*из прожитого*
Выходя с кордона, мы отсекли движение чуть сбоку и сзади, на берегу. Потом ещё раз отсекли. И поняли, что нужно ситуацию прояснить. Шли мы вдвоём, я и Саня, егерь мой. Бывалый парень, вся жизнь в тайге. Сели покурить, сверить мысли. Всяко бывает, может в бегах кто осел в зимовьюшке и собирает на выживание всё, что попадётся - рыба, дрова, пара лохов с одеждой и ружьями, может даже и с документами не лишними....
Успокаивало, что зимовья не разграблены и следов чужих нет. Сухари, соль, свечки на месте. Значит - неопытный или совсем лох за нами прётся. Или только что проявился, не успел осмотреться... Вообще, жизнь приучила при подходе к зимовью, поглядывать на наличие чужих следов. Если пахнет дымом, не дай божи, дверь раскрыта, трава замята - нужно оглядеться. Из окружающей публики я один был не сидевший и относился к их привычкам с пониманием и без комментариев. Окружающие тоже свои мотивы не особо афишировали, но действовали порой очень резко и быстро. Мысли мы сверили с Саней и поняли, что нужно брать ситуацию в свои руки. Если опытный и беспредельщик - это опасно. Для всех. Нужно срисовать, кто он и что и, по возможности, указать путь отсюда подальше. Если неопытный - тоже ничего хорошего. Незачем медведей с человечине приучать. Он загнется, на запах медведь выйдет и нахрена потом окружающим пахнуть медвежьей едой?...
*****
Я прижался к берегу, бухты в этом месте извилистые, за первым прижимом (*прижим - выступающий скальный мыс, за которым поворот в другую бухту) я теряюсь из вида сразу. Саня ждал в камнях. Я тоже сел подождать за прижимом и через перекур он вышел с нашим "пастухом". Был это солдат - срочник с крайней погранзаставы. Оттуда выход только через нас. Ясно, что в бегах. Южный парень. Надоело ему в холоде сидеть на заставе и рванул в тайгу. Шмонать его желания не было, но и доверять не стоило. Поболтали, он был ни разу не разговорчивым, объяснили, что переход на другую сторону мыса - сразу смерть. Там людей нет, зимовий тоже нет. Берег скальный, не пройти. А верхом - тайга не пустит. Идти можно только этим берегом. Короче говоря, хочешь жить - топай с нами и без дури. Дальше пошли вместе. Только боец тот всё время отставать норовил. Нехороший признак. Или ствол в кармане, чтобы нас положить или не в себе он. И то и другое - опасно. Вообще-то, бегать на острове - ума большого не надо, вопрос - куда и зачем? Послали его впереди и подталкивали при торможениях. Стволы спустили "на плече". Неудобно, но вариант быстрого выстрела. И дисциплинирует дурную башку, когда стволы в твою сторону. Дальше шли без приключений. Разговор не поддерживался и лезть в чужую душу - не тот случай. Как минимум у парня не голова, а продолжение шеи, не больше. Смазать пятки в городе, рядом с доброй девушкой - это ещё можно понять. И валить там проще - автобусы, попутки, поезда. Но в тайгу сдёрнуть... Живым мы его вывести пообещали и не более того. Любому ясно, что Сахалин - остров и бежать здесь некуда. Лучше на людях быть, чем в море с рыбами. Мы с ними разные биологические виды, едим друг друга и не более того. Наиближайший родственник - медведь, но тоже не большой друг и помощи от него ждать не стоит ни разу. А их в этих местах - на каждом шагу. Так и дотопали без разговоров. Он разок просился в кустики, почуяв неладное, но мы великодушно объяснили, что коллектив мужской и его стыд не имеет никого смысла. Саня красноречиво заменил патроны в стволах и стыд у беглеца отступил. Оставлять его в тайге было невозможно по всем параметрам. Если помрет - грех на душе останется. Если выживет и озлобится - может вызвериться и начнет беспредельничать. А потом - опять грех на душу брать, разыскивая его и вытаскивая, если сильно набедокурит - то в мешке.
*****
На кордоне я крутнул ручку телефона и сдал заставе нашу находку, тоскливо озиравшуюся на заброшенные дома. По случайности, там как раз заехал комендант гарнизона, очень воодушевившийся этой новостью. Информация о беглеце уже прошла и все ломали голову, где его выискивать, а здесь - оппа, нашелся, родимый. И прям рядышком и под присмотром. Застава стояла в километре за зарослями кедрового стланика.
Наряд примчался за беглецом, командиры в полном составе, такое событие, в котором каждый должен был поучаствовать. Чай пили, обещали нам грамоты и всякие заначки со склада. Портянки от "версачи" и консервы от "мишлена". В общем - кому медаль, кому - дырка в гимнастерке и дружеская благодарность. Утром беглеца обещали вывезти в гарнизон для выяснения обстоятельств и решения, что с ним делать дальше. Комендант на прощание торжественно пообещал нам ещё и грамоты за помощь в охране границ и гордо удалился, булькая чаем и гордостью за такое событие.
*****
Не сомневаясь в геройстве наших командиров, мы попили чая и забили на их обещания. И - как в воду глядели. Через день нас попросили "поглядеть, если что". Конвоировавший беглеца комендант лоханулся по полной и дезертир рванул ещё раз. При переезде на поезде в комендатуру. С концами. Унося с собой обещания "мишленов и версачей" от коменданта, почетных грамот и доверия к людям. Остров здесь, куда ни беги, а круг замкнется... Но больше встречать его желания не было. Коменданта, не сдержавшего слова...