вздохнув, я вернулась на кухню, присела на лавку и облокотилась на теплую печь. Глаза закрывались против моей воли. Видимо, я успела заснуть, когда моего плеча коснулись. Глаза распахнулись в ту же секунду. Вскочив, я отпрыгнула. Внутри меня стала шевелится тьма. Она не давала о себе знать несколько месяцев. Сейчас же, почуяв опасность, зашевелилась, выпуская тонкие черные жгуты силы.
На меня смотрел мужчина. Тот самый постоялец.
- Кхем… Я хотел всего лишь сообщить, что вы можете убирать со стола.
Мужчина поднял руки в примирительном жесте. Я и раньше не любила, что меня кто-то касался, а сейчас и подавно. Да, я испугалась. Не знаю, что он увидел в моих глаза, но его взгляд стал заинтересованным. Выдохнув, я произнесла:
- Все в порядке. Идите отдыхать. Вам показать комнату.
Еще на секунду он задержал взгляд на моем лице, а после кивнул.
Я поднялась и направилась к лестнице. Его глаза буравили мою спину. Страшно не было. Моя темня сущность уже не спала и, стоит мне дать ей волю, то не только от этого мужчины, но и от постоялого двора ни чего не останется.
Поднявшись наверх, я рукой указала направление и развернулась, что уйти.
- Ведьма.
Всего лишь одно слово заставило меня замереть и затаить дыхание. Совладав с собой, я произнесла:
- Вы ошибаетесь.
- Я ни когда не ошибаюсь.
Дверь захлопнулась и только тогда я смогла дышать. На негнущихся ногах, спустилась на кухню.
***
Утро наступило очень рано. Постепенно на кухне заговорили голоса, загремела посуда, стало жарко от растопленной печи. Спала я очень мало. Вот только закрыла глаза – и уже пришла тетушка повар и потрепала меня за плечо:
- Вставай, соня! Хватит дрыхнуть!
Кое-как разлепив глаза, я встала. Привела себя в порядок и приступила к своим обязанностям. Ни чего не напоминало о вчерашнем госте. Лишь голова немного гудела из-за недосыпа. Но странный человек ни как не уходил из моих мыслей. Как он узнал, что я ведьма? Ведь ни кто даже не догадывался об этом! Я старательно скрывала свою сущность. Но он понял. Только как?
За работой и размышлениями прошел еще один день. Такой же как и прежние. Вечером все так же мы так же проводили работников с кухни, потом Айзу. Только Гранс сегодня задерживался. А таинственный гость покинул постоялый двор еще утром. Я даже не видела когда. Оно и к лучшему.
Сегодня на центральной площади праздновали праздник Осеннего Солнцестоя. Урожай уже был собран и многие люди специально приехали из деревень, что бы отметить этот праздник. К тому же, это отличный повод пройтись по ярмарке, что-то прикупить себе. Некоторые привозили излишки своего урожая и обменивали на то, что им в деревне было необходимо. Молодежь всю ночь танцевала, парочки целовались в парке по беседкам.
Когда я жила в деревне мать не разрешала выезжать мне в город. Сегодня же я решила исполнить свою мечту. Вейра хоть и была скупа, но своим работникам исправно выплачивала жалование. И мне тоже. Пусть она вычитала за мое проживание, но немного денег у меня водилось. Я планировала прикупить себе платье. Свое старое я сожгла давно. А то, что на мне сейчас, выдала мне Вейра, и она мне было велико.
Я не стала прятать свои волосы и просто повязала их лентой. А вот фартук сняла. Пусть платье и старое, но с фартуком меня могли легко спутать с подавальщицей. А так я походила на молодую девушку пусть и из бедной семьи.
Вышла я ближе к полуночи. Гранс, крехтя, вызвался проводить меня. Ему все равно было по пути. Всю дорогу, а путь был длинным, он развлекал меня веселыми историями. Мне нравился этот мужчина. Я воспринимала его как своего отца, которого у меня ни когда не было. Он защищал меня, когда захмелевшие гости позволяли себе лишнего. Его в принципе люби все работники. Даже Вейра особо на него не ворчала.
Постоялый двор находился у городских ворот. место было соответственным. Множество старых, деревянных домов с покосившимися крышами. В некоторых домах отсутствовали стекла. Жители в основном были бедными. Воришки и карманники предпочитали обить именно на окраинах. Поэтому, после захода солнца здесь старались на улицу не выходить, если ты не дородный мужчина в самом расцвете лет. Почти в каждом доме сдавали комнаты проезжающим мимо. Грабеж здесь был делом обычным. Но местные бандюганы уважали Вейру. Поэтому ее работников не трогали. Но могли ведь и по незнанию. Поэтому желание Гранса проводить меня было логичным.
Чем дальше мы отходили от городских ворот, тем новее были дома. У дворов уже были не ямы с помоями, а клумбы с цветами. Да и сами улицы уже были освещены фонарями. Иногда проходила городская стража. Они не вмешивались в разборки без крайней необходимости. Ловко вычисляя карманников, они их арестовывали. Однозначно, чем ближе мы подходили к центральной площади, тем безопаснее нам было.
До главной площади оставалось совсем немного. Уже были слышны веселые голоса людей, песни и звонкая музыка. Да и до дома Ганса мы уже дошли.
- Ну что, милая. Не передумала идти? Мало хорошего на этих праздниках.
Мужчина покачал головой.
- Не переживайте. – я широко улыбнулась, - Я смогу за себя постоять. Да и мечтала я давно.
- Зайдешь? У меня тут кой что есть. Давно лежит. Все хочу тебе отдать. Да с головой плохо.
Мужчина замялся. Обычно, он не тушевался, а говорил как есть.
- Спасибо вам. Но вам не стоит обо мне беспокоиться…
- Ой, да ладно тебе! Идем! Там вещица то. Мне и не к чему. А тебе, девахе, сгодится. Да ты во дворе обожди.
- Хорошо.
Мне было неудобно, но еще больше было неудобно отказывать. Мужчина открыл калитку, быстро пересек двор и вошел в дом. Я же вошла и прикрыла калитку. Гранса я ждала у крыльца.
Через несколько минут он вышел и протянул мне небольшой сверток.
- Держи! Да пойдем, калитку за тобой прикрою.
- Спасибо. – я вновь улыбнулась. Все таки Гранс очень хороший человек, добрый.
Я развернулась и пошла первой. Не успела я сделать и шага, как по затылку меня чем-то ударили. В ту же секунду мое сознание заволокло темнотой.